Страница 4 из 12
Он нажал на кнопку звонка еще раз, теперь сигнал звучал куда тревожнее. За дверью раздался вздох, и прозвучал неуместный теперь вопрос: «Кто там?». Неуместным он был по той причине, что изнутри квартиры некто внимательно следил за гостем через дверной глазок.
Голос принадлежал Оле, той самой девушке, с которой он недавно познакомился, и к которой пришел сегодня в гости.
– Оля, это я, Саша. Открывай.
Секундное молчание вновь прервалось голосом из-за двери.
«Я не одета, подожди минутку».
Саша как-то внутренне насторожился, прислушался. В глубине квартиры раздалась какая-то возня, и ему послышался громкий шепот двух людей.
Он кулаком постучал в дверь. Шум внутри усилился, кто-то что-то уронил, обо что-то споткнулся. Через несколько секунд Оля открыла дверь.
Вид у неё был немного необычный. Всегда опрятная и ухоженная, сейчас её будто подняли с постели. Волосы растрёпаны, косметики нет. Но она точно не спала, это было заметно по легкому румянцу на щеках, да по еще учащенному дыханию.
– Ты откуда взялся? – она даже не дала ему возможность открыть рот. – Разве ты сегодня не работаешь?
Саша уже чуял неладное, но пока еще надеялся на хороший конец.
– Сегодня изменения в планах, на работу не пошел.
– А в институт?
Она еще стояла в дверном проёме, загораживая проход и не давая ему войти.
– Институт тоже отпадает, не до него сейчас.
Он сделал шаг вперёд: – Не против, если я войду?
Она секунду колебалась, но решила не сопротивляться, и отошла в сторону.
Войдя в прихожую, он огляделся. Кроме её вещей на вешалке было зимнее мужское пальто и шарф. Возле тапочек в прихожей он обнаружил чужие черные ботинки, тоже мужские. Ситуация ухудшалась с каждой минутой, но оставался вариант, что это пришел гость к вечно отсутствующей соседке.
– У тебя кто-то в гостях? – спросил он, повернувшись к ней лицом. Она стояла, опустив взгляд на свои ладони, и не собиралась отвечать.
Его внимание привлек шум из комнаты. В дверях показался парень, на пару лет старше Саши, выше и физически крепче. Он не спеша двигался к ним, попутно застегивая рубашку. Лицо его излучало уверенность, он чувствовал себя победителем. Остановившись в метре от Саши, он с ноткой пренебрежения произнёс: – Шел бы ты отсюда, парень. А?
И деланно поднял брови.
Саша вновь обернулся к своей, теперь уже бывшей девушке. Она всё так же стояла, не смея поднять глаза, и чуть отодвинулась в сторону, освобождая выход из квартиры.
Он еще раз осмотрелся, но не найдя, что сказать, просто двинулся к выходу. Затылком он ощущал взгляд, сверлящий ему мозг. Так и хотелось развернуться и врезать этому самодовольному придурку. Но пользы бы это не принесло никакой, и скорее всего, он получил бы хорошую ответную взбучку.
Поэтому он, ни слова не говоря, вышел из квартиры и направился к лифту. Нажав кнопку вызова, он услышал, как захлопнулась за ним тяжелая железная дверь.
Следующие несколько часов он просто бродил по улицам. Холода он не ощущал, или не хотел ощущать. Голова была занята лишь неприятностями сегодняшнего дня. Он всё думал, почему же так получилось, мог ли он что-нибудь изменить. Конечно, в мыслях у него нашлась и подходящая фраза, которую он бы произнёс в этой злосчастной квартире. И были аргументы, почему именно его не стоит увольнять. Думал, не знал ли одногруппник об этом предстоящем сокращении? Слишком уж легко он воспринял эту новость.
В себя он пришел к вечеру, когда низкое зимнее солнце уже опустилось за горизонт, передав эстафету освещения уличным фонарям. Мороз стал намного мягче, начал падать легкий пушистый снежок.
Добравшись до знакомых улиц, Саша притормозил возле остановки автобуса. Вечерние маршруты были затяжными, интервал мог достигать получаса. А пешком добираться до общежития было почти нереально, он сейчас находился на другом конце города.
