Страница 14 из 35
28.
Смуглый, с оливковым оттенком лица мужчина протискивался в форточку, словно в нору. Сделав последний рывок, он уперся руками в подоконник, а затем резким движением перекинул тело через голову, как акробат. Стремительное сальто завершилось на столе - хрустнула раздавленная тарелка, а затем воцарилась тишина. От наглого поведения вора - а кого же еще? - Марк опешил. Вот так, в открытую, ворваться в квартиру? Смуглолицый был невысок ростом, изящен и худ. Тонкий с горбинкой нос, живые темные глаза. Марк прикинул, что с наглецом он, пожалуй, справится. - Джесертеп! - низким, неподходящим к его сложению голосом неожиданно представился мужчина. - Ну и что? - вызывающе ответил Марк. - Джесертеп. Демон. - Какой еще демон! А ну слазь со стола! Вор легко спрыгнул на пол и снова застыл, глядя Марку прямо в глаза. Темный, ничуть не смявшийся от спортивных упражнений плащ ладно облегал его худощавую фигуру. Марк шагнул вперед и крепко схватил мужчину за узкое запястье, но все попытки притянуть к себе руку оказались тщетными. - Это ты зря, - серьезно сказал вор и освободился от хватки Марка стремительным движением. - Не бойся, я пришел без зла. - С добром, стало быть, - Марк отступил на исходную позицию. - Сейчас милицию вызову! - Зови, - разрешил незнакомец. - Будет с кем размяться. Мужчина взмахнул кистью и всю посуду, словно сдуло со стола. Раздался звон и грохот бьющегося стекла. Затем он поднял руки над головой и всплеснул ими, как дирижер. Стол разломился надвое и рухнул, окончательно завершив разгром. - Достаточно! - крикнул Марк, испугавшись, что скоро всю квартиру усеют обломки. - Жаль, - темные глаза, как показалось Марку, насмешливо блеснули. - Здесь еще много целых вещей. - Кто вы? - Я же говорил тебе. Джесертеп. Демон. - Демонов мне только не хватало! - до Марка начала доходить щекотливая ситуация. - Тебя послал Анубис? - Я пришел сам, - с достоинством ответил Джесертеп. - Ты нуждаешься в помощи. - Теперь точно нуждаюсь, - Марк горестно оглядел комнату. - Вся посуда перебита, стол сломан. Что я скажу Саше? А, может, ты умеешь все делать, как было? - Я умею разрушать, - признался демон. - Сражаться. Биться с Сетом и его слугами. Я - воин. - А осколки собирать воины умеют? Марку Джесертеп понравился. Этакий служака. Прям в речах и точен, краток и быстр. К тому же, по его словам, пришел на помощь. - Я попробую, - согласился Джесертеп и взялся за обломки стола. Некоторое время Марк и демон молча и слаженно наводили порядок. Скоро в комнату через форточку впрыгнул кот и, увидев Джесертепа, выгнул спину дугой. - Кошка, - констатировал Джесертеп и поклонился. - Священная кошка Исиды. - Не кошка, а кот, - уточнил Марк. - Ну и с чем вы пожаловали? - Ты растерян, - демон, так и не скинув плаща, сел в большое кресло. - Ты боишься. Я помогу тебе. - Как замечательно складывается сказочка, - Марк тоже сел на стул. - Лишь только возникают непреодолимые трудности, появляется добрый демон и все улаживает. - Я - не добрый, - тонкие губы Джесертепа исказила кривая усмешка. - Я беспощадный. Я убью твоих врагов. Они хотят отнять кольцо! - Этого мне только не хватало! Не надо никого убивать. Я хочу только покоя. Желаю, чтобы за мной никто не охотился и не угрожал. - Они пожалеют о своих угрозах! - Джесертеп выпрыгнул из кресла со скоростью распрямившейся пружины. - Они проклянут тот час, когда решили угрожать владельцу кольца! - Вы всегда приходите на помощь тем, кто владеет кольцом? Мне о вас Анубис не говорил ничего. - Я его слуга, - смиренно признался демон. - Но у Анубиса нет времени следить за всем, что происходит на свете, да будет вечен Весовщик Душ. А ты растерян, но не сломлен. Тебе нужен друг. - И этот друг - ты? - Марк вгляделся в смуглое лицо. - Но я не хочу, чтобы ты кого-нибудь убивал. Хватит смертей. - Мне нравятся твои слова, в твоем сердце нет жестокости, и все-таки в любой момент, когда ты решишь, что нуждаешься в помощи, позови меня. - Да, Джесертеп, серьезно отозвался Марк. - Спасибо. - И ничего не бойся. У тебя есть сила кольца, а это - сила жизни. Ничего не происходит зря на этой планете и в других мирах. Если к тебе попало кольцо, то не думай, что это случайно. Случай - всего лишь следствие других поступков. Стань мудр. - Я попытаюсь, - согласился Марк. - Но не хочешь же ты дождаться, когда вернется хозяин квартиры? Что я скажу ему о тебе? - Ничего! Джесертеп скользнул к окну и, сопровождаемый раздраженным шипением кота, протиснулся в открытую форточку.
