Страница 2 из 61
- Боец Степанов ! - похоже, в моих глазах еще плескалась ненависть, возникшая от испуга, так как он вдруг встал навытяжку и выпятил грудь. За командира что-ли принял ? Ну ладно, пусть будет.
- Откуда ?
- ... - он назвал номер части, которую я тут же забыл.
- Поступаешь в мое распоряжение, - если и этот - "реконструктор", так хоть над ним поиздеваемся.
- Хорошо.
- Ну и хорошо что хорошо. Что тут в округе ? Где видел немцев ?
- Видел, как Вы по ним стреляли.
- Почему не поддержал ?
- Патронов не было.
- Куда дел ?
- Да не успел взять.
- Разгильдяй.
- Виноват.
- Ладно, держи пока пятеру. - я передал ему пять патронов на одной пластине - Что видел на поляне ?
- Подъехал их бронетранспортер, с десятком солдат.
- Идем добивать.
- Идем...те.
"Добивать" - это я конечо сильно сказанул. Пальнуть по разу - и ноги. Как-то не воспринимал я все это еще всерьез. Да и, чего греха таить, понравилось мне стрелять по фрицам. Особенно когда относительно безопасно можно сделать ноги. Вот об этом прежде всего и надо думать.
- Не топочи.
- Виноват.
- Поднимай выше носок, сначала ставь пятку, а затем перекатывайся стопой - так не будешь шуршать травой и сапог не будет хлюпать на голени.
- Хорошо.
Он и вправду стал идти по-тише, хотя сначала и замедлил шаг. Но потом втянулся. Ладно, научится. Я и сам по лесу ходок тот еще. Но тут вроде инженерная задачка - есть система ступня-сапог-трава, и ее надо сделать тихой. Вроде получилось.
Так мы, передвигаясь от дерева к дереву, добрались до полянки. На ней никого уже не было - даже тело НКВДшника забрали. Я лишь подобрал его фуражку и напялил на голову - без фуражки ты букашка, а с фуражкой - человек. Она, пока не добуду бумажку, и будет моим документом - вряд ли кто будет цепляться к человеку, который надел фуражку таких органов. Надел - значит имеет право. Пока не нарвусь на таких же, но действительно имеющих право. Или националистов - те "нашего" брата любят. Леха вот тоже как-то подтянулся и стал тише. То все косился на мои джинсы, а сейчас старательно отводит глаза в сторону. Хм. Интересный момент, надо будет продумать. А вообще - что делать дальше ?
- Так. У нас сегодня что ?
- Воскресенье.
Угу ... значит - 22е июня. Ну кто бы сомневался. Офигеть конечно, опять же, если "эти" не заигрались в корягу. Но этого пока никак не проверить. Так что будем вести себя как будто подыгрываем "им" - с легким цинизмом и недоверием - если что - так и скажем, что решил им подыграть. Да, вроде нормально.
- И что тут поблизости ?
Леха начал сыпать названиями деревень и городов. Запоминать их смысла не было - главное, что тут что-то есть по-близости, ну и направление на них.
- Значит так. Идем на восток, на соединение с нашими войсками. По пути совершаем диверсии и наносим врагу вред и урон. Вопросы есть ?
- Нет.
- Вперед. - Я махнул рукой вдоль дороги, и Леха уже пошел было на нее. - Стоять !
- Что ?
- "Что" ... То ! Нас на дороге враз заметят. Идем вдоль нее, но по лесу.
- Ясно. - Леха как-то весь сжался.
- Так. Боец ! Расправить плечи, пять глубоких вдохов .... Молодец. Десять отжиманий ... Так. Нормально ?
- Нормально.
- Ниче. Городской что ли ?
- Ну да.
- Ясно. Слушай меня, мотай на ус, что непонятно - спрашивай, есть что сказать - говори. Ясно ?
- Да.
- Ну тогда вперед.
