Страница 50 из 69
А перед глазами так и всплывало зрелище - нет-нет, не космического корабля древних леггеров. Последний взгляд двоих, подаренный ими друг другу на пороге вечности…
- Поехали, Малыш? - оказывается, он уже пригрелся и даже задремал.
- Да - куда лучше будет отдохнуть дома…
Однако на Слейпнире оказалось тоже не всё слава богу. Выяснилось, что Малыш и Принцесса отсутствовали почти пять часов, и мрачный шкипер уже всерьёз собирался поднимать корабль и лететь на помощь.
Хэнк грелся под горячими струями душа и мурлыкал от счастья, буквально ощущая, как намёрзшееся и усталое тело прямо-таки впитывает тепло, разбегающееся по жилам сладостной дрожью. Нет, герр Цвиг таки здоровьечка убавил изрядно - надо будет применить испытанный способ. Побольше есть и подольше спать. Да умеренные нагрузочки на тренажёрах…
Однако после чего-то, совершенно не запомнившегося на вкус, но приятной тяжестью упавшего в желудок, разморило так, что переборки и люки родного корабля шатались перед глазами и таки норовили подлейшим образом уплыть куда-то в сладком забытьи. И едва Хэнк, кое-как разбирая путь слипающимися глазами, добрёл до своей каюты и открыл люк, как изнутри выскочила злая как тысяча чертей Переборка.
Пощёчину он едва почувствовал - и то лишь благодаря мотнувшемуся перед взором лицу. Но затем почти проснулся. Оказывается, он с Принцессой на самом деле загнал флаер в руины и всё это время трахался, трахался, трахался!
- М-м? Нет… - только и смог выдавить он, потому что девица прямо на глазах вместе с люком поплыла куда-то в сторону.
Но оказалось, что всё сходится - их слишком уж долго не было, приехали все загнанные и мокрые. Первым делом в душ, чтобы успеть запашок смыть, а потом и баюшки, дабы восстановить растраченные в трахе силы. У-у, козёл похотливый, а не Малыш! Да пошёл ты…
Раздался звук ещё одной оплеухи, но Хэнку всё же удалось кое-как сообразить, что досталось на этот раз не ему. Оказалось, в коридор ввалилась и посвежевшая-порозовевшая после душа Принцесса.
- Дура! - заявила она и снова замахнулась.
Переборка, ясное дело, в долгу не осталась - по крайней мере словесно. Затем гордо выпрямилась, бросила в лица оставшимся "ненавижу!" и как была в одной тельняшке, вломилась в каюту напротив…
- Говорят, месть сладостна, Малыш, - Принцесса вздохнула и посмотрела на разом проснувшегося Хэнка как-то сочувственно.
Люк в капитанскую каюту распахнулся снова. Рыжая девица вылетела оттуда кубарем, как проштрафившаяся кошка. Следом шагнул наружу и полусонный шкипер с таким выражением лица, что Хэнку сразу захотелось куда-нибудь спрятаться. Подбоченившись, кэп выслушал скупые объяснения Принцессы, а потом сгрёб рыдающую прямо на палубе Переборку за шиворот да водворил на ноги. Вернее, попытался, потому как та вцепилась в него.
Пошли мол, трахаться - и все дела! И пусть одному мерзавцу будет хуже, пусть он в свою очередь затрахает ту грёбаную и ахнутую Прынцесску хоть до полусмерти…
- Молчать! - давненько Хэнк не слыхал такого грозного рыка. И даже вознамерившаяся было отвесить рыжей бестии ещё одну пощёчину Принцесса струхнула и отодвинулась подальше.
На вопрос, было ли чего с Принцессой, он только устало мотнул головой. На второй, по поводу - обещал ли чего одной рыжей дурёхе - тоже.
- Тогда чего бесишься? - он встряхнул за шкирку опять порывающуюся лезть в драку Переборку.
И тут Принцесса учудила такое, что даже и удивления никакого не хватит. Она гордо выпрямилась, посмотрела на всю эту сцену, а уже зажившие красивые губы её искривились в горькой усмешке.
- Прошу капитана быть судьёй в споре, - и сказано это было таким официальным тоном, что на неё в немом изумлении воззрились все.
А красотка с каменным лицом поинтересовалась у бравого капитана - способен ли тот отличить отведавшую любовных утех женщину от, так сказать, изголодавшейся?
- Ну, по глазам - с большой долей вероятности, - тот в сомнении поскрёб бородку.
- А в своей постели? - тут челюсть отпала даже у вского повидавшей Переборки.
Шкипер малость смутился, но пробормотал в том смысле, что безоговорочно. А Принцесса повернулась к заплаканной и разинувшей от изумления рот Переборке и поинтересовалась:
- Слову капитана Эрика поверишь?
Та вредно проворчала, что такая сучка, как Принцесса, взглядом любой детектор лжи нахер обдурит. И тогда в тесноватом коридоре раздались такие слова, которых никогда ещё тут не слыхали - ни до, ни после.
- Эрик Свенссон - позволишь ли ты мне скрасить ночь твоей жизни? - в лексиконе леггеров, неплохо известном по стереофильмам, это было равнозначно если не признанию в любви, то недвусмысленному предложению завалиться в одну постель и покувыркаться в своё удовольствие. - И завтра я положусь на твоё решение.
Переборка затихла мгновенно, как мышь под метлой. Сообразила уже, что дела тут пошли нешутейные. Зыркала на всех затравленным взглядом, но всё равно молчала.
- Жаклин Дюваль - позволишь ли ты мне скрасить ночь твоей жизни? - ответ капитана Хэнку понравился - что такая изящная штучка, как Принцесса, давно нравится шкиперу, он если не знал точно, то замечал много раз.
- Хорошо, поверю, - кое-как проворчала Переборка, до которой уже кое-что начало доходить.
И тут случилось маленькое, но очень красивое чудо - гордо цокающая каблучками по палубе Принцесса перешагнула закраину люка капитанской каюты. С шипением створка закрылась за обоими, а Хэнк Сосновски, которому спать уже хотелось просто отчаянно, эдак с намёком на прощание помахал рыжей девице ручкой. Как он добрался в своей каюте до постели, а тем более в неё забрался, уже не вспоминалось никакими усилиями… спать-спать…
Хэнк хотел уж привычно попросить Переборку передать ему горчицу - но вовремя вспомнил, что тишина за завтраком стояла гробовая. Ну вот просто-таки похоронная! Да и настороженно поблёскивающая глазами рыжая девица на этот раз сидела не по левую руку от своего Малыша, чтобы поближе к сердцу - а демонстративно у противоположной стороны стола.
Пришлось ему таки встать и добраться до хрустального графинчика самому - поскольку готовил сегодня кибер-повар, то вкусовые качества завтрака оказались весьма посредственными. Шкипер с Принцессой откровенно клевали носом, да и поспели к завтраку еле-еле. Зато Переборка с независимо засунутыми в карманы руками нетерпеливо околачивалась тут уже полчаса - но даже и пальцем о палец не ударила.
Капитан вытащил из-за ворота салфетку, вытер губы и небрежно положил на стол.
- В общем так, Переборка. Тебе придётся крепко потрудиться, чтобы вымолить прощение, - слова эти дались ему нелегко, ибо он как и Хэнк не любил распространяться насчёт женщин.
Взгляд рыжей девицы надо было видеть. Только быстро - потому что он сразу залился дождём слёз. Можно подумать, мировые проблемы решаются тут… впрочем, Принцесса, бросив странный взгляд на шкипера, первой пришла на помощь вчерашней самозваной сопернице. Слава богу, что оба носовых платочка, к которым рыжую терпеливо приучал Хэнк, нашлись в положенным им по уставу кармашках.
- Ладно, я не в претензии… - Принцесса кое-как вытерла рыдающей девице глаза и даже заставила высморкаться. - Даже спасибо скажу - я бы сама не решилась с кэпом объясниться…
И дальше по определению не страдающая стеснительностью бывшая разведчица выдала такое, что от изумления Переборка даже забыла, как плакать. Оказывается, у Жаклин в, скажем так, друзьях доселе были только леггеры. Настоящие леггеры. Однако нынешней ночью выяснилось, что глухие слухи о том, что остроухие несколько э-э… холодноваты в делах любви, на самом деле весьма соответствуют истине.
- Шкипер, тебе нужна любовница - красивая и умная? - без ложной скромности поинтересовалась она.
Кэп вместо ответа эдак пикантно покраснел и отвернулся - но Хэнк со своего места прекрасно видел - тот против воли улыбнулся. А затем смущённый капитан пробормотал, что такие вопросы он предпочитает обсуждать без посторонних, и тотчас удалился в ходовую рубку. Само собой, что ничуть не обманутая его молчанием Принцесса с радостными восклицаниями умчалась следом.