Страница 18 из 35
35.
Пустой зал, плиты, вакуумная тишина. Марк знал, где он находится. Далекие мерцающие огни. Зачем каждый раз Анубису требуется это долгое шествие к его трону? Марк апатично мерил шахматные плиты. Шаг за шагом. Идти было не трудно. Наверное, так можно брести бесконечно долго, не испытывая усталости, слабо чувствуя реальность. Но до чего же устала душа! Бесшумное скольжение летучих мышей в спертом воздухе, сладкий запах гнили, далекое подножие трона. Сейчас Анубис вновь потребует кольцо. Отдать? - Мой старый знакомый! Восклицание шакала можно было бы посчитать радушным, вот только прозвучало оно в Мертвом доме. - Ты пришел остаться? - Да, - хотел сказать Марк, но что-то дрогнуло в его пробитом пулей сердце. - Нет! - сказал он. - До чего же упрямы бывают люди! - Анубис раздраженно швырнул бронзовый нож для снятия кожи с подошв умерших себе под ноги, и тот, дробно стуча, покатился вниз. - Видишь, я уже приготовился сам очистить твои ступни от земной пыли, а ты все упорствуешь и хочешь вернуться в грязь. Зачем тебе это? - Не знаю. - Господин! - напомнил Анубис. - Не знаю, Господин. - То-то же, - шакал оставил трон и начал спускаться. - Ты все так же ничего не знаешь, а ведь у тебя было время подумать. Зачем тебе кольцо? - Мне кажется, - слова давались Марку с трудом, - что я скоро пойму. - И найдешь смысл жизни? Какая наивность! А не хочешь ли ты найти смысл смерти? - Но ведь это то же самое. - Есть прогресс, - Анубис возвышался над Марком, нависал над ним своей колоссальной фигурой. Желтые хищные глаза холодно изучали его лицо. Прогресс есть, - проговорил он, словно в задумчивости. - Но незначительный. Если будем продвигаться такими темпами, то можем не успеть. - Не успеть чего, Господин? - Спасительная Исида! Он еще спрашивает! Кстати, и сильно помог тебе мой демон в твоих поисках? Нет? Я так и знал. Но где же он сам? - Я здесь, Хозяин! Джесертеп выступил из темноты. Его торс был по-прежнему обнажен, а руки красны от крови. Сзади, за его спиной, Марк различил смутные фигуры Лобана, охранников, и еще каких-то людей в камуфляжных формах. Вот еще один знакомый - капитан Утробин. А Портной? - Отвел душу? - Смиренно прошу пощады, - Джесертеп упал на колени и коснулся лбом каменных плит. - Но они жили зря. - Чего же ты не убьешь тогда всех остальных, там еще осталось много народа. - Прикажи, Хозяин! - Пошел прочь! - неожиданно закричал Анубис и в гневе взмахнул мощной рукой. Колонны закачались, удушливый порыв ветра пронесся по мрачному залу, взметнув вверх, как сажу, тельца нетопырей со сломанными крыльями. - Толпа глупцов, жестоких и ненужных! Да, жестоких! - шакал разинул красную пасть, словно хотел немедленно сожрать всех, кто был рядом. Но неожиданно гнев оставил его. - А чего же хотел ты? - вдруг обратился он к самому себе, как будто оказался один. - На что рассчитывал? - Шакал начал подниматься по ступеням обратно, к своему трону. - Все зря, - донеслось до Марка, - все впустую. Не переставая кланяться, Джесертеп увел своих пленников в темноту, и Марк напрасно хотел перехватить его взгляд на прощанье. - Можно задать вопрос, Господин? - теперь Марк обращался глядя Анубису в спину. - Давай, - вяло разрешил тот, не остановившись, не оглянувшись. - Если нельзя найти смысл жизни, то зачем жизнь? И смерть, - добавил он, подумав. - Разве я говорил, что нельзя? - голос Анубиса звучал глухо. - Не бывает одного смысла для всех, но правильный существует только один. Подумай над этим. - Выполнить свое предназначение? - Уже лучше. - Выполнить свое предназначение и предназначения других? - Ты хочешь стать богом? - Анубис повернулся к Марку, и тот заметил ироничную усмешку, скользнувшую по черным губам. - Я запутался, Господин. - Как всегда. Но мы беседуем слишком долго. Ты хотел идти? - Если мне будет это позволено. - Будет. Кольцо по-прежнему у тебя. И Марк ощутил легкий толчок, как будто у него из груди вырвали комок воздуха.
