Страница 13 из 44
Планета стремительно приближалась. В одно мгновение исчезла завораживающая чернота космоса, и вокруг разлилась синева. Ни облачка! Сергей быстро пробежал глазами информацию о температуре на месте высадки. 'Нет, ничего, жить можно, - с облегчением констатировал он. - По земным меркам нормальный летний день'. Кротов, как настоящий сибиряк, не боялся никакого мороза, но с трудом переносил жару. Он до сих пор помнил иссушающий горячий ветер Афгана. 'Ладно, погода не подкачала, может, и остальное пойдет нормально'. Он разглядывал приближающуюся планету. Так и есть - горы. И хорошие горы. На обзорнике было видно, что в зоне высадки горы не очень высоки. Они сплошь были покрыты лесом. Но дальше горы становились все выше. Их снежные вершины рвались в небо. 'Ничего себе хребет! Целая горная страна', - Сергей силой заставил себя оторваться от созерцания ландшафта и сосредоточиться на высадке. Капсула проводила противоракетный маневр. 'На хрена? - сначала удивился Кротов, но потом решил, - вообще-то электроника права - береженого бог бережет'.
"Яйцо" замерло. Информатор как всегда начал бубнить про обстановку в зоне высадки, но Сергей уже мгновенно схватил взглядом символы, бегущие по экрану, и не слушал бесстрастный голос. Надо выходить и, пока электроника еще жива, связаться с зардерцами, определиться где собираемся. В последний раз глянув на обзорный экран, он скомандовал автоматике открыть люк.
Надвинув щиток шлема, он, по привычке, несколько раз глубоко вздохнул и, задержав дыхание, шагнул в очередной новый мир. "Земля", - подумал он, разглядывая стену леса, оградившую небольшую поляну, которую капсула выбрала для высадки. Эта мысль немного напугала его - почти на каждой планете, где ему приходилось задержаться, он видел сходство с Землей. 'А может я просто забыл, как она выглядит на самом деле? И теперь каждая планета, где есть кислород, лес и вода, кажется мне родной?' Эти мысли перебил голос командира группы. Пассимуши дал координаты сбора и приказал торопиться, напомнив, что электроника может отказать в любой момент. Он прав, хватит философствовать, пора заниматься делом. Землянин поправил на плечах ранец, взял в руки меч (на поясе все-таки носить его невозможно) и шагнул в высокую, почти до колен, фиолетовую траву.
****
Шесть звезд скатились с небосклона и не погасли. Краах видел такое впервые. Бывало в его жизни, что звезды срывались со своих мест и внезапно чертили яркой полосой темное небо. Но они никогда не появлялись днем, когда солнце уже залило горы своим светом, и никогда они не долетали до земли. Надо же, первый раз ему доверили идти одному, и тут такое! Рядом не было ни умудренных жизнью старейшин, ни опытных командиров. Что делать? Идти к серой дороге, как было приказано, или идти смотреть на диковинные звезды? Судя по гулу, они упали совсем недалеко - на противоположный склон горы.
Из всего своего опыта Краах знал, что главное - это выполнить приказ. Все чекранцы с раннего детства знали, что нет позора хуже, чем отступить, не выполнить то, что тебе доверили. На этом построена их жизнь, и только так они смогли отбиться и выжить, когда правительственные войска из Астары пришли уничтожить их села. Но острый ум молодого воина говорил ему, что произошло что-то очень необычное, и пропустить это никак нельзя. В глубине души Краах чувствовал, если уйдет и не проверит, что там упало, он всю жизнь будет жалеть об этом. В конце концов, он принял компромиссное решение - идти посмотреть на место падения звезд, а потом бежать к серой дороге. Если все время бежать, то он успеет вовремя, и Грыхз, которого он должен сменить, не будет смотреть на него с укоризной.