Да, надо было его встряхнуть. А то после "фуражки" он как-то совсем усох. Лишенец что-ли ? Надо будет потом как-то выспросить. Но не влоб. А то еще пристрелит меня, такого всего "из органов". Но вопросы у него потом появятся, и надо бы продумать легенду ...
-- ГЛАВА 2.
Вокруг был жаркий летний лес. На небе ни облачка, но вдалеке грохотало. Мы шли по лесу вдоль дороги, как раз на грохот - где грохот - там "наши". Хотя не - наверное и вправду наши. Если случай на поляне еще можно было бы представить каким-то спектаклем, то канонада - это уже перебор. Если только не идут какие-то масштабные учения. Вот только чем дальше, тем больше показывалось признаков настоящих боев - там - труп, тут - разбитая повозка с мертвой лошадью и парой воронок. Ладно - война так война.
Леха пытался что-то спросить, но я останавливал его - "Немцы же рядом", и он молча двигался дальше. А я приспосабливался к новым ощущениям. Когда надел фуражку с околышем, по-началу казалось, что вот-вот меня убьют - в такие фуражки немцы наверняка стреляли как только видели. Если, конечно, я был прав насчет всего происходящего вокруг. Хотя пока верилось с трудом - и я все ждал то пули в голову, то дикого смеха в стиле "обманули дурака на четыре кулака". Но ни того, ни другого не происходило. Более того - от ежесекундного ожидания смерти по телу периодически проходил озноб, который я старался маскировать разными телодвижениями - как будто что-то выглядываю в стороне, или прячусь. А от того, что меня все еще не пристрелили, проходила какакя-то сладкая истома - вот прошло еще мгновение, а я еще жив. И чем дальше, тем истома все чаще настигала меня, а озноб становился лишь еще одним приятным дополнением. Ничего подобного я раньше не ощущал, и то, что я ощущал, мне нравилось. Какой-то драйв, азарт, ощущение собственной крутости - рискую жизнью и тем не менее жив ... Вояка.
Вскоре мы вышли на опушку, за которой простиралось недавнее поле боя. Там все было уже закончено - пара подбитых танков, несколько убитых с обеих сторон, вдалеке копошатся немцы. Мы немного полазали по окопам ближе к краю леса, собрали оружие и документы и отползли назад. Несмотря на увиденные трупы, после того, как я полазал недалеко от немцев и мне снова ничего за это не было, я стал чувствовать себя увереннее и вместе с тем - все-еще непонятно было, что же делать. Ясно, что надо прорываться к своим и рассказывать Сталину или Берии про ход войны, а потом заняться прогрессорством. Но это стратегические планы. А как конкретно это сделать - с этим и загвоздка. Видимо, придется топать пешком в надежде догнать убегающий фронт и при этом не попасться. И по пути надо стрелять в фашистов - не зря же я здесь. Леха тоже был не против пострелять гадов, тем более что он оказался ворошиловским стрелком. Поэтому СВТ осталась у него - будет за нашу огневую мощь, ну а я как бы командир.
Мы выбрали позицию так, чтобы после выстрелов уйти распадком, где нас не достанут ответные пули - он шел наискосок от опушки. Затем распределили цели. Себе я выбрал фашиста, который стоял на краю окопа спиной ко мне и что-то высматривал вдалеке. Я прицелился, но все не мог нажать на спусковой крючек - еще не привык стрелять в людей. В предыдущий раз я все-таки стрелял на ранение, а сейчас собирался убить. Помог мой напарник - от его резко прозвучавшего выстрела я дернулся и случайно дернул пальцем. Винтовка сильно толкнула в плечо, отчего я снова испугался и чуть не выронил оружие, но вокруг уже засвистели пули и я не заметил, как оказался метров на двадцать от своей позиции. Пригибаясь под свист пуль и осыпаемые слетающей листвой и ветками, мы побежали по низинке. Пули летели выше и только заставляли нервно вжимать голову в плечи. Удачно, надо будет запомнить прием. Неожиданно мы выбежали на опушку и тут же подали назад - впереди были немцы, они смотрели в сторону леса - что за стрельба - и потому заметили нас. Похоже, это были наши старые знакомые. Мы забежали обратно в лес и побежали налево. Ветки и трава летели навстречу, воздуха уже не хватало, в легкие пытались засунуть шершавый горячий веник. И тут впереди раздался стрекот автомата и от куста слева отлетели листья. Мы посыпались на землю. Все. Загнали. Воздух не входит в легкие. Страшнее умереть от удушья, чем быть убитым. Это и навело на мысль. Немцы стреляли куда-то вбок - видимо, упустили нас из вида. И мы поползли вперед, навстречу немцам. Те этого не ждали. Из-под куста мне были видны шагающие сапоги. Надо решаться. Я прогнал через себя волну, словно на качелях, когда тебя неудержимо несет вперед и вверх, и когда сапоги оказались рядом, я бросился на них и в мощном рывке вверх повалил фрица. Тот даже не успел испугаться, как получил удар в кадык и замер. Я - хищник. Лес - мои охотничьи угодья. Фашисты - добыча. Я дорезал фрица его же ножом и стал снимать с него аммуницию. Надо было бы еще поработать ножом - фрица я пырнул не сразу, все колебался, но в какой-то момент уловил то состояние, когда надо просто резать - и все. И получилось. И мне хотелось закрепить это состояние, когда надо просто резать несмотря на последствия, так как их просто нет и быть не может - именно это состояние я и хотел закрепить, чтобы возвращать его когда потребуется, а требоваться оно теперь будет часто. Я уже снова примерился к трупу, но тут справа раздались выстрелы и крики - моего напарника прижали. Я передернул затвор подобранного автомата - зря кстати - вылетел один патрон - и на полусогнутых устремился к месту перестрелки. Среди листвы показалось какое-то движение. Я навскидку выцелил одну серую спину, потом - другую, слева, потом увидел еще одну ... Серые фигуры мелькали между деревьев. Я скользил дергаными зигзагами по полукругу метров в тридцать, давая злые короткие очереди во всякое шевеление, раз наверное десять. Неожиданно немцы закончились, все стихло, только вдалеке слышалась редкая стрельба и крики. Я перезарядил автомат, уже вторым рожком, хищно втянул углом рта воздух и на полусогнутых побежал на голоса. Охота захватила меня полностью. Ветки обтекали меня сверху, сбоку. Я как герой Даниэля Дефо во Взводе бежал навстречу вражеской цепи, замирал, и, заслышав шаги в густом подлеске, прицеливался и срезал внезапно появлявшиеся серые фигуры. Уложил их пять или шесть, когда прозвучал свисток, голоса стали удаляться, а потом сверху с противным шелестом посыпались мины. Я по-началу даже не понял, что это за звук. Хорошо, что рвануло через дерево от меня - иначе кранты. Тут как раз сзади притопал мой напарник, мы забились в яму и, вздрагивая от каждого взрыва, переждали налет. Пока немцы собирались снова прочесывать лес, мы наскоро собрали оружие и аммуницию какую нашли, большую часть спрятали и приметили место, остальное навесили на себя. Оба были на взводе и требовали продолжения банкета - напарник с горящими глазами нервно сжимал цевье винтовки, думаю, я выглядел так же. Я молча мотнул головой, и мы пошли обратно к дороге. Примерно тридцать немцев, присев в траве вдоль обочины, ожидали команды на начало движения. И это все против нас ! Офигеть !!!! Да мы, оказывается, значительные фигуры ... Приятно. Медленно выдвинувшись почти к самой опушке, мы осторожно просунули стволы сквозь кусты и с двух винтовок уложили еще троих фрицев, остальные сразу попадали и открыли сильный огонь, но мы уже неслись по лесу, пока сверху снова не начали падать мины. Ловить здесь было больше нечего - сейчас к ним подойдет подкрепление и начнется прочесывание, пока нас не зажмут. Поэтому мы решили, что пока хватит, и быстрым шагом пошли на восток. Поохотимся в другом месте.