Страница 9 из 15
Я же заинтересовался другим. Много лет, собирая и систематизируя факты так называемой "запретной археологии", я пришел к выводу - во многих необъяснимых явлениях есть какая-то закономерность. Вскоре меня, можно сказать - осенило. Все прекрасно объяснялось и укладывалось в научные рамки, если допустить, что при наличии определенных условий, возможен переход между мирами или перемещение во времени. Практически все до сих пор необъяснимое прекрасно находило своё объяснение, при условии, что этот артефакт или явление попало в наш мир из прошлого, будущего или вообще - из иного, параллельного мира.
Итак, теория была создана, дело оставалось за практикой, ибо, как известно, теория без практики мертва. Все свои умозаключения я и изложил Андропову, получил его полное, так сказать - благословение, и, что гораздо важнее - финансирование и поддержку наверно самой на тот момент могущественной в СССР организации.
Мест, где всякая чертовщина зашкаливала, было немало. От, наверно хорошо тебе знакомой Медведицкой гряды, до Кольского полуострова. Это и Аксайские пещеры, и Самарская лука, Жигулевские горы, Молебка - словом, список был огромен. Тем не менее, с начальной точкой я вскоре определился - это был Мончаловский лес, расположенный отсюда совсем недалеко.
- Знаю я этот лес - оживился Жора - Много чего я про него слышал...
- Вот-вот - кивнул головой Олег Васильевич - и у меня про эти места папочка набралась... В общем, "контора" оформила необходимое прикрытие, выделила достаточные ресурсы, и в 85 году здесь, в деревне Волжское-Малахово и была построена эта база-лаборатория. Место тихое - и от Москвы не очень далеко, и до нужных мест рукой подать - все очень удобно. В общем - работа закипела, но первые результаты появились не сразу...
Профессор помолчал, стоя у окна и глядя на противоположный берег Волги.
- Ты можешь спросить меня - а чего вдруг я тебе, в сущности почти незнакомому человеку, выдаю, можно сказать - государственные тайны?
Он повернулся к Жоре и пристально на него посмотрел, а Жоре чутье подсказало, что он должен проникнуться моментом. С легким сожалением он оторвался от вкуснейших грибочков, отложил вилку, и в свою очередь посмотрел на Пасечника - действительно, мол, а с чего вдруг такая легкомысленность?
Профессор оценил жертву, улыбнулся и сказал - Да ты ешь, не отвлекайся, вопрос риторический. Я, скорее, сам себя спрашиваю... А ответ прост - до сих пор меня убивать не пытались, пытались только купить или запугать. Не то, что я прям так уж испугался, скажу честно - найдется чем ответить, да и в врасплох меня уже не застать. Однако, бессмысленно погибать желания нет, тем более, когда в исследованиях достигнуты ощутимые прорывы. Кадровый же голод у нас нынче весьма ощутим, людей, достойных доверия, очень сильно не хватает. Парадокс - деньги есть, а дать их некому...
После этих слов он как-то хитровато глянул на Жору. Чего он ждал? Жориного крика - да мне, мне их дайте? Это вряд ли, будь Жора рабом наличных, он бы лабал себе в кабаках, высокими материями голову не забивая. Но, тем не менее, Жора неопределенно хмыкнул, и вновь спокойно принялся за еду.
Профессора такое поведение Жоры видимо вполне удовлетворило, и он продолжил - Теперь самое главное, мы сначала нашли места, где дырки во времени и пространстве открываются спонтанно, а потом, вычислив некоторые закономерности, сопутствующие этому, научились открывать их по своему желанию. Поскольку, понятия "время" и " пространство" практически никогда не совпадают, я взял на себя смелость назвать их "калитками". Калитки во Вселенную, так сказать....
Вот тут Жора несколько оторопел ... - То есть, Вы хотите сказать...
- Да-да, с 92 года я могу кое-где открывать эти калитки по своему желанию.
Глава 4
Это даже хорошо, что к этому моменту Жора уже успел наесться. Он совсем не был уверен, что после таких новостей аппетит у него не отшибло бы полностью.
- И куда вы научились открывать эти самые калитки?
