Страница 33 из 55
[96]Уже из лагеря счастливо Ушли два дюжих молодца: Лаптишки хлюпали, и живо Стучали смелые сердца. Явился месяц из-за тучи, Рассеялся туман летучий, Всё предвещало добрый путь. И вдруг навстречу из долины С полком латинские дружины — Волсент! Как нашим улизнуть? [97]Они, попавши в передрягу, Бегут быстрее гончих псов. Бедняги к лесу дали тягу От супостатов, от врагов; Так пара горлинок невинных Летит — спастись в лесах пустынных От хищных ястреба когтей. Но если суждено быть худу — Оно тебя найдет повсюду. Не скроешься за сто морей! [98]Наездники и пехотинцы Пустились догонять вояк. Опушку окружив, латинцы Им не дают уйти никак. Часть войска по лесу шныряла И выследила Эвриала. Проворный Низ на вербу влез. Попался, как волкам овечка, От вербы этой недалечко Дружок его, головорез. [99]И Низ увидел Эвриала, Над коим тешились враги. Душа его затосковала. Зевесу крикнув: «Помоги!» — Копье в латинцев он пускает, Сульмону сердце пробивает, Тот сразу валится, что сноп. Как будто не было Сульмона! Не охнув, не издавши стона, Зевнул в последний раз и — хлоп. [100]Стрела со свистом полетела И Тагу врезалась в висок. Его безжизненное тело На желтый падает песок. Волсент, бойцов утратив пару, Клянет невидимую кару И в ярости, как вол, ревет: «За кровь моих Сульмона, Тага Ответишь головой, бродяга! Ступай за ними «обормот!» [101]Без лишних слов на Эвриала Он замахнулся палашом. Вся храбрость Низова пропала, И сердце стало кулешом. К Волсенту мчится что есть силы: «Творишь пеккатум, фратер милый,{163} Ты морс невинному несешь: Я — стультус, лятро, нечестивец, Злодей, неквиссимус, убивец! Постой! Ты кровь напрасно льешь!» [102]Рука Волсента не сдержалась: Головку с плеч срубил он вмиг, И кавуном она каталась. Невнятно лепетал язык. Кораллы губ уже синели, И щеки алые бледнели. Густых кудрей свалялся шелк, Померкли молодые очи, Покрывшись мглою вечной ночи, И голос навсегда умолк. [103]При виде трупа Эвриала Рассвирепел его земляк, И, выпуская злости жало, К Волсенту ринулся смельчак. Как молния летит сквозь тучу, Промчался сквозь латинцев кучу, Врага настиг в один момент. Схватил его за чуб рукою И в сердце меч всадил другою — Дыханье испустил Волсент. [104]Как искра с порохом зажженным Должна исчезнуть заодно, Так Низу с ворогом сраженным Погибнуть было суждено. Осатаневшие латины Не пощадили казачины И голову ему снесли. Так Низ и Эвриал дружили, Так жизнь отважно положили, Посмертно славу обрели. [105]Из крепких сучьев и брезента Носилки смастерив, латынь Поволокла на них Волсента, Которому пришел аминь. А две казацкие головки С собой помчали, как дубовки, Швырнув их попросту в мешок. Но в лагере об эту пору Застали, как на бойне, гору Печенок, легкого, кишок. [106]Как только небосклон зарделся, Светильник Феба запылал,{164} Пан Турн покушал, огляделся И снова биться пожелал. Ударить приказал в клепало, Чтоб войско сразу выступало, И прихватить велел с собой Казачьи головы для смеху, Чтоб за недавнюю потеху Троянцам отплатить с лихвой. [107]Но в крепости, по уговору, Молчком сидел троянский род; Запрятались, как мыши в нору, Когда вблизи мяучит кот. При этом были все готовы Погибнуть ради Трои новой И чашу смертную испить, Чтоб отстоять свою свободу, Не покориться сумасброду, Затрещину ему влепить. [108]Рутулы налетели бурно. Троянцы сдачи дали так, Что брюхо скорчило у Турна И расчесал икру вожак. Велит он, вне себя от злости, На глум поднять убитых кости, Чтоб лютых недругов кольнуть: На жерди перед самым валом Несчастных Низа с Эвриалом Головки буйные наткнуть. [109]Троянцы с вала различали, Чьи головы вблизи торчат, И горькой предались печали, Утративши таких ребят. Ужасный слух про их кончину Потряс троянскую дружину, И слезы проливала рать. Оцепенев от скорбной вести, Едва не умерла на месте Старуха, Эвриала мать. вернутьсявернуться