Страница 8 из 19
Сергей нацелился на долгое ожидание, так как в прошлый раз, но в этот раз все было не так. Не прошло и полчаса, как на улице раздался шум, крики людей и рыканье гозаров - его Кротов теперь ни с чем не спутает. Старший охраны побежал на улицу. Сергей положил руки на лежавший на коленях автомат - несмотря на уверенность Леалы, осторожность никто не отменял. Он глянул на остальных. Линга явно нервничала - убитые охранники были и на её совести - она перебирала руками по "Калашникову" и иногда забывая о нем, хваталась за стоявший у ног лук. Второй грег с любопытством смотрел на дверь и тоже немного нервничал - выдавала постоянно сжимавшаяся и разжимавшаяся рука на ремне автомата. Только Пассимуши на взгляд был само спокойствие, но Кротов заметил, что он быстро проверил ножи на поясе и также положил руки на автомат. Леала выпрямилась на кресле, откинула голову и превратилась в надменную холодную статую. "Блин, женщины - как это у них получается?!"
Двери распахнулись, и в зал ворвался Кузнец Енарс. Не глядя ни кого, он пробежал через комнату и встал перед Леалой. Та тоже поднялась. Секунду они, молча, глядели друг на друга, а потом Кузнец вдруг обнял не сопротивляющуюся предводительницу и уткнулся лицом в её плечо. "Ни хрена! Какие тут дела творятся!" Сергей с изумлением наблюдал за этой сценой. Глаз Енарса он не видел, а лицо Леалы, всего лишь секунду назад бывшее каменным - расцвело, глаза заблестели и счастливая улыбка заплясала на нем. Кротов присвистнул - можно было не сомневаться - это любовь! Заметив взгляд землянина, Леала попыталась согнать счастливое выражение с лица, но не смогла и тоже уткнулась лицом в мощное плечо Кузнеца. "Так вот в чем причина её уверенности, - понял Сергей. - И ведь никто мне даже не намекнул, что тут такие дела". Он мельком глянул на грегов - Линга расслабилась и тоже улыбалась, глядя на обнимавшихся правителей, мужчина наоборот - нахмурился.
До влюбленных, наконец, дошло, что они не одни - Леала отодвинулась от Кузнеца, попыталась принять серьезное выражение и спросила:
- Почему?
- Ты сама правительница, и все понимаешь, - грустно ответил Енарс. - Я не мог сразу пойти за тобой, это был бы просто подарок Арсалгану - в поле он легко бы уничтожил нас. Но, не сомневайся, ты бы не осталась там надолго - я уже почти собрал выкуп и скоро бы освободил тебя - переговоры уже шли. Арсалган согласился - ему всегда нужны деньги.
- Теперь ему уже ничего не нужно! - Леала все-таки рассердилась. - Можешь отдать эти деньги им! Они спасли меня.
Она показала на Сергея и Пассимуши. Кузнец повернулся и посмотрел на имперцев, глаза его расширились.
- Это вы?!
Он узнал Кротова и зардерца.
- Я был очень зол на вас! Убили моих людей, не знаю, что сделали с девушками, которых Леала приставила охранять меня, сбежали - и это все после гостеприимства оказанного нами. Я очень надеялся, что вы стали "мертвецами".
Он подошел к Сергею. Тот поднялся, и твердо глядел в глаза Кузнеца:
- Нам нельзя было тянуть время. У нас свое задание, которое мы должны были выполнить. Мы воины и не можем потерять свою честь - если мы живы, то должны выполнить порученное дело. Только смерть может отменить наш приказ.
"Какую чушь я несу", - Кротов внутренне усмехнулся, он всегда не любил высокопарность, но в этот раз почувствовал, что подобное придется по вкусу архаичному правителю. Так и случилось - Енарс уважительно посмотрел на обоих.
- Верю! Но надо было рассказать мне, - потом он вспомнил, при каких обстоятельствах они расстались и добавил: - Хотя тогда было не до этого. В любом случае я вас прощаю! Вы сделали то, о чем я мечтал каждую минуту - спасли повелительницу!
- Не думай, что так просто отделаешься! - вступила в разговор Леала. - Теперь ты их должник, и обязан помочь.
- Я согласен. Как?
- Веди нас ужинать, - приказала Леала. - Там я тебе все расскажу.
