Страница 64 из 65
Свободные общинники и рабы не мирились со своим угнетённым положением. Много раз восставали они против господствующего, класса. Одно из первых восстаний поднял Чэн Шэ против династии Цинь, а за ним восстали и другие. Однако Лю Бан, выдвинутый вождём восстания и свергший цинских императоров, придя к власти, лишь немного ослабил гнёт и эксплуатацию. Основанная им династия Хань продолжала усиливать порабощение свободного населения, и четыре века её господства (II в. до н. э. — II в. н. э.) явились самым тяжёлым временем для китайского трудового народа.
В это время даже некоторые рабовладельцы выступали за отмену рабства или хотя бы за сокращение его. Они подавали доклады императору о том, что «поля богатых тянутся вдоль и поперёк, а у бедных некуда воткнуть шило». Народ уходит в разбойники, беглецов ловят и приговаривают к тюрьме. За год число осуждённых достигает тысяч и десятков тысяч. Одни требовали отменить рабство, отменить право рабовладельцев убивать рабов, облегчить налоги и повинности. Другие просили ограничить владение землёй для сановников и знати, установить максимальное число рабов для знати в 200 человек, а для чиновников и простых людей в 30 человек. Однако они не смогли справиться со стоявшими у власти рабовладельцами, которые не желали добровольно расстаться с основой своего могущества и богатства. Император Ван Ман, пытавшийся в начале своего царствования запретить, рабовладение, ввёл новые законы, которые привели к небывалому росту порабощения. По его законам одному только государству принадлежало право отливать монету, гнать вино, добывать соль. У всех, кто нарушал эту монополию, конфисковалось имущество, и они превращались в государственных рабов не только со своими семьями, но и вместе с семьями четырёх соседей, которые не донесли на них. После введения этих законов к чиновникам, ведавшим отливкой монет, сгонялись сотни тысяч осуждённых мужчин, их сажали в клетки, а их жёны и дети с цепями на шее шли за ними пешком. По дороге от горя и мучений погибало шесть или семь человек из каждого десятка. А кругом по всей стране наряду с порабощённым народом, — изнывающим от мук и голода, богатые и знатные жили в роскоши.
«Постройки знатных людей тянутся сотнями домов. Плодородные поля их занимают всю землю. Рабов и рабынь у них считают тысячами толп, а рабов из преступников на десятки тысяч. Их лодки, телеги и торгаши разъезжают по всей стране. Они копят и прячут, наполняя богатствами столицу и другие города. Огромные здания их не могут вместить драгоценных подарков и дорогих товаров; гор и долин не хватает для табунов их коней, для стад коров, баранов и свиней. Роскошные их залы полны очаровательными юношами и красавицами, рядами певиц и музыкантов. Гости не смеют войти в ожидании приёма. Коляски и всадники, не смея въехать, путаются друг с другом у ворот. Столько мяса коров, свиней и овец, что его не успевают съесть, и оно тухнет; столько густого, чистого вина, что нет сил его выпить, и оно портится. Свита следит за взором своего господина — беспокоится об его настроении — обрадуется он или разгневается. Безгранично наслаждение знатных, обильно богатство начальников…» — так описывал жизнь рабовладельческой знати Чжун, Чантун в трактате «Правдивое слово».
Недаром в те времена была сложена народная песнь:
Ненависть к угнетателям была видна во всём, она достигла большой силы, близилось народное восстание. Сначала то были отдельные, разрозненные выступления рабов, большей частью на рудниках, где работа была невыносимо тяжёлой, а обращение самым жестоким, В «Истории Первой династии Хань» сохранились о них следующие записи:
[В 22 г. до н. э.] «На железных рудниках в Инчуани восстали 188 рабов. Они убили начальника, разграбили склады и оружие. Вождь их назвал себя полководцем: и прошёл через 9 областей».
[В 18 г. до н. э.] «на казённую палату напало 60 человек во главе со свободным мужчиной; Они похитили заключённых и рабов, разграбили склады и оружие. Вождь их назвал себя Хозяином Гор».
[В 14 г. до н. э.] «288 рабов на железных рудниках в Шаньяне напали на начальников, убили их, разграбили склады и оружие. Вождь их Су Лин провозгласил себя военачальником и прошёл через 19 областей».
Но все эти мелкие, разрозненные восстания правительство скоро подавляло. Плохо организованным и слабо вооружённым рабам трудно было сопротивляться военной силе могущественной империи. Главной их слабостью была разрозненность.
Наконец, в 18 г. н. э. разразилось восстание огромной силы. Оно длилось в течение десяти лет и потрясло всю страну. Одни объясняли причину восстания засухой, неурожаем, но другие находили ему правильное объяснение:
«Народ говорит, что Страдает от множества запрещений, из-за которых нельзя пошевелить рукой. Полученного от работы не хватает на уплату налогов и Поборов. Люди закрывают двери, ни с кем не общаются и Всё-таки попадают в тюрьму, как сообщники в выплавке монеты или хранении меди, по закону о круговой поруке пяти соседей. Чиновники замучили народ. От бедности все уходят в разбойники».
Много было, повстанцев в те времена. Одни из них скрывались на горе и получили от неё своё название «Зелёный лес». Славившиеся своей справедливостью пастух Ван Куан и Ван Фын были выдвинуты вождями повстанцев. Их восстание охватило южные области. На севере массы выдвинули своим вождём Фан Чуня за его храбрость. Готовясь к бою с правительственными, войсками, Фан Чунь велел повстанцам выкрасить брови в красный цвет, чтобы отличить в бою своих от врагов. За это они и были прозваны «Краснобровыми».
На этот раз восставших было уже не сто, не двести человек, а десятки тысяч. Пламя восстания охватило всю страну. Император Ван Ман послал против него своих лучших военачальников, но они неизменно терпели поражения. Ван Ману пришлось мобилизовать преступников, осуждённых на смертную казнь, он бросил на повстанцев даже диких зверей — тигров и барсов из своего зверинца. Но его военачальники так угнетали весь народ, что восстанавливали против себя всё население, которое предпочитало переходить на сторону восставших, чем оставаться под властью Ван Мана: Гордость военачальников Ван Мана, их презрение к простому народу, с которым они должны были воевать, мешали им в боях даже тогда, когда численный перевес бывал на их стороне; они терпели поражение за поражением.
К повстанцам в пору их успехов присоединилась и часть, аристократии, принадлежавшая к свергнутой Ван Маном династии Хань. Ханьская знать использовала народное восстание, чтобы снова прийти к власти.
Когда восставшие подошли к столице, их поддержали в городе восставшие бедняки и рабы. После упорной борьбы они заняли дворцы и казнили Ван Мана. Новый император был избран «Краснобровыми» из своей среды — это был бедный родич Ханей, давно уже примкнувший к повстанцам. Однако, очутившись на троне, он предался забавам и наслаждениям, забыл о выдвинувших его повстанцах и ничего не сделал для облегчения жизни народа. Тогда «Краснобровые», сохранившие свою организацию, снова вошли в столицу, свергли его и провозгласили нового императора, также, из рода Ханей. Но и второй государь, выбранный народом, недолго удержался у власти. На этот раз его свергла ханьская знать, которой удалось расправиться с «Краснобровыми» и усмирить восставших.
Не прошло и двух столетий, как народ снова поднялся на борьбу. Но на этот раз восставшие шли уже не под лозунгом восстановления старой династии. Они требовали всеобщей справедливости и устранения всякого гнёта.