Гордость завоевателей

Квинн поморщился:

– Извините. Ну, хорошо. Значит, пять звездных систем. И будем надеяться на удачу.

– Согласен. – Клипер повернулся к остальным. – Так, джентльмены, совещание окончено. Пора заняться истребителями – послеполетный осмотр и все такое. Вперед!

Пилоты шумно, но организованно выбрались из кают-компании, и в ней остались только Арик и Квинн.

– Все прошло даже лучше, чем я ожидал, – проговорил Квинн.

Арик машинально кивнул, не сводя взгляда с дисплея. Пять систем… Из миллиарда звезд в галактике они выберут и обследуют только пять. Похоже на игру в кости, а на кон поставлена жизнь Фейлана и карьера нескольких хороших людей.

Многих хороших мужчин и одной хорошей женщины.

– Макс, помнишь, ты засек корабль перед выходом из системы Доркаса – это была «Каватина»? – спросил Арик.

– Я могу лишь сказать, что это космическая яхта марки «Эффензил-Ройс», – ответил компьютер. – Более точная идентификация невозможна.

– Естественно, невозможна, – буркнул Арик. – Спасибо.

– Мы знаем, что неприятности у вашей сестры начнутся с той минуты, когда прибудет «Каватина», – напомнил Квинн.

– Неприятности уже начались, – сказал Арик. – Холлоуэй пытался связаться с нами напоследок – и вряд ли для того, чтобы пожелать счастливого пути. Я надеюсь только, что отец, когда прилетит туда, сможет как-то все уладить. Успокоить этого подполковника…

– Я уверен, у него все получится, – сказал Квинн. – У вашего отца еще сохранились связи и в Парламенте Севкоора, и в Верховном командовавши миротворцев. Скорее всего, он договорится, чтобы вашу сестру, например, продержали под домашним арестом где-нибудь на Эвоне до тех пор, пока мы не вернемся.

– Надеюсь, гак и будет, – сказал Арик. – Мне отвратительна даже мысль о том, что ее могут держать на армейской гауптвахте.

– В тюрьме, а не на гауптвахте, – поправил его Квинн. – Или в караульном помещении, если она будет под временным арестом. Гауптвахта – это для военных.

Арик хмыкнул:

– Спасибо, что объяснили.

– Не беспокойтесь, с ней все будет в порядке, – сказал Квинн. – Если и стоит волноваться о чьей-то безопасности, так это о нашей с вами. Шутка ли, пять двухместных истребителей – против всего боевого флота чужаков.

– Вы правы, – согласился Арик. – Я постараюсь пересмотреть свои приоритеты.

Глава 17

Невозможно громко хлопнуть дверью, которая, открываясь, плавно уходит в косяк. Но когда подполковник Холлоуэй вошел в комнату, Мелинде показалось, что именно это он и собирается сделать – хлопнуть дверью.

– У меня нет лишнего времени, Кавано, – сказал он с порога. – Корабль Мак-Фи готов к отбытию. Он ждет только вас. Немедленно поднимайтесь на борт.

– Я пока не могу улететь. – Мелинда старалась не дрогнуть под суровым взглядом подполковника. – «Каватина» всего на несколько минут опережает флот чужаков. Если я не предупрежу наших, как только они окажутся в пределах досягаемости передатчиков, – они погибнут.

– Мы сами предупредим их, без вашей помощи, – сказал Холлоуэй уже не так зло. – С ними все будет в порядке. А теперь идите на корабль и улетайте отсюда.

Мелинда отрицательно покачала головой:

– Они не станут вас слушать. Я знаю своего отца. Ему известно, что я здесь, и он начнет с вами спорить, а вы не сумеете достаточно быстро убедить его, что я действительно улетела.

Холлоуэй шумно вздохнул:

– Послушайте, доктор, я прекрасно понимаю ваши побуждения. Но на самом деле вам совершенно не из-за чего волноваться. Да, они опережают противника всего на пару минут. Но вероятность того, что и их корабль, и противник войдут в систему в одном и том же секторе, практически равна нулю. Ваш отец сам увидит, что здесь творится, и успеет быстро унести ноги.

– Вы можете это гарантировать?

– Конечно же нет, – признал Холлоуэй. – Но точно так же я не смогу гарантировать, что чужаки войдут в систему Доркаса достаточно далеко отсюда и вы с Мак-Фи успеете проскочить мимо них, если я позволю вам еще немного подождать.

Мелинда вздохнула. К сожалению, логика подполковника была неопровержима. И потому у Мелинды оставался один-единственный выход.

– Значит, пусть Мак-Фи улетает сейчас, – сказала она. – Я остаюсь.

Холлоуэй сощурился:

– Что?

– Я остаюсь, – повторила Мелинда, стараясь не обращать внимания на болезненную тяжесть в груди. – Скорее всего, вам скоро понадобятся медики. Я врач, и я предлагаю свои услуги.

– На тот случай, если вы забыли, напомню: вы все еще находитесь под арестом, – заметил подполковник.

– Вы ввели на Доркасе военное положение. При желании можете на время отложить мой арест.

Взгляд подполковника вонзился в Мелинду, как лазерный скальпель.

– Вы хоть сознаете, что предлагаете? – спросил он.

– Да, – негромко ответила Мелинда. – И не могу сказать, что эта идея приводит меня в дикий восторг.

Сердце у Мелинды колотилось быстро-быстро. Подполковник еще какое-то время пристально смотрел на нее, наконец сказал:

– Если бы такая перспектива вас вдохновляла, я не поручился бы за ваше душевное здоровье. Ну ладно, договорились. – Он достал коммуникатор и сказал кому-то: – Дагген? Кавано остается здесь. Скажи Мак-Фи, пусть задраивает люки и отправляется. – Получив подтверждение от подчиненного, он убрал коммуникатор в чехол на поясе. – Пойдемте.

На взлетном поле кипела деятельность. Люди копошились, словно муравьи. Миротворцы укладывали последние тюки с пожитками гражданских в грузовые отсеки аэрокаров, а сами колонисты толпились внутри транспортов. Пока Холлоуэй вел машину к командному комплексу, Мелинда вглядывалась в лица этих людей и удивлялась тому, что при царившей вокруг суматохе нет никаких признаков истерии и паники. Наоборот, на лицах колонистов читалась суровая решимость и готовность к любым испытаниям.

– Похоже, они хорошо подготовились к тому, что нам предстоит, – заметила она.

– У нас была пара недель на подготовку, – напомнил подполковник. – Те, кто не захотел оставаться, давным-давно улетели.

– И много осталось?

– Больше, чем мне хотелось бы. Примерно двадцать пять тысяч, притом что всего на Доркасе жило сорок семь тысяч колонистов.

Мелинда посмотрела на ясное небо и пожалела, что оно не затянуто тучами, которые скрыли бы людей от враждебных взглядов, – прекрасно понимая, что такое желание абсурдно. От чужаков не скроешься за облачным покровом.

– Куда вы их отвезете?

– Примерно в семидесяти километрах от поселка в горах есть узкий каньон, – сказал подполковник. – Там река, из которой можно брать воду, и самое большое укрытие, которое только удалось отыскать в этой местности. Мы подготовили его как смогли – времени все-таки было немного.

– А что у вас с запасами провизии и медикаментов?

– Собрали там все, что смогли погрузить и перевезти. Вопрос только в том, насколько эффективно мы сможем защитить убежище, если противник всерьез решит нас оттуда выкурить.

«Еще неизвестно, насколько чужаки заинтересованы в захвате добычи и не бросят ли ядерную бомбу», – подумала Мелинда. Но размышлять на подобные темы было слишком неприятно, и она решила не высказывать вслух опасения. Тем более что Холлоуэй наверняка уже подумал о том же самом.

Мелинда ожидала, что внутри командного комплекса обнаружится такая же картина бурной деятельности, как и на взлетно-посадочном поле. Она рассчитывала увидеть множество солдат, демонтирующих оборудование и переносящих ящики в аэрокары. К ее удивлению, командный комплекс был практически безлюден. Здесь осталась лишь горстка морских пехотинцев, которые охраняли еще не вывезенное оборудование.

– А вы быстро работаете, – похвалила она Холлоуэя.

– Как я уже сказал, мы подготовились, насколько смогли. – Холлоуэй прошел через полупустую комнату к консоли с несколькими дисплеями, на которых демонстрировались какие-то сложные чертежи. – Крейн, как там наши пришельцы?