36.
Марк лежал ничком, уткнувшись лицом в жесткий снег. Так, ткнули мордой, подумал он, еще не поднимаясь. Хорошо хоть не в лужу. Он почувствовал, что замерз. Руки без перчаток скрючились от холода, тело бил озноб. Широкое загородное небо с ясными звездами нависало черной ледяной коркой над миром, в который он так хотел вернуться. Хотел, так двигайся, - приказал Марк самому себе и поднялся на ноги. Шоссе пролегало метрах в двухстах. Редкие машины проносились мимо почти со свистом, тычась в темноту спицами фар. Надо ловить попутку. Где он находится, Марк не знал. Москва полыхала на горизонте электрическим маревом. Значит, пока туда. Стуча по мерзлой земле каблуками, Марк выбрался к обочине. Примерно полчаса он беспомощно размахивал руками, стараясь привлечь к себе внимание. Но ночью случайного попутчика не желал подбирать никто. Когда он решил, что так, очевидно, и замерзнет в одиночестве, грузовик "Вольво" оглушительно заскрежетал тормозами. Машина пошла юзом, но в последний момент водитель почти чудом удержал ее на скользкой корке шоссе. Пока Марк бежал следом, а потом еще добирался до кабины мимо огромного, не меньше товарного вагона, зачехленного кузова, шофер уже выбрался наружу с другой стороны и зачем-то полез осматривать днище. - Во ведь как бывает, - крикнул он Марку, словно старому приятелю. - Зверь - тормоза! Чуть не скинуло, к чертовой матери! - Мне бы до Москвы, - Марк стоял рядом, сунув озябшие руки в карманы. - Я заплачу. - Я сам тебе заплачу, - водителю было лет сорок, широк в плечах, небрит и на первый взгляд нетрезв. - Третьи сутки гоню, засыпать начал. Залезай, там у меня тепло. В кабине было не то чтобы тепло - жарко. Марк неуклюже вскарабкался по блестящей никелем лестнице, откинулся на мягкую спинку, расстегнул куртку, чтобы дать теплому воздуху сразу достичь тела. Пока он осматривался, "Вольво" мягко заурчал и рванулся вперед. - Ты как здесь очутился? - водитель с интересом взглянул на Марка красным воспаленным глазом, второй глаз при этом привычно держал ленту дороги. Здесь кроме бандитов и не шатается никто. - А я и есть бандит, - неудачно пошутил Марк. - Тогда вот, - серьезно ответил водитель и отогнул край кожаной куртки, показывая рукоятку пистолета. - Или вот, - он легко выдернул откуда-то сбоку короткий ломик. - Я пошутил, - признался Марк. - Случайно я здесь, долго рассказывать. - Как хочешь. Тебе в Москве куда? - Не знаю. - Во, чудила. А кто же знает, я? Я, между прочим, не в саму Москву еду. Транзит. Сейчас по кольцевой, и в Нижний. - Новгород? - Нет, Задрыпанск. Так что давай, решай, где тебя лучше выбросить. - А с тобой нельзя? - воодушевился Марк. - Мне в Москве делать нечего. А так бы рванули вместе. - Да? - удивился водитель. - Давай. А то я в этом рейсе без напарника. Намаялся уже. Водить умеешь? - Это? - удивился в свою очередь Марк. Он смотрел на дорогу почти с высоты второго этажа. "Вольво" рвал воздух, как артиллерийский снаряд. - Не умеешь и не надо. А анекдоты знаешь? - Знаю несколько. - Ну ты, парень, и весельчак! - водитель опять покосился на Марка воспаленным глазом. - Ладно, поехали. - Сто баксов хватит? - Сто, - водитель насмешливо фыркнул. - Ты какие-нибудь другие слова выучил? Леша, - он протянул жесткую ладонь. Или Алексей. Или Алексей Михайлович. - Марк Викторович, - церемонно представился Марк, и оба захохотали.
37.