29.
В дальнейшем уборка ограничилась выносом разбитой посуды на кухню - мыть стало нечего. После посещения квартиры Джесертепом осталось ощущение бури и натиска. Казалось, даже воздух заряжен энергией демона. Кот никак не мог успокоиться и бродил по комнатам, нервно дергая хвостом и сверкая желтыми глазами. Осененный неожиданным вдохновением, Марк наврал Певцову о своем падении на стол от того, что кот путался под ногами, и обещал возместить убытки. Все более-менее устраивалось, но на следующее утро явился гонец от Утробина. Курьер был юн, прыщав, но преисполнен собственного достоинства. Он с многозначительным видом передал послание и удалился походкой Джеймса Бонда, сунув руки в карманы и надвинув на самые глаза спортивную шапочку. Обычная повестка предписывала Марку Лютецкому явиться на следующий день на Лубянку. Ничего неожиданного повестка не содержала. Марк и так знал, что посещение ФСБ неизбежно, так что, чем скорее, тем лучше. Интересно, что они мне предложат, - размышлял Марк, идя вверх по улице от Исторического музея к Лубянской площади. - Пост посла в недоразвитых странах или должность директора муниципального банка? А, может быть, просто деньги? Предъявив повестку, Марк ожидал, что его немедленно пропустят, но ошибся. Велели подождать, и скоро вниз спустился капитан Утробин. Он приветствовал Марка дружеским взмахом руки, как будто они встретились на обычной вечеринке, а не в карательной организации, и провел в комнату перед проходной. - Очень рад вас видеть, очень, - тон его голоса был искренен и бодр. Сейчас я провожу вас к Игорю Петровичу. Постарайтесь не разочаровать его. Игорь Петрович у нас большая умница, обаятельнейшая личность. Вы знаете, у него есть научные труды по истории Востока. Его ценят как классного специалиста. Марк сдержанно пообещал учесть пожелания Утробина, и тот, видимо, посчитав, что подготовительный момент прошел удачно, провел своего подопечного мимо часового. По длинному коридору, устланному ковровой дорожкой, дошли до нужного кабинета. Утробин предупредительно распахнул лаковую дверь. Комната была пуста. Нет, обычная казенная мебель стояла на месте, но где же хозяин? Марк недоуменно поднял на Утробина глаза. Тот понимающе улыбнулся и указал на большой платяной шкаф. - Проходите! - В шкаф? - опять не понял Марк. Но капитан, опередив его, уже распахнул створчатые дверцы - в пустом шкафу царила темнота. Утробин сделал еще один шаг и, толкнув следующую дверь, отступил в сторону. Большая, в несколько раз превышающая по площади приемную комната открылась перед Марком. Длинный стол, за какими обычно проводят крупные совещания, беговой дорожкой устремлялся в бесконечность. И где-то там, вдалеке, под суровым портретом Железного Феликса, Марк увидел крохотную фигурку Игоря Петровича, сосредоточенно пишущего важную государственную бумагу. - Ну так что же вы, проходите! - Утробин приглашающе взмахнул рукой. Марк с опаской миновал фальшивый шкаф и вступил в комнату. Как у Анубиса, мелькнуло сравнение, пока он брел вдоль стола к хозяину кабинета. Игорь Петрович, видимо, завершив начатую мысль, удовлетворенно кивнул, оторвался от бумаги и поднялся навстречу. Доставал он Марку лишь до плеча, но, несмотря на это, выглядел внушительно, как многие государственные мужи, облеченные властью. Большой лоб с залысинами, очки в золотой оправе, хороший серый костюм из дорогой ткани - все указывало на то, что Игорь Петрович не последняя спица в колеснице. Явно умен, знает себе цену, но тем не менее благожелателен и демократичен, так как первым протянул сухую ладошку для рукопожатия и сел напротив Марка не за свой служебный стол, а за общий, заседательный. - Я вас так примерно и представлял, - признался Игорь Петрович, глядя на Марка сквозь холодные стекла очков, как на редкий экземпляр фауны. Было непонятно, что он решал в это мгновение - оставить ли экземпляр бродить на свободе или поместить в зоопарк для лучшего сохранения вида. - Прекрасный молодой человек, - заключил он. - Вся жизнь впереди. Капитан Утробин, устроившийся за столом рядом через два