- Что, зацепило? - улыбнулся профессор. Он перестал расхаживать по кухне, и, взяв стул, оседлал его в знакомой уже Жоре позе кавалериста.
- Это, брат, не все. Куда - об этом позже. Черт его знает, моя природная мнительность, или что другое - но я изначально, получив доступ к ресурсам КГБ, начал все максимально секретить даже от начальства, делить проблемы на отдельные процессы, внешне друг с другом, на первый взгляд, вроде и не связанные. В итоге, объединяя данные, полученные в разных лабораториях, я добился, без ложной скромности, если не феноменальных, то очень впечатляющих результатов. В то же время, человек со стороны, получив доступ к отдельным фрагментам этих исследований вряд ли смог бы связать их между собой, получить из этой мозаики полноценную картину.
Когда СССР начал разваливаться, КГБ тоже двинулся в небытие. После ареста путчиста Крючкова со товарищи, Бакатин начал планомерное уничтожение "конторы", поставив окончательную точку в декабре 91 года с помощью печально известного 124 закона.
Но, задолго до этого, я почувствовал, что запахло жареным и начал действовать. Благодаря помощи некоторых товарищей, я смог перевести на себя многие активы, в частности эту лабораторию, со всем оборудованием и техникой.
Профессор невесело улыбнулся - Как там у Визбора? "Все на продажу понеслось, и что продать, увы, нашлось..." ... Вот и в "конторе" нашлись гнилые кадры, и, к моему немалому огорчению - достаточно много. Еле-еле я успел спасти часть материалов, но, кое-что, новоявленные коммерсанты в погонах успели загнать бывшим потенциальным противникам, а нынче - торговым партнерам, елки-палки... Да еще и за смешные деньги. Я, как узнал про расценки, чуть не заплакал, ей-богу... Лучше бы мне предложили - я в разы больше заплатил бы...
- А что, ценная информация утекла? - осторожно спросил Жора.
- Да нет, слава богу. До моих тематик этим "коммерсантам" вообще добраться не удалось - я вовремя предпринял необходимые действия, но кое-какую косвенную информацию все же запродали. В основном, на продажу пошло все собранное на полигоне Красный Кут. Там еще в 55 году был создан специальный архив неопознанных явлений - много чего в этих подвалах интересного набралось, в основном связанное с НЛО. Там, в закрытом населенном пункте Березовка-2, был построен специальный бункер, где и хранились все материалы и вещдоки.
- Я правильно понял, что в электричке была эта самая спецура от забугорных "коммерсантов"?
Пасечник почесал в затылке - Судя по экипировке - да, я практически уверен, что да.
- И каким же образом вам удалось справиться со "спецами"? Да еще и отобрать оружие. Не в обиду будь сказано, но Ваш возраст...
- А вот это я прямо сейчас продемонстрирую, тебе этими штуками тоже надо будет овладевать. Я смотрю - ты уже наелся. Пошли-ка, дружок, посудой Наташка потом займется.
С этими словами профессор двинулся прочь из кухни, заинтригованный Жора двинулся следом.
Войдя в комнату, соседнюю с кухонным эркером, он подошел к железному шкафу-сейфу, стоявшему там у стены. Профессор отпер его, не сразу найдя на большой связке ключей нужные. Пока Пасечник ковырялся с сейфом, Жора огляделся. Размерами комната была один в один с соседней, той, что отвели для Жориного лечения. Но, если та являлась, несомненно, кабинетом, то в этой все говорило о том, что использовалась она как спальня. В углу, у двери, стоял платяной шкаф, далее разложенная тахта, застеленная пледом, из-под которого виднелось постельное белье. У противоположной стены, неподалеку от сейфа, разместился журнальный столик, на котором стоял телевизор по соседству с небольшим видеоплеером. Там же, на столике, горкой возвышались видеокассеты, как было ясно из их обложек - с отечественными фильмами. Жора успел разглядеть в общей стопке "Белое солнце...", "Бриллиантовую руку...", "Иван Васильевича..." . Напротив двери находилось окно, не только с привычной тюлевой занавеской, но и с плотными шторами. Сейчас шторы были раздвинуты, и через сеточку тюля в комнату беспрепятственно лился дневной свет.