Нежная королева

Рассмотрев следы на снегу, Босуорт пришел к выводу, что нападавших было значительное число. На плохих, не кованных лошадях. Они-то и увели сытых, холеных жеребцов убитой охраны. Крупные вмятины от подков были хорошо видны на снегу рядом с отметинами помельче. Дерлок хмыкнул: когда-то и он ездил на таких вот дрянных клячах, считая себя повелителем мира.

Воины были убиты жестоко. Сначала сняты с седла стрелами из засады, а затем прикончены откровенно тупым оружием. Дерлок впервые в жизни вдруг посмотрел на своих соплеменников - истинных, чистокровных сальвов - глазами человека их долины. Дикари. Тупые, беспощадные дикари. Неужели нельзя было взять пленных? Потом получить выкуп от семей? Зачем же вот так, чуть ли не кухонным ножом? И ради чего? Ради сапог? Лошадей? Поклажи?

Дерлок уже собирался снова сесть верхом, когда почувствовал на себе чей-то взгляд. Воин мгновенно выхватил меч и отскочил к ближайшему валуну, прижавшись к нему спиной. Больше всего он испугался, что на открытой поляне и его тоже могут пристрелить из засады. Но ничего не произошло. Босуорт ощутил, что за ним продолжают наблюдать и, кажется, тоже боятся. Горец внимательно огляделся по сторонам. На дальнем конце площадки, у самых деревьев, под длинным плоско лежащим камнем ему почудилось слабое движение. Не желая упускать неизвестного соглядатая, кем бы он ни был, горец прыжками двинулся туда.

С виду валун был ничем не примечателен, но, нагнувшись, Босуорт обнаружил, что на него из углубления под камнем, образованного наметенным с наветренной стороны снегом, смотрят два огромных карих глаза, совершенно круглых от испуга.

-- Вылезай, малыш. Я не ем младенцев сырыми. - Дерлок вытащил на белый свет насмерть замерзшего мальчугана лет шести, лицо которого ему смутно кого-то напоминало. - Ты кто? - спросил он. - И что тут произошло?

Мальчик перестал трястись, поняв, что "дядя не из этих", и проговорил довольно бойко.

-- Я Персиваль Деми. Мой папа живет в Гранаре, мы ехали туда с тетей Феоной и Молли, моей названной сестрой. На нас напали какие-то... Они всех убили. Феону увезли, мы с Молли побежали в лес и там потерялись. Я ее звал, звал, а она не нашлась.

Дерлок помрачнел: вот только пащенка консорта ему здесь не хватало!

-- А что ты делал под камнем? - сурово спросил он.

-- Сидел и ждал, пока кто-нибудь поедет: купцы или паломники. Вот вы и поехали.

-- А ты умный парень. - хмыкнул Босуорт. - Хотя я не купец и не паломник, но домой тебя точно отвезу.

Мальчик недоверчиво глянул в лицо незнакомца.

-- А вы знаете, где мой дом?

-- Дом - это сложная штука. - протянул Босуорт. - Я знаю, где дом твоего отца. Такой маршрут тебя устроит?

Лицо Пеорсиваля просияло.

--Вы знаете моего папу?

Дерлок шмыгнул носом. Кажется, у него начинался насморк.

-- Мы с твоим папой, ну как бы тебе сказать, не слишком ладим. Но ты меня не бойся. Выберемся отсюда как-нибудь.

Он взял мальчика за руку и повел к коню.

- Мне будет удобнее, если ты сядешь на крупе и будешь держать меня за ремень, чтоб не упасть.

-- Хорошо, -- кивнул Персиваль, -- не беспокойтесь. Только я хотел сказать, -- он замялся, -- Феона, она была еще жива, когда они ее увозили...

-- Ценное уточнение. - Босуорт посадил мальчика на лошадь. - Зачем бы они ее стали увозить, если б она была мертвая?

-- Я вообще не знаю, зачем они ее увезли. - задумчиво сказал мальчик. - А нас с Молли догонять не стали.

-- Много будешь знать, скоро состаришься. - Дерлок щелкнул Персиваля по совершенно ледяному носу. Ему-то поведение соплеменников было абсолютно ясно, и оно его не радовало. - С твоего согласия мы поищем твою "тетку", -сказал горец, -- а уж потом повернем в долину. Все-таки мы с тобой два мужчины, нельзя бросать ее в такой беде.

-- Согласен. - совершенно серьезно отозвался мальчик. - Один бы я, наверное, с ними не справился, зато теперь вдвоем может что и получится.

Босуорт покачал головой, ему впервые приходилось иметь дело с детьми в деловом возрасте, и он сейчас даже не предполагал, насколько несносен и насколько полезен может оказаться его маленький спутник.

Всю дорогу Персиваль без умолку болтал о виденных им в Даллине кораблях и о том, что, хотя у Дерлока, конечно, большой меч, но в даллинском арсенале есть и побольше.

-- Двуручный. - уточнил Босуорт. - Есть.

-- И с витым лезвием. А ты умеешь стрелять из арбалета? Папа говорит, что пистолеты часто взрываются в руках и арбалет надежнее...

-- Тихо! - у Дерлока уже в голове звенело от тонкого ребячьего голоска. - Закрой рот, простудишься.

Персиваль надулся и целых полчаса молчал. То-то было блаженство! Но потом все началось сначала.

-- Ты рыжий. Ты больше папы. А я знаю, где находится Луизиграна. А ты умеешь чертить карты?

Только когда Босуорт, не обращая внимания на хриплый щебет своего спутника, привстал на стременах и потянул носом воздух, мальчик смолк, чувствуя по лицу старшего приближающуюся опасность. Пахло дымом. Еще не близко, но явственно.

-- Посиди здесь. - Дерлок спрыгнул с коня и прогулялся пешком в сторону предполагаемого костровища. Вскоре он услышал ржание лошадей и вернулся. - Слезай. - бросил горец. - Твои разбойники рядом. Смотри. - он указал пальцем на едва наметившуюся среди сугробов дорогу. - Если я не вернусь с твоей теткой до утра, пойдешь по ней пока не наткнешься на каменный крест, отмечающий развилку. Свернешь налево. Там часа через два будет ферма Косого Фрайана. Попросишься туда, скажешь: Дерлок приказал. Там живут старики, они тебя не тронут. Расскажешь, кто ты и пообещаешь от имени отца вознаграждение, если они отвезут тебя в долину, когда разбойники уйдут.

-- А что я буду делать до утра? - с неприкрытым ужасом спросил мальчик.

-- Ждать меня под ближайшей елкой. Если не замерзнешь. - ответил Босуорт, набрасывая на Персиваля свой меховой плащ. - И смотри, -- Дерлок поднял палец, -- не подходи близко к стоянке разбойников, даже если тебе очень захочется посмотреть, что там происходит.

Мальчик нахмурился. Видимо, Босуорт угадал его затаенное намерение.

-- Я говорю серьезно. - покачал головой воин. - Ни в коем случае не делай этого. Горцы имеют дурную привычку подкидывать младенцев из долины в воздух и ловить их на острие меча.