Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 100

Профессор отпил чая и продолжил.

- Ваш случай уникален. Из тех архивных записей, которые нам удалось выкупить у напавших на вас, нам впервые удалось установить время и место ряда спиритических сеансов, в которых участвовал ваш прадед, что само по себе редкая удача. Но совершенно грандиозная удача состоит в том, что обращался он не к какому-нибудь Наполеону, а к своим потомкам, которым вы и являетесь. Впервые у нас совпали все составляющие, которые в теории считаются непременными для успешного сеанса межвременного диалога. Таким образом, перед нами открылась прямая дорога к небывалому научному открытию.

Дождавшись паузы, я спросил:

- Можно провокационный вопрос? Вернее два? Первый - зачем это все? Какая цель у проекта? И второй - вы не боитесь изменить прошлое?

Профессор задумчиво поглядел на меня.

- Если сеанс удастся, то он станет не меньшим прорывом, чем полет Армстронга на Луну. Возможность устанавливать контакт сквозь время с обитателями других эпох, получать от них информацию о событиях далеких от нас эпох, об утерянных знаниях и об утерянных материальных ценностях, даст возможность значительно обогатить наши исторические знания и, в том числе, найти утраченные за сто лет и две мировые войны реликвии и прочие музейные ценности. А что касается риска изменить историю...

Мой собеседник помолчал, явно подбирая слова.

- Если научное чудо все-таки произойдет и вам удастся поговорить со своим прадедом, то вы должны понимать, что вы будете выступать в качестве бесплотного духа его потомка, и будете вещать максимально загадочно, обтекаемо и неконкретно, не сообщая по существу ничего реально ценного. А вот мы должны получить информацию ясную и четкую о событиях того времени, о мыслях и переживаниях царского окружения вообще и каждой значимой исторической персоны в частности. И самое главное, чего вы должны достичь в результате контакта - добиться установления постоянных графиков связи с вашим прадедом. В идеале круг лиц, которые выходят с нами на связь из прошлого, должен быть существенно расширен, в том числе за счет элиты других стран того времени. И вот тогда наши знания о прошлом будут реальными и всеобъемлющими. По существу, мы не вмешиваемся в ход истории, мы не сообщаем в прошлое никаких знаний или информации, а наши, если можно так выразиться, собеседники в прошлом, даже если что-то и проскользнет от нас, будут воспринимать услышанное из будущего как беседу с духами потомков, призраками или еще с чем-то совершенно иррациональным. Люди часто слышали во время сеансов, особенно если стимулировали сознание всякими наркотическими средствами, всякого рода голоса и прочие откровения. Ничего нового и шокирующего для жителя начала двадцатого века в этом не будет, ведь он сам стремится поговорить с духами, начиная спиритический сеанс, не так ли? Так что, никаких особых проблем в этом плане я не ожидаю.

* * *

Те несколько дней, которые требовались сотрудникам лаборатории для подготовки оборудования к тестированию и настройке на мой энергетический код, я провел в бесконечных экскурсиях и поездках по Лондону и пригородам. Каррингтон любезно вызвался быть моим гидом и исполнял практически любые мои прихоти в плане посещения интересующих меня достопримечательностей. Английская столица произвела на меня довольно сильное впечатление. Во-первых, в Лондоне я никогда не был, во-вторых, мне, как фанату Конан Дойля были интересны все места так или иначе связанные с его произведениями, включая места, где снимался современный "Шерлок" с Бенедиктом Камбербэтчем. Ну, а в-третьих, как любителю истории, мне было интересно побывать на основных местах, связанных с прошлым этой страны, да, собственно, и всего мира, учитывая какую роль Британская Империя играла в мире на протяжении довольно долгого времени. Так что время я провел с огромной для себя пользой и получил массу впечатлений. Тем более что Каррингтон мне охотно рассказывал много разных историй о жизни Лондона и Великобритании, которые произошли здесь за несколько веков.

Естественно, беседы наши не ограничивались историями и временами приобретали философский характер или даже претендовали на некую откровенность. И, разумеется, мы прощупывали друг друга, стараясь понять мотивы и цели, характер и принципы, ну, а я, к тому же, еще и пытался узнать дополнительные подробности о проекте в целом и о профессоре Беррингтоне в частности.

- Скажите, Ллойд, - спросил я его во время одной из прогулок, - я вот все терзаюсь вопросом - ведь профессор из весьма респектабельного рода с большими традициями, не так ли?

- Разумеется, - кивнул Каррингтон, пытаясь понять, к чему я клоню собственно.

- А почему же тогда Беррингтон не установит связь с кем-то из своих собственных предков? Ведь наверняка остались подобные архивы и от его родственников, тогда ведь вести дневники было модно, да и спиритические сеансы в те времена были весьма популярны. Так почему же проект проводит испытания на мне и моем прадеде?





Каррингтон рассмеялся.

- Вы, Майкл, и вправду подозреваете какой-то заговор вокруг вас? Но, я вас разочарую - такой огромный и дорогой проект создан и работает отнюдь не ради вашей важной персоны. Мы на вас и вашего прадеда вообще вышли случайно, и наша деятельность к этому моменту уже велась несколько лет. Так что успокойтесь - вы в проекте лишь по обыкновенному стечению случайных обстоятельств, не более.

- И все же? - Я пытливо смотрел на собеседника.

Тот посерьезнел и ответил на мой требовательный вопрос:

- Нет, на самом деле все довольно просто. Конечно же, профессор, изучал возможность установить контакты со своими предками, но все случаи их спиритических сеансов, про которые удалось найти упоминание, имели один общий недостаток - предки профессора обращались не к потомкам. А значит, Беррингтон не сможет получить от них сигнал. Вот и все, Майкл. Просто, буднично и прозаично. Вы и ваш прадед просто уникально сложившаяся связка. И никаких заговоров.

- А ваши предки, Ллойд?

- А мои предки такими глупостями, как спиритические сеансы, вообще не занимались!

* * *

И вот, наконец, наступил день начала моей работы в проекте. Меня водили по помещениям комплекса, знакомили с участниками этой затеи, и настроение у меня было прекрасным.

Во всяком случае, именно такое настроение было у меня, когда я улегся в огромную шарообразную капсулу для тестирования и настройки оборудования. А улегшись, я вдруг обнаружил, что устал и набегался за сегодняшний день так, что могу и уснуть на этом удобном ложе. Пока специалисты крепили к моей голове различные электроды и прочие датчики я еще как-то держался, но стоило серебристой крышке закрыться наступившая абсолютная тишина доконала меня и я незаметно для себя самого даже задремал.

Однако не прошло и нескольких минут, как крышка капсулы ментального резонатора вновь пошла вверх и ко мне вновь подошли техники. Они стали поправлять какие-то датчики и провода, наконец, один из них проговорил в гарнитуру:

- Контроль, 23-я капсула в штатном режиме. Очевидно сбой в линиях связи. Понял. Окей.

Крышка вновь закрылась за техниками, а я пытался осмыслить услышанную информацию. 23-я капсула. Почему-то мне все время казалось, что капсула была только одна. Во всяком случае, показывали мне только одну установку. Похоже, что у меня было абсолютно неверное представление о размерах этого проекта или я чего-то не понимаю. Не может же быть в проекте целых две капсулы - первая и двадцать третья? И уж тем более одна и она же двадцать третья? И если их действительно минимум 23, то что из этого следует? Как-то не очень верится, что построили столько установок просто так, на вырост. А это значит, что говорят и показывают мне эти ребята далеко не все...