Страница 3 из 4
Подписано: Меньшиков.
XVIII
Выдержка из статьи газеты "Земщина".
Некоторые подлецы, называемые юристами, лишили правосудие ключей к истине, как-то: дыбы, колеса с гвоздями, каленых щипцов и т.п. Язык бледнеет говорить о злодеянии, совершенном в Завихряйске. Волосы, даже под мышками, встают от ужаса, и перо невольно падает из скрючившихся от трепета пальцев. С ужасом садишься за стол, с ужасом хлебаешь щи: на чем они сварены? С ужасом погружаешь нож в дымящийся пирог: а вдруг там околоточный? Все возможно в наши дни, когда даже страшное преступление в Завихряйске остается неразысканным. Каким бы обжорой ни был этот купец Семипудов, - но возможно ли предположить, чтоб он один сожрал околоточного надзирателя?
Принимая во внимание, что по самому роду своего служения в господа околоточные избираются особы знатного роста и недюжинной силы. Кто же жрал еще и не подавился? Где виновники? Как узнать это от молчащего купца, ежели не прижечь ему пятки каленым железом, ежели не запустить хорошенькой иглы под ноготь, ежели не растянуть его на дыбе? Какой дурак скажет свои сокровенные мысли, если судебные власти кормят его мармеладами и миндальным печеньем: "Кушай, миленький! Заедай околоточного мармеладинкой!" Когда же окончится это преступное попустительство так называемых властей, во главе которых стоит граф Витте? Когда, на радость всех истинно русских людей, в суде нашем будут введены, по образцу всех истинно цивилизованных стран, пытки? Кто были сообщники Семипудова? Мы знаем это. Доблестный сын своего отечества А.И.Гучков сказал это вчера на собрании октябристов: "Околоточного надзирателя вместе с Семипудовым ели богопротивный Петрункевич, богомерзкий Родичев, вместе с ненасытным в своей лютости князем Павлом Долгоруким". И они доныне еще не пытаны! Страшно по улицам ходить даже околоточному! То-то был бы праздник, то-то было бы веселие для всей Руси православной, для всякого человека, истинно русского, для каждого доброго христианина, если б нас к праздникам святые пасхи порадовали пытками. То-то радость была бы в Москве-городе, ежели б к светлому празднику заботливое начальство ее площади изукрасило. На Красной площади Петрункевич бы на колу сидел, на Страстной Родичев, на детское удовольствие на колесе бы вертелся, на Арбатской Маклакова бы на горячих углях поджаривали, а на Каланчевской - князь Павел Долгоруков, будучи подвешен за большие пальцы рук, с гирями, прикрепленными к большим пальцам на ногах, должен был бы в такой позиции поганые речи Мирабо произносить. А народ православный, по-праздничному разодетый, ходил бы мимо, смотрел и любовался, лузгая семечки и расходясь по требованию начальства. А из Семипудова бы котлет наделали и заставили те котлеты есть без хлеба сотрудников "Русских ведомостей". Нечего церемониться с иноземцами! Самое имя - Семипудов. Что в нем русского?
Подписано: Замысловский.
XIX
Из газеты "Земщина" письмо в редакцию.
М.Г., г-н Редактор!
Во вчерашнем No вашей уважаемой газеты допущена легкая неточность. А именно, я никогда не называл поименно гг. Петрункевича, Родичева и др., как заведомо для меня евших в Завихряйске околоточного надзирателя.
Примите и проч.
А.Гучков.
О т р е д а к ц и и. Крайне удивлены, почему г-н Гучков не называл этих лиц поименно? Ужели и А.И.Гучкову финляндцы миллион дали?
XX
Выдержки из стенографического отчета о заседании суда по делу о купце третьей гильдии Афанасии Семипудове, обвинявшемся в уничтожении околоточного надзирателя Силуянова посредством еды.
З а щ и т н и к С е м и п у д о в а п р и с. п о в. Т е с л е н к о. Я имею войти к суду с ходатайством.
П р е д с е д а т е л ь. Входите.
П р и с. п о в. Т е с л е н к о. Имею честь покорнейше просить суд допросить в качестве свидетеля околоточного надзирателя Акима Силуянова, находящегося в соседнем коридоре.
П р е д с е д а т е л ь. Защите должны быть известны статьи устава уголовного судопроизводства, устанавливающие законные сроки на ходатайства о вызове новых свидетелей. Ввиду пропуска срока суд постановляет ходатайство защиты, как не основанное на законе, за силой ст. 000 устава уголовного судопроизводства, оставить без последствий.
П р и с. п о в. Т е с л е н к о. Но раз мой клиент обвиняется именно...
П р е д с е д а т е л ь. Предлагаю защите не вступать с судом в пререкания. В противном случае вынужден буду защиту удалить.
XXI
Оттуда же. Выдержка вторая.
П р е д с е д а т е л ь. Подсудимый! Всаньте. Признаете ли вы себя виновным...
П о д с у д и м ы й С е м и п у д о в (перебивая). Г-н председатель, тут вышло недоразумение. Я хотел сказать...
П р е д с е д а т е л ь (строго). Подсудимый, потрудитесь не перебиать председателя!
П о д с у д и м ы й (испуганно). Это меня адвокат научил!
П р е д с е д а т е л ь. Г-н присяжный поверенный, о вашем поступке будет доведено до сведения московской судебной палаты. По своему званию вы должны внушать подсудимым уважение к суду, а не учить их перебивать председателя.
П р и с. п о в. Т е с л е н к о. Г-н председатель, но раз...
П р е д с е д а т е л ь. Я вторично делаю вам замечание, чтоб вы не вступали в пререкание с судом. В третий раз я вынужден буду принять меры строгости. Подсудимый! Отвечайте на вопрос: признаете ли себя виновным в том, что 12 февраля сего года в месте, которое вы не желаете указать, ссылаясь на сильное опьянение, ели пирог с неизвестным вам околоточным надзирателем? Да или нет?
П о д с у д и м ы й (упавшим голосом). Да. Признаю.
П р е д с е д а т е л ь. Ваше заключение, г-н товарищ прокурора?
Т о в а р и щ п р о к у р о р а. Ввиду чистосердечного признания подсудимым своей вины, полагал бы судебного следствия не производить.
XXII
Выдержка оттуда же. Речь г-на товарища прокурора:
- Я буду краток, господа судьи. Настоящее дело является, так сказать, новым верстовым столбом на пути "революционного движения". И мы сразу должны положить предел этому дерзкому шествию. Потому что, поистине, отныне оно принимает уже совершенно чудовищные размеры. До сих пор господа революционеры, идя на свои ужасные действия, рисковали своими головами. Их преступления оставляли следы. По следам мы добирались до преступников. Ныне, в своей дьявольской хитрости, они додумались до полного уничтожения следов преступления. Ибо съесть свою жертву - как еще лучше и надежнее можно скрыть следы преступления? Исчез человек, и исчез! Преступление совершено, и мы об нем не будем даже знать, ибо самой лучщей полиции не дано знать, что скрывается у человека в желудке. Единственный способ узнать, это - вскрыть человека. Но вы понимаете сами, господа судьи, что ведь нельзя же вскрывать всех жителей России всякий раз, как пропадет какой-нибудь чин полиции. Таким образом, злодеи, съедая своих жертв, готовят себе безнаказанность. Вам будет говорить защита, что подсудимый был бесчувственно пьян, когда он совершал свое дело. Но, господа судьи, как бы пьян ни был человек, он все-таки понимает, что околоточным не закусывают...
В публике замечено, что во время этой речи подсудимый сильно плакал, особенно же слезы его усилились, когда речь зашла о пьянстве. Речь произвела, видимо, сильное впечатление на преступника.
XXIII
Телеграмма телеграфного агентства, напечатанная во всех газетах.
З а в и х р я й с к. Известный людоед Семипудов приговорен судом к бессрочной каторге. Защита подает кассацию.
XXIV
Его превосходительству,
г-ну полицмейстеру гор. Завихряйска.
Пристава 1-го участка
Р а п о р т
Честь имею донести вашему превосходительству, что сего 3 марта в управление вверенного мне участка неожиданно явился, в сильно распухшем виде и со следами праздно и порочно проведенного времени на лице, околоточный надзиратель Силуянов Аким, исчезнувший 12-го прошлого февраля, и объяснил, что это время, от 12 февраля по сие число, он, Силуянов, провел в беспробудном пьянстве. Местопребываний своих за это время не помнит, а может сказать только, что 12 февраля, зайдя в гости к знакомым, ел там пирог с незнакомым ему купцом, бывшим в бесчувственно пьяном состоянии, и, соблазнившись тем купцом, сам напился до такой степени, что более ничего не помнит, и очнулся только вчера за городскими свалками, и в виде совершенно голом. Доводя обо всем вышеизложенном до сведения вашего превосходительства, честь имею присовокупить, что околоточный надзиратель Силуянов, в общем, отличаясь усердием и примерной верностью долгу, питает некоторое пристрастие к напиткам, называемым крепкими, и ежегодно взял к себе в правило предаваться пьянству не менее двух раз: один - в Рождественском, другой - в Великом посту. В остальное же время ни в каких пороках, околоточному надзирателю не свойственных, замечаем не был.