Гордость завоевателей

– Маэстро, мы получили визуальную картинку, – неожиданно раздался в наушниках голос Камуфляжа. – Там, внизу, чужаки. Целая толпа…

– Мы под огнем, – оборвал его Паладин. – Лазеры средней интенсивности – возможно, стрелковое вооружение.

– Возьмите их на прицел и уничтожьте, – приказал Квинн. – Всем истребителям идти…

– Вот он! – воскликнул Камуфляж. – Маэстро, мы его обнаружили!

– Перейти на лазерную связь! – рявкнул Квинн. – Всем кораблям!

Голоса пилотов умолкли.

– Квинн… – пробормотал Арик.

– Это он, – напряженным голосом подтвердил Квинн. – Это коммандер Кавано. Его вынесли из мрашанского корабля. – Квинн помолчал, словно не решаясь продолжать. – Похоже, он без сознания.

Сердце Арика пропустило такт:

– Без сознания? Или мертв?

– Мы узнаем это через тридцать секунд, – мрачно ответил Квинн. – Держитесь, мы спускаемся!

«Контрудар» резко нырнул вниз, на полсекунды подарив Арику ощущение полной невесомости, а затем вошел в крутой вираж, и сила гравитации выжала весь воздух из легких молодого Кавано. Сквозь рев двигателей он слышал глухое буханье самонаводящихся орудий. Снова чехарда с силой тяжести; нос «Контрудара» задрался, что-то с силой ударилось о днище истребителя, вой двигателя внезапно смолк…

И колпак кабины откинулся назад.

– Он там, справа! – прокричал Квинн. – Действуйте!

Арик сорвал с себя шлем, перебрался через бортик кабины и, наскоро оглянувшись по сторонам, нащупал ногой верхнюю ступеньку трапа. В двадцати метрах от них стоял мрашанский корабль, впереди и справа располагалось одно из двух зданий, о которых упоминал Квинн. Три «Ворона» описывали неширокие круги над посадочной площадкой, плюя смертью во все, что еще способно было двигаться.

А в пяти метрах от «Контрудара» на земле распростерлось обнаженное человеческое тело.

Фейлан!

Позднее Арик никак не мог вспомнить ни свой прыжок с борта истребителя на землю, ни безумный рывок через самое горнило боя, ни то, как он ухитрился взвалить Фейлана к себе на плечи, ни даже то, как смог с такой ношей вскарабкаться по трапу и забраться в кабину «Контрудара». От этих нескольких секунд в памяти осталось одно-единственное ощущение – каким ужасающе холодным было тело брата.

А затем колпак кабины скользнул на место, отрезав их от окружающего мира, и «Контрудар» начал пробиваться вверх, за пределы атмосферы.

– Как он? – спросил Квинн.

– Ничего хорошего, – проворчал в ответ Арик, пытаясь дотянуться поверх ног Фейлана до аптечки, находившейся за креслом Квинна.

– Достаньте из аптечки диагностическую ленту, – посоветовал Квинн.

– Я пытаюсь! – Арик наконец-то ухитрился открыть аптечку. Его левая рука была придавлена телом Фейлана, но диагностическая лента была сконструирована так, что с нею можно управиться и одной рукой. Несколько секунд спустя Арик закрепил ее над коленом брата.

– Вот так, – пробормотал он, вставляя провод в разъем рядом с аптечкой. – Макс, что там?

– Сердцебиение замедленное, но ровное, – сообщил компьютер. – Кровяное давление и функции нервной системы сильно понижены.

– Что с ним? – спросил Арик.

– Пока неизвестно, – ответил Макс. – В крови присутствует несколько неидентифицированных агентов, но некоторые, несомненно, появились в результате приема инопланетной пищи. Один момент! Обнаружен слабый яд в крови.

Арик посмотрел на правое плечо Фейлана, где виднелась ранка, из которой медленно сочилась кровь.

– Вижу след введения яда, – сказал он. – Я умею оказывать первую помощь при укусе змеи. Попробовать?

Последовала пауза. Свободной рукой Арик рылся в аптечке в, поисках ножа или скальпеля, жалея, что рядом нет Мелинды. Она бы не дрогнув сделала разрез на коже брата, чтобы спасти его жизнь…

– В этом нет необходимости, – отозвался наконец Макс с явным облегчением в голосе. – Его жизненные показатели растут, они уже достигли самой нижней отметки. В аптечке есть инъектор со стимулятором общего действия?

– Ярко-оранжевого цвета, – подсказал Квинн. – Вы умеете им пользоваться?

– Да. – Арик достал из аптечки оранжевый инъектор и сорвал с него упаковку.

– Начните с одной дозы, – посоветовал Макс. – Посмотрим, как подействует.

– Хорошо. – Прижав инъектор к коже Фейлана, Арик нажал на кнопку. – Есть изменения?

– Секундочку, – откликнулся Макс. – Да, это явно помогает. Думаю, он вне опасности, по крайней мере сейчас.

– Вот вернемся на заправщик и продиагностируем тщательно, – добавил Квинн. – Может, кое-что найдется и в запасе лекарств, которым снабдила нас ваша сестра.

Обнимая обеими руками тело брата, Арик укачивал его, как спящего ребенка. Он был счастлив. Экспедиция достигла цели! Пропавший без вести Фейлан найден и спасен!

– Спасибо, Квинн, – тихо произнес Арик, и глаза его наполнились слезами. – И спасибо вам всем.

– Всегда к вашим услугам, – ответил Квинн. – А теперь летим домой.

– Мы решили лететь прямиком на Эдо, – сообщил Арик, пробираясь через дверной проем. – Доркас и мрашанские планеты ближе, но Квинн опасается, что подполковник Холлоуэй до сих пор нас не простил и не пожелает даже выслушать, а сразу отправит за решетку.

– Все равно от Холлоуэя ничего не зависит, – проговорил Фейлан, глотнув настоящего земного кофе из бутылки для питья в невесомости. – По крайней мере, до тех пор, пока командование не пришлет в его зону несколько боевых кораблей.

– Верно, – согласился Арик. – И еще четыре дня назад это сделано не было.

– Даже если командование решит отправить на ту планету экспедиционные войска, – произнес Фейлан, – на их переброску уйдет добрых восемьдесят часов. Добавьте к этому время, необходимое для сбора отряда. У джирриш будет масса времени, чтобы прикрыть лавочку и убраться восвояси.

– Квинн это понимает, – отозвался Арик. – Но вдруг джирриш второпях забудут что-нибудь интересное?

– Пожалуй. Как бы то ни было, это неплохой предлог для отсрочки неизбежного расследования.

– Спасибо за напоминание. – Арик состроил кислую гримасу. – Я верю, что ты выкроишь время из своего плотного расписания и выступишь в суде свидетелем защиты.

– Не волнуйся, – пообещал Фейлан. – Я от обвинения не оставлю камня на камне. Арик перестал улыбаться.

– Тебе очень повезло, – тихо произнес он. – Ты ведь это понимаешь, не так ли? Джирриш должны были убить тебя в тот самый миг, когда узнали о нашем приближении. Видимо, они решили, что прикончили тебя – больше мне ничего не приходит в голову.

Фейлан глотнул кофе, снова почувствовав тупую боль в плече, в том месте, куда ранил язык Тирр-джилаша. Брат, скорее всего, прав. В плену Фейлан многое узнал о джирриш. Естественно, они не были заинтересованы в том, чтобы Фейлан вернулся к людям со сведениями о завоевателях.

И все же…

– Нет, – медленно проговорил он. – Я не думаю, что Тирр-джилаш пытался убить меня. Ты не видел их языки, Арик. Поверь, они работают почище мясницкого ножа. Он мог разрезать мне плечо до кости и ввести достаточно яду, чтобы прикончить на месте. Или вообще не возиться с ядом, а попросту перерезать мне глотку. Должно быть, он решил меня отключить на время – до тех пор, пока меня не перетащат обратно в камеру. Для этого отвлек своей голограммой, освободил ноги и подошел ко мне поближе.

– Наверное, голограмма была впечатляющая, – хмыкнул Арик. – Однако это все же не объясняет, почему он не переменил свое решение, когда Паладин с ревом налетел на них из-за рощицы.

Или почему Тирр-джилаш или техник не атаковали тебя задолго до того, как ты добрался до мрашанского корабля. Может, боялись, что ты сломаешь им шеи, прежде чем подействует яд?

– Возможно, у него не хватило времени, – предположил Фейлан. – А может, запаниковал. Или, может статься…

– Что?

– Это смелое предположение, – сказал Фейлан. – Очень смелое. Но, может статься, те маленькие семена сомнения, которые я пытался посеять в душе Тирр-джилаша, все-таки дали всходы. Что, если он задумался, не лжет ли его правительство насчет столкновения с «Ютландией»?