стула, попытался что-то сказать, но был остановлен начальственным взглядом и удален из кабинета без лишних напоминаний. - Вот так примерно и представлял, - повторил Игорь Петрович, когда они остались с Марком наедине. - Новое поколение, дети свободы. Мы росли в другое время, - ударился он в воспоминания. - Разруха, голод, репрессии. Но наши органы сейчас стараются смыть это пятно из истории страны. Вы знаете, что наша организация во многом изменилась. Мы хотим подойти к человеку с новыми мерками, оценивать его, как личность, давать возможность развиваться творчески. Вот вы, наверное, тоже мечтаете совершить в своей жизни нечто такое, что позволило бы вам уважать себя? Не правда ли? Марк сознался, что правда. - Для этого нужно много работать над собой, - Игорь Петрович откинулся на спинку стула, всем своим видом олицетворяя образец много поработавшего над собой человека. - Хотите, мы поможем вам восстановиться в университете? И не надо бояться никакого Грозного, - заговорщически подмигнул он. - В университете восстановиться, конечно, хочу, - Марк все же чувствовал себя не в своей тарелке, - но на стипендию не проживешь, а работу и учебу совместить не удастся. - О деньгах, Марк Викторович, можете не беспокоиться, - Игорь Петрович отеческим жестом, перегнувшись через стол, положил ладонь на руку Марка. Вам будет выплачиваться государственная повышенная стипендия. Потом эта ваша комната в коммуналке. Такое жилье совершенно не годится для молодого человека блистательных способностей. Скажу вам по секрету, этот вопрос мы уже уладили. - Это все, зачем вы меня вызывали? - уже откровенно валяя дурака, спросил Марк. - Хе-хе, шутник, - Игорь Петрович встал и самолично прошел к маленькому столику с чайной посудой. - Как вы насчет кофейка? - Положительно. - Вот и прекрасно. Вы ведь хорошо знаете, Марк Викторович, что нас интересует. Кольцо придется отдать. - А с чего вы решили, что я отдам кольцо? - Марк рассердился. За какое-то неопределенное обещание устроить его судьбу, плата назначена смехотворная. - Вы думаете, что его цена - всего лишь учеба в университете? Насколько я знаю, за кольцо предлагали гораздо большую цену. - Так ведь покупатель-то тю-тю, - Игорь Петрович театрально развел руками. - Мы его нашли быстрее, чем вас. И потом, не слишком ли обременительно становится обладание вещью, значение которой вам даже представить трудно? - Нет, не обременительно! Даже напротив. Где гарантии, что сдержите свои обещания? - А нет никаких гарантий, - Игорь Петрович лукаво прищурился. - Хотя, если вас не устраивает мое слово... - Не устраивает, - Марк отхлебнул из чашки горячий мокко. - Пока кольцо у меня на руке, вы не сможете причинить мне вреда. Зато потом... - Зато потом, - посуровевшим голосом продолжил Игорь Петрович, государство берет на себя обязанность заботиться о вас. Что вы выигрываете, если будете упрямиться? Да ничего! Вы ведь даже не умеете с кольцом обращаться. Эти игрушки с воскрешением, всего лишь игрушки. Подумаешь, убили - ожил. Да мы, если надо и не такое можем. Эта вещь должна принадлежать России, а не такому... - Игорь Петрович пожевал губами, подыскивая слово, - не такому... индивидууму. Не хотите университет, давайте продолжим разговор в другом русле. Что вы, скажете, Марк Викторович, на то, чтобы поработать на благо отчизны. С кольцом в таком случае, раз уж вы так упорствуете, можете пока не расставаться. Сейчас напишете рапорт, и с сегодняшнего же дня - вы наш сотрудник. Согласны? - Я об этом как-то не думал, - растерялся Марк. - А зря. Нам нужны такие люди: решительные, смелые, находчивые. Мы знаем, что вы проявили стойкость, спасая бесценный для науки и государственной безопасности артефакт. Честь вам за это и хвала! Но пришла пора послужить отечеству! Как в барабан лупит, подумал Марк. Слова-то какие! И все гнет свое - не мытьем, так катаньем. - Чего же вы молчите? - Игорь Петрович взял со своего стола чистый лист бумаги и положил перед Марком. - Пишите, я продиктую. - Да все как-то неожиданно, - признался Марк. - Мне бы время подумать. - А вот этого не будