Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 38 из 79

— Мое имя, джентльмены, — полковник Грейсон Карлайл. До недавнего времени я являлся хозяином поместья в Дюрандели. Мой полк, Серый Легион Смерти, расположился лагерем неподалеку отсюда, западнее Дюрандели. Я пришел сюда, чтобы узнать, что...

Он запнулся, увидев, как разом вскочили на ноги Аткинс и Мораген.

— Карлайл! — шипящим шепотом произнес Мораген. — Я говорил тебе, Аткинс! Я говорил тебе, что это наверняка он...

Но Аткинс уже обрушился на Карлайла, тыча в него указательным пальцем.

— Ты... ты мерзавец! И ты набрался наглости разыскивать нас... сейчас?

Даже Уолленби, казалось, был потрясен. «Он!» — вот и все, что смог сказать невольный посредник.

— Тише, господа, тише, — воскликнул Грейсон, отступая на шаг назад. — Стоило Легиону прибыть на эту планету, как нас немедленно начали преследовать, словно мы ренегаты и подонки, — но я никак не возьму в толк, что случилось? Откройте мне эту тайну! Что тут за чертовщина творится в конце-то концов?

Аткинс перестал орать.

— Как? Ты не знаешь?

— Покарай меня дьявол, если знаю! Потому-то я и проник сюда, чтобы встретиться с вами! Похоже, вся армия Дома Марика ополчилась на нас... но мы понятия не имеем, зачем и почему! Я пришел, чтобы поговорить с вами, Мораген, и вытащить наконец отсюда моих людей.

Он умолчал о потере шаттлов — не стоило выказывать свою беспомощность, — к тому же наемники, как правило, всегда договаривались с предполагаемыми хозяевами о транспортировке.

— Ты, недоносок, — прошипел Аткинс. — Ты ведь не сможешь отрицать того, что натворил на Сириусе-пять!

Грейсон почувствовал холодок, пробежавший по спине, словно он внезапно опять очутился на холодной, покрытой льдами планете.

— Господа, так что же я натворил на Сириусе-пять?!

— Ты, убийца-ренегат, ты же принял капитуляцию Тяньданя! Ты договорился о сдаче, вы залезли в свои шаттлы и затем взорвали к чертовой матери все пять городских куполов! Черт тебя побери, да ведь твои боевые роботы были голографированы, когда они шастали по камням уже после взрыва! Вы сравняли с землей целый город! А в нем жили двенадцать миллионов человек! Женщины! Дети! Старики! Невинные младенцы! Тех, кого вам не удалось изжарить, умерли в холодной, ядовитой атмосфере планеты. Ты ни разу не пытался подышать аммиаком при минус пятидесяти, наемник? Это очень вредит здоровью!

Грейсон с нарастающим волнением выслушивал обличительную речь Аткинса.

— Даю вам слово, Аткинс, я в первый раз слышу об этом, — выговорил он, когда агент Дома Дэвиона сделал паузу, чтобы набрать воздуха в легкие.

— Что значит слово наемного подонка после такого преступления? Я слышал, что там до сих пор откапывают из-под камней замерзшие трупы. Спасшиеся тоже есть. Можешь мне поверить. Тебе удалось стереть Тяньдань с карты, Карлайл, но ты не учел того, что могут еще найтись люди, которые расскажут обо всех твоих деяниях и упекут тебя в могилу! Господи, надеюсь, они это сделают... если я не сделаю это раньше!

— Эй! Послушайте, уважаемые! Да, мы приняли капитуляцию города! И передали командование герцогу Ирианскому! Я говорил с его штабными офицерами несколькими днями позже — все было прекрасно!

Грейсона вдруг охватил ужас. Он вспомнил, как радисты «Фобоса» не могли выйти на связь с Тянь-данем, как никто из командного состава герцога не захотел с ним разговаривать. Вспомнил странное поведение лорда Гарта и постарался соотнести все эти странности с тем невероятным, что ему только что сообщили.

— Так ты говоришь, тебя кто-то подставил? — спросил Аткинс. — Ради Бога, Карлайл, да кому это надо? Слушай! Твои роботы голографированы! Твои шаттлы голографированы! Я сам видел их, и на горизонте за ними — горящие купола Тяньданя! Эта история уже два дня ходит по всему Хельмдауну! О ней сообщали все выпуски новостей! Или новости до тебя не дошли?

Грейсон покачал головой. К сожалению, боевые роботы не обладали аппаратурой, способной поймать телевизионные сигналы. Таковая имелась на «Фобосе» с «Деймосом», но что проку? У них не было времени ею воспользоваться, они разбирались с марикскими воинами в Дюрандели... а потом — в Скалистом ущелье.

— Меня не волнуют фотографии, — ответил Грейсон. — Фотографии, даже голографии, всегда можно подделать с помощью компьютера.

— Твоих боевых роботов видели среди руин, Карлайл.





— А свидетелей можно купить, черт подери! Или обмануть! Боже мой, кто-то пытается объявить Серый Легион Смерти изгоями, уничтожить его... И никто не желает мне верить!

— Я думаю, вам никто и не поверит, — тихо произнес Мораген. В его голосе сквозило презрение. — Вас прислали сюда в качестве нашего защитника. Но мы обойдемся и без такой защиты! Могу вас заверить, что Дом Штайнера не станет связываться с человеком или воинским подразделением, способным на столь ужасное деяние!

— Равно как и дом Дэвиона, Карлайл. Я не буду даже и спрашивать их об этом, поскольку знаю, что они скажут. Дом Дэвиона не захочет иметь дело с подонками, разрушающими города!

Грейсону казалось, что Аткинс вот-вот бросится на него. Но великан, по-видимому, принял другое решение.

— Можешь идти со своим грязным Легионом хоть к черту на рога! — заявил он. — Цивилизованные воины не будут с тобой якшаться. Убирайся прочь с глаз моих!

Грейсон повернулся к Морагену, но коротышка сложил руки на груди.

— Вам лучше уйти, Карлайл. Я человек мягкий, но совершенные преступления на Сириусе-пять нарушают все правила современного ведения войны... и все общепринятые моральные устои! У вас не было причин уничтожать этот город... и этих людей! Ваши действия поставили Легион вне цивилизованного общества... и вне закона.

Наступившая вслед за словами Морагена тишина была столь же холодной, как лед на вершинах хельмских гор. Наконец-то стало понятным поведение войск Марика. Военные конвенции диктовали недвусмысленные правила поведения для враждующих армий, но ренегаты, уничтожители городов, стояли вне даже неписаных и неофициальных законов.

Уолленби тоже хранил молчание, ведя Грейсона обратно по ступеням на поверхность.

— Уолленби... вы мне тоже не верите? — спросил Грейсон, когда они оказались наверху.

Ответа не последовало: старик уже исчез в недрах склада. Грейсон остался один среди длинных теней хельмского вечера.

XVII

Грейсон выждал положенное время, но Алард Кинг не появился. И он вернулся в лагерь один.

Весть о его прибытии мгновенно распространилась по всему лагерю, расположившемуся вдоль берега Араги. Серый Легион Смерти объявили ренегатами, они были вне закона, и войска Дома Марика охотились за ними. Утешительного в этом известии было мало, но зато теперь люди узнали правду и смогли собрать воедино все части неразрешимой, казалось, головоломки. Они поняли, почему полковник Лангсдорф обманом захватил военных и гражданских правителей Дюрандели — так обычно обращались с ренегатами или бунтовщиками, но не с военными противниками, достойными уважения.

Алард Кинг вернулся в лагерь почти тремя часами позже, чем Грейсон, в украденном у кого-то скиммере. Он привез те же новости. И даже кое-что еще.

— По-моему, я знаю, почему Дом Марика интересует эта планета, — сказал он.

Грейсон собрал на совещание командный состав подразделения.

— Все мы знаем, что Звездная Лига оказалась последней попыткой человечества создать единое межпланетное правительство, — начал Кинг. — Большинство тех Домов, что существуют сегодня... Куриты, Марика... являлись частями единой Звездной Лиги.

— Некоторые из них думали, что они и есть Лига, — вставил Клеи.

— Ну так вот. В две тысячи семьсот восемьдесят шестом году Минору Курита начал первую войну за Наследие, объявив себя Главным Лордом.

Макколл скрестил руки на груди.

— Мы все сообрражаем по части истории, дрружище.

— Когда Курита повел свой флот на Дом Марика, важной мишенью для него стал Хельм. Там, во Фрипорте, находились военно-космическая база Звездной Лиги, и склад с оружием, предназначенным для сил Лиги. Затем, когда Звездная Лига распалась, внутри Лиги Свободных Миров началась беспощадная политическая битва за обладание этим оружием, а Курита решил присвоить его себе.