Они проскочили Москву по касательной, хотя было где остановиться переночевать. И даже не в машине. Но Леша сказал, что потерял много времени на таможне, опаздывает и подремлет чуть попозже. - А ты, если хочешь, ложись, - предложил он Марку. Сзади заманчиво раскачивался спальный гамак, но Марк не стал злоупотреблять гостеприимством - оставлять Алексея одного за рулем казалось ему свинством. Вдвоем хоть поговорить можно. - Значит, решил путешествовать? - Леша то включал, то выключал радио. Похоже, музыка и последние известия ему надоели. - Надо, - неохотно ответил Марк. - У меня в Нижнем дела. - Ну, тогда тебе совсем повезло, - не очень поверил ему Леша. - Завтра доберемся. Два раза их останавливала ГАИ. Один раз пытался прижать к обочине темный жигуленок без опознавательных знаков, но Леша так уверенно пошел на таран, что нервы у сборщиков дорожной дани не выдержали - жигуленок позорно отстал. - И часто так? - поинтересовался Марк. - Всю дорогу. Обрыдло все, ушел бы совсем, да здесь платят прилично. А сколько хороших ребят за последние годы погибло, сосчитать трудно. Но сам я этим паразитам-грабителям спуску не даю. Я и в горло вцепиться могу. - Да, твоей работенке не позавидуешь, - посочувствовал Марк. - А у тебя что, лучше? Ты кем работаешь? - По коммерческой части. - Так и подумал. Похож. И хорошо зашибаешь? - Средне. - На ложку супа, на пачку масла, на баночку икры? - Иногда. - Очень мне разговорчивый попутчик попался, - пробурчал Алексей себе под нос. - Но хоть не спишь, и то ладно. Поочередно миновали сонные Балашиху, Ногинск, Покров. Остались справа знаменитые ерофеевские Петушки - Марк читал когда-то, но так и не понял, чем же эта вещь забирает многих, про пьянку, да и все. Под Владимиром гаишники тормознули машину в третий раз. - Значит судьба, - философски сказал Леша, привычно доставая документы. Здесь и подремлем. Краснощекий в меховом полушубке лейтенант потребовал зачем-то осмотреть груз. - Я не могу ковырять пломбу, командир, - Алексей забегал то с одного, то с другого бока гаишника, стараясь не подвернуться под дуло короткоствольного автомата, который лейтенант держал перед собой. - Документы же в порядке! - Дорожный досмотр, - тупо повторял парень и смотрел на водителя придурковатым взглядом нашкодившего кота. - Все, блин, последний рейс! - Алексей заскочил в кабину и достал из-под сиденья бумажник. - Сейчас отвяжется, - пообещал он Марку. Лейтенант отвязался сразу и пошел к своей машине, за стеклами которой едва виднелись фигуры ожидавших его в тепле товарищей. - Этому дай, тому дай, - бормотал Леша, выруливая "Вольво" к стоянке, где притулились еще три или четыре похожих фургона. - Но хоть поспим здесь спокойно. Гаишники не уедут до утра. Покараулят. Марк снова выбрался на холод, потянулся. Для покойника ты слишком хорошо выглядишь, усмехнулся про себя. Как там теперь с душами? Осталось две? Может, ты теперь и вовсе египтянином стал - у русских душа одна на все случаи жизни. От соседних машин к нему направились две тонкие фигурки. Девчонки! Откуда? - Дяденька? - спросила та, что побойчее, по виду пэтэушница. - Вы спать сейчас будете? - А что же еще? - удивился Марк. - Не плясать же? - Мы думали, может, вам скучно? - вступила вторая, белобрысая. Таких в каждой деревне немерено. - А ну, кыш отсюда! - шуганул их из кабины Леша, приоткрыв дверцу. - И ты тоже, гусь, давай сюда. Спать пора. - А в чем дело? - снова удивился Марк, глядя, как девчонки, ежась в своих синтепоновых курточках, безропотно потопали обратно. - Не видишь, что ли? - огрызнулся Леша. - Обслужить хотели. - Меня? - Тебя, тебя, а если надо, то и черта лысого тоже. - Вот не подумал бы, они же маленькие. - Да удаленькие. Что тут говорить, таких на каждой трассе навалом. Кто просто подвезти просит, а кто профессионально работает. Почти от самой границы у плечевых проституток все трассы схвачены. - Плечевых? - Да, шоферский термин. Я вот, например, работаю на плече Варшава-Нижний. Ну и они тоже. Уступив Алексею гамак, Марк остался спать на сиденьях. Но хотя и чувствовал, что устал смертельно, лег не сразу. Курил, смотрел на седое от звезд небо. В вышине проплыли два спутника по противоположным орбитам. Выброшу я это кольцо, - с тоской подумал Марк. - Уеду куда-нибудь далеко и выброшу. Зачем мне все это? А, может, подарю. Но только не другу, ни боже мой. Значит какой-нибудь сволочи, мелькнуло, когда дремота уже властно захватила все тело. Тогда уж лучше удавиться прямо сейчас.