Уже немного оправившись от событий дня, он стоял на тротуаре и всё чаще поглядывал вдаль, туда, откуда должен был приехать автобус. Его, как назло, не было, а ноги без ходьбы уже начинали замерзать. Вспомнив старую студенческую шутку про сигарету и автобус, он достал пачку. Шутка заключалась в том, что всегда действует закон подлости. Стоишь ты долго на остановке, ждёшь транспорт, а он всё не едет и не едет. Наконец, чтобы скоротать время, достаёшь из пачки последнюю сигарету и прикуриваешь. И только стоит это сделать, как из-за угла выворачивает столь долгожданный автобус.
Усмехнувшись про себя, он посмотрел в пачку. Действительно, оставалась одна последняя сигарета. Он достал её, немного помял в пальцах. Наконец, решив, что гадостей с него на сегодня должно хватить, и удастся хоть покурить спокойно, он следом достал зажигалку и начал её отогревать.
Зажигалка была дешевой, и никогда не срабатывала с первого раза. Чиркнув кремнем один раз, он вдруг заметил боковым зрением какое-то движение. Повернул голову в одну сторону, потом в другую – никого. Он продолжил своё занятие, со второго раза ему удалось добыть огонь. Поднеся желтый язычок пламени к кончику сигареты, он резко вдохнул воздух в легкие.
Внезапно ему показалось, что вместо воздуха оказался сильно раскаленный удушающий газ. Начало драть горло, потом трахею. Легкие горели огнём, он не мог больше вдохнуть. Закашлявшись, он выплюнул из себя клубы едкого сизого дыма, после чего все неприятные ощущения сразу закончились. Он вновь чувствовал себя как обычно, пожалуй, даже немного лучше. Следующая затяжка была совсем не болезненной, и он продолжил начатое занятие, время от времени бросая взгляд в сторону, откуда должен был появиться столь долгожданный автобус.
03
В комнате стояла напряженная тишина. Девушка, только недавно подвергнувшаяся обряду, всё еще сидела на стуле посреди комнаты, уставившись в пустоту бессмысленным взглядом. От неё сейчас толку не было, она только начинала приходить в себя. Сколько продлится такое состояние, сказать было невозможно. Бывало, что человек приходил в себя уже через минуту, а иногда требовалось несколько часов. От чего это зависело, точно никто не знал. Существовали предположения, что на это влияла сила духа, вселившегося в человека, или от самого человека. Но сейчас это было неважно.
Гораздо важнее было убедиться, что демон покинул это тело. Такое уже случалось в практике, когда злой дух только притворялся, что ушел, а на деле лишь затаился, чтобы восстановить силы, или сделать еще какую-то пакость.
Самый простой способ обычно давал самый верный результат. Отец Павел подошел к ней ближе, и наклонился, глядя прямо в глаза.
– Посмотри на меня. – потребовал он.
Девушка вздрогнула, но через секунду подняла глаза. Взгляд был тревожным, она всё еще боялась.
– Видишь этого человека? – он указал рукой на помощника. Тот, как и прежде, стоял возле стены, сжимая в руках чашу со священной водой.
Девушка неуверенно кивнула, вновь переводя взгляд на стоящего перед ней священника.
– Что лежит у него в кармане?
Она вновь посмотрела на юношу, пытаясь понять, чего от неё хотят. Несколько раз оглядела его с головы до ног, задерживая взгляд на уровне карманов пиджака и брюк. Наконец произнесла: – Я не знаю.
Отец Павел выпрямился, тихонько положил ей руку на плечо.
– Думаю, теперь ты можешь отдохнуть. Тебе больше ничего не угрожает.
И направился к выходу из комнаты.
Чуть позже, когда мать девушки помогала ей успокоиться и уснуть, священник с молодым помощником ждали на кухне и тихо разговаривали. Точнее, говорил только отец Павел, а юноша сидел и слушал, сопровождая собеседника взглядом, пока тот задумчиво ходил из угла в угол.
Создавалось впечатление, что священник разговаривал сам с собой. Он уже несколько раз пересёк кухню по диагонали, и не собирался останавливаться. Движения его были плавными, точными, и никак не увязывались с его уже полностью седыми волосами. Определить возраст его было невозможно, отчасти из-за такой несоответствующей возрасту подвижности, а отчасти из-за роста, довольно немалого. Он расхаживал по кухне, заложив руки за спину, и бормоча себе под нос свои же рассуждения.