Больше не раздумывая, Краах свернул с едва заметной тропы и нырнул в темный подлесок вековых горных секурай. Мохнатые ветви деревьев опускались почти до земли, их длинные темно-фиолетовые иглы были мягкими и приятными на ощупь, если их гладить от основания. Но если провести рукой против направления роста, крохотные иголочки, торчавшие на самой вершине игл, немедленно вопьются в кожу и останутся там, вызывая зуд и заставляя непроизвольно чесаться. Хотя со временем они вывалятся и большого вреда, кроме зуда и покраснения кожи, не вызовут, но это будет очень неприятно. Краах помнил это ощущение из детства, когда он еще не умел ходить так, чтобы не упираться в иглы секурай. Сейчас это было для него легко. Он, словно горный гзунг, легко скользил между стволами, прикасаясь к мохнатым лапам ветвей только с боку. Краах был доволен собой - он хоть и не грег, но ходить по лесу научился. Сейчас можно было не бояться зверей. Даже гзунг, хозяин в этих горных лесах, и тот, конечно, сбежал подальше, услышав непривычный рев падающих звезд. Сейчас, спрятавшись где-нибудь под корнями гигантских секурай, прядет ушами, улавливая все новые звуки и пытаясь определить, опасны ли они. Звери хоть и любопытны, но никогда их любопытство не пересилит инстинкт, заставляющий скрываться при появлении чего-то неведомого. И только человек может, забыв про опасность, идти навстречу этому неведомому, гонимый своим вечным любопытством.
Краах Ксанг всю свою жизнь прожил здесь, в горных лесах Северного Барраха. Когда-то, несколько поколений назад, люди их племени жили в предгорьях, в нескольких городах. Лишь немногие поселения находились выше - прямо на горных склонах. Но после того как колдовские чары разрушились, и началась великая война, жителям их района пришлось уйти в горы - их силы не смогли сравниться с силами Главного Города.
Краах плохо знал историю. Хотя ему было интересно, но Знающие племени объясняли произошедшее так путано, что разобраться в том, что произошло на самом деле, не было никакой возможности. Зато у него были прекрасные учителя из Следопытов. Их знания, умноженные на острый ум юноши и природное здоровье, доставшееся ему в наследство от родителей, дали прекрасный результат. То, что его отправляли на дорогу в одиночку, говорило само за себя. Обычно, право действовать самостоятельно давалось только воинам лет на десять старше, тем более в это время, когда в лесу появилась эта жуть.
Вот и теперь Ксанг не стал долго обдумывать, как незаметно пройти к нужному месту. Шагая между деревьев, он автоматически, казалось, даже без участия мозга, выбирал путь. Он не знал, что там встретит, но действовал так, как если бы выслеживал збара на большой охоте или шел в разведку к заставам Большого Города. Юноша сделал небольшой крюк, чтобы при спуске на ту сторону горы, где должны находиться упавшие звезды, ветерок, никогда не прекращавшийся здесь, в горах, дул в его сторону. Ни запах, ни щелчок треснувшей сухой ветки под ногами не должен его выдать.
Пройдя плоскую заросшую вершину, он начал спускаться и сразу уловил чужой для леса резкий запах; пахло гарью и еще чем-то знакомым. Это было похоже на то, как пахло в кузнице у Правителя Енарса. Краах непроизвольно напрягся. Неужели люди? Про такое он не думал. Со времен колдунов никто не появлялся с неба. Известно, что для чернокнижников это было не проблемой - они могли летать так же просто, как люди сейчас ходят.
Удвоив осторожность, пригибаясь, в некоторых местах чуть ли не ползком, он начал спускаться, одновременно сдвигаясь в сторону - туда, откуда шел запах гари. Лес с этой стороны был ниже, и деревья стояли реже. Полянок с высокой травой, которую так любят збары, тоже было больше. Так всегда бывает на склоне, обращенном к холодной стороне. Оттуда зимой дуют самые противные ветры, и приходят самые промозглые холодные дожди, а иногда ветер даже приносит снег. Говорят, там, откуда дуют эти ветры, снег лежит большую часть года.