Страница 8 из 35
Аршад хлопнул в ладоши, из-за двери появился слуга, согнулся в поклоне.
– Приведи ко мне ковбоя. Вчера там, на шесте, один вертелся, такой кучерявый, худенький. Веди его сюда, быстро!
Аршад понимал, что это возбуждение нужно снять, иначе оно застилает разум, а это неправильно – он должен сохранять холодный ум, без лишних эмоций.
Он улыбнулся мысли, которая сейчас пришла ему в голову:
«Я помогу тебе, Тоями, а то ты долго будешь ходить кругами. Попробуем ускорить ваше сближение. Ведь мы оба хотим этого»
Аршад коварно улыбнулся.
В дверь постучали, вошел вчерашний ковбой: молоденький, невысокий, с тёмно-каштановыми, вьющимися в крупные локоны, волосами.
Аршад сел в кресло и, откинувшись на его спинку, из под полуопущенных век посмотрел на вошедшего. Ковбой всё понял, он подошёл и опустился на колени между его ног. Аршад запустил одну руку в его кудри.
Он закрыл глаза, ощущая под рукой эти локоны.
«Как у него…»
***
Наконец, распрощавшись с гостеприимным хозяином дома, мистером Смитом, и его друзьями, они сели в свой лимузин с джипами охраны и тронулись в сторону Вегаса.
Кай чувствовал, что опять засыпает. Сегодня, проведя весь день на свежем воздухе, в седле, он ощутил приятную усталость, и его начало клонить в сон. Сначала он боролся с собой, но потом решил поспать, всё равно темнело, из окон машины уже нельзя было любоваться местностью.
Он поудобнее пристроился на сидении лимузина и только сейчас осознал, что рядом с ним сидит не Аршад, а Тоями. Аршад же сидел на боковом сидении и оживленно разговаривал с Гифаром.
Почему Аршад не рядом с ним? Кай не стал об этом сейчас думать, он засыпал. Через какое-то время его голова упала на плечо Тоями.
Аршад посмотрел на эту умиляющую картину на заднем сидении их лимузина: спящий Кай и счастливые глаза Тоями, которые тот не успел от него спрятать. Аршад мысленно улыбнулся.
«И все-таки я рад за Кая. Тоями – как хорошо, что он появился в его жизни! Конечно, я ревную. Но я люблю Кая, поэтому я рад за их отношения. Хотя Кай и отвергает очевидное. А наш договор… Что ж, посмотрим. Время покажет. Я знаю, что люблю его и хочу его. Но я тоже не готов разрушить то, что сейчас возникает между ним и Тоями. Всё слишком сложно и неоднозначно в нашем треугольнике…»
Аршад ещё долго думал обо всём этом, поглядывая на романтическую картинку в их машине.
Тоями понял сразу, почему Аршад уступил ему место. Аршад знал Кая, знал, что тот опять заснёт, и теперь уже заснёт на плече Тоями.
Ощутив на своем плече голову Кая, Тоями осознал, что счастлив. Просто счастлив! Как глупый влюбленный, который счастлив только от возможности быть рядом с тем, кого любит. Он смотрел на спящего Кая: его кудри были так близко от его губ. Он спал, а Тоями сидел, боясь пошевелиться, наслаждаясь этими мгновениями.
Всю дорогу Тоями тоже думал о том, что происходит. Он перестал понимать Аршада. Сначала он решил, что Аршад играет Каем, хотя ощущение игры всё-таки и не прошло, вот только в какую игру играет Аршад? Тоями не разгадал. Но разве это важно? Важно то, что сейчас он вместе с тем, кого так любит. А Аршад? Да, Тоями знал, что Аршад тоже хочет Кая. Тоями видел его глаза, его поступки, слова. Он не ребёнок, он всё понимал. Но, с другой стороны, Аршад не только не мешает их отношениям, но даже им способствует. Тоями чувствовал, что Аршад что-то задумал, что всё не просто так. Аршад слишком коварен. Вот только разгадать его план он пока не может. Ну, что ж, время покажет, кто выиграет из них двоих.
Тоями опять посмотрел на лицо Кая. Он понимал, что пока они с Аршадом вели незримую игру за него, Кай, как ребёнок, просто отдыхал. И сегодняшний детский поступок тому явное подтверждение.
Тоями тоже переживал за его поездку верхом, но, с другой стороны, был рад, что Кай получил то, чего так хотел. Он видел, стоя у машины, как Кай нёсся во весь опор на скачущей лошади в толпе ковбоев по равнине. Да, он хорошо держится в седле. Хотя, всё равно в тот момент он за него волновался.
Зато когда они подъехали, он увидел лучистые глаза Кая и восторг на его лице. Слушая Аршада, Тоями видел, что тот тоже волнуется за него, поэтому только в конце их диалога вступился. Хорошо, что сейчас они помирились, судя по хорошему настроению Аршада.
Опять посмотрев на спящего Кая, он аккуратно взял его лежащую рядом с ним руку в свою и так и держал её всю поездку.
Как же он хотел, чтобы Кай перестал сопротивляться их отношениям. А этот ковбой, с которым Тоями переспал… Если бы Кай только разрешил бы быть с ним рядом, неужели Тоями нужен бы был этот ковбой? Он вообще всё это сделал специально, чтобы видеть его реакцию на такие действия. И увидел – Кай радовался за него, как радуются друзья и не более, ни ревности – ничего. Обидно, ему было очень обидно. Поэтому он и оставил ковбоя на ночь, хотя сначала хотел просто посидеть с ним вечером и отправиться спать одному. Но мужская гордость была уязвлена, и он имел этого ковбоя, в пылу страсти произнося другое имя – имя того, кого он хотел бы держать в своих объятиях.
***
Вернулись в Лас–Вегас поздно ночью, поэтому все оправились к себе в номера спать. На другой день никто не спешил с ранним подъемом, только к обеду все собрались в номере Аршада на огромном балконе с видом на весь город.
Аршад огласил всем развлекательную программу на сегодняшний день – до вечера они играют в казино, а вечером будет закрытая вечеринка на крыше их гостинице.
Переодевшись подобающе для нахождения в зале казино, Кай спустился вниз. Увидел, что Аршад с Тоями пошли играть за стол в рулетку. На вопрос Тоями, пойдет ли он с ними играть, Кай пояснил, что с его математическим умом он выигрывает, а это приведёт к тому, то его внесут в базу данных по игрокам, которых нельзя впускать в такие заведения.
Тоями был удивлен этому, Аршад же, рассмеявшись, подтвердил, что это так. Кай, действительно, очень хорошо считает в уме и очень хорошо запоминает.
Поэтому Кай пошел играть в автоматы. Там не требовались математические подсчеты – просто дергай за рычаг «однорукого бандита» и жди, что выпадет. Хоть это было и пустое занятие, но Кая это увлекло, и он не заметил, как пролетело время. За ним пришел Максуд, сказав, что все уже пошли переодеваться к закрытой вечеринке.
***
Вечеринка проходила на крыше гостиницы. Кай даже подумать боялся, на какой он высоте. Огромная крыша фешенебельного отеля была сделана под развлекательную зону отдыха. В центре располагался бассейн, подсвеченный всеми цветами радуги, на стене висел большой экран, на котором шли музыкальные клипы. В углублении был пульт диджея, везде висели лампы цветомузыки, всё грохотало, мигало и светилось. Вокруг бассейна располагались лежанки и накрытые столики с алкоголем и лёгкой закуской. Основное пространство крыши было оставлено под танцпол, по периметру также располагались лежанки, пуфики и диваны. Сновали официанты, разнося напитки.
Народу было много. Аршад пригласил своих друзей англичан, которых встретил здесь на отдыхе, и ещё каких-то знакомых, которых он представлял Каю, пытаясь перекричать грохочущую музыку. Кай здоровался, жал руки, обнимался, как принято в Европе, обмениваясь прикосновениями в виде поцелуев – щека к щеке. Было много молодежи и очень много девушек. Кай догадался, что Аршад их специально заказал для этой вечеринки. Девушки были все как на подбор: красивые, длинноногие, стройные, в обтягивающих мини-шортиках или таких же мини-юбочках, все с красивыми бюстами.
Кая буквально облепили эти веселые улыбающиеся девушки. Ему принесли бокал с цветной жидкостью, которую он выпил под одобрительные возгласы и смех, и всё закрутилось: музыка, мелькание огней, ночной город внизу, вспышки рекламных щитов по бокам здания, цветные бокалы и смеющиеся девушки.
Он был в их центре, шутил, смеялся, обнимал их, как и они - его. Девушки вытянули его на танцпол и там продолжили веселье. Танцем это было назвать сложно. На нем висли и обтирались, сползали, обнимали, и всё это - под грохочущую музыку и мелькание огней.