****
Глемас перевернулся и раскрыл глаза. Заснуть он так и не смог - прокрутился всю ночь на жестком ложе. Тюремный топчан без матраса - голые доски - не очень располагал к безмятежному сну. Но, тем не менее, прошлые ночи он умудрился проспать как младенец - с отбоя до подъема. После первой ночи, Глемас даже обрадовался - наконец отосплюсь за всю прошедшую жизнь. Первые дни его не трогали - после допроса и избиения сразу после убийства Арсалгана, охрана притащила его сюда и словно забыла. Камера была одиночной - небольшая комнатка с топчаном в углу. Ни стола, ни стульев. Вместо туалета, дыра в углу комнаты. Раз в день появлялся мрачный пожилой служка в сопровождении двух охранников, не отвечая на вопросы Гронберга, наливал чашку похлебки и менял глиняный кувшин с водой. Он ждал, когда Глемас поест и забирал чашку. Охранники тоже отмалчивались, словно не слыша вопросов гронца.
"Похоже, им не до меня, - решил Глемас. - Наверное, наверху дерутся за престол, да и Алгала с алгатцами не дает забыть про себя".
Его догадка была верна - в притихшем дворцовом комплексе на первый взгляд все было спокойно, все ждали приезда Руханоса - старшего сына императора, но на самом деле в коридорах и залах дворца кипела скрытая от неискушенного взгляда борьба. Руханоса жители Астары помнили по диким кутежам и дуэлям, он совсем не желал заниматься делами государства - поэтому дворцовые группировки начали борьбу за право быть ближе к новому Императору - при его нежелании управлять государством, это хлопотное дело он явно сбросит на министров, точнее на того, кто окажется ближе. Сам же займется, как всегда, самым трудным - развлечениями. Хотя все соглашались, что правитель из Руханоса никудышный, но никому и в голову не приходило поменять главу государства.
Никто не думал об этом, кроме одного человека - начальника разведки Империи Ширахса Кобрана.
В голове этого маленького мстительного человечка, роились грандиозные планы. Выходец из бедных слоев, он провел детство на окраинах Астары, где из-за своего маленького роста и физической слабости в полной мере хлебнул суровой прозы жизни. Он был умным ребенком и еще в детстве понял, что сила это не главное и смог воплотить это в жизнь - как-то так оказалось, что все его обидчики рано или поздно, оказались наказаны - при этом очень жестоко, многие остались инвалидами, а некоторые просто сгинули в хаосе окраинных улиц. Но никто и никогда не связал это с местью маленького Ширахса. Тогда же в детстве он понял власть денег и то, что нельзя афишировать свою жизнь, нельзя показывать, что тебе что-то дорого, иначе это тут же отберут.
Сидя в своем любимом укромном месте - в маленьком помещении на крыше заброшенной высотки - он смотрел в пластиковое окно на раскинувшийся внизу город и мечтал, что когда этот город будет принадлежать ему. К этой цели он шел всю свою жизнь. Ум, природная хитрость и жестокость помогли ему продвинуться в самые первые ряды верхушки Империи. Никто не знает сколько трупов осталось по обочинам его "дороги жизни".
Сейчас Ширахс сидя в своем аскетически чистом и небогатом кабинете - никто не должен знать, насколько ты богат, иначе зависть и желание забрать твое богатство - и размышлял, что делать дальше.
Он был не из тех кто считал, что прибывающий через два дня сын Императора все тот же молодой идиот не ставящий ни во что не свое происхождение, ни свой долг, ни свою жизнь. Кобран знал правду - Руханос совсем не тот человек, каким его помнили, когда он наслаждался жизнью в Астаре. Став наместником восточных земель, наследник вдруг почуял тягу к делам и надо признать, они у него получались. Он забыл про развлечения и с головой ушел в налаживание государственности в Аре. Находясь в Астаре, в которой ему просто некуда было приложить свои силы - Арсалган все решал сам - Руханос давал выход своей энергии в оргиях и драках. Тут же, в Аре, где никто не стоял над ним, молодой человек превратился в того, кем его видел отец - человека отвечающего за свои слова. Возможность принимать решения, от которых зависела не только его жизнь, но и жизнь тысяч других людей дисциплинировала бывшего гуляку и сделала реальным претендентом на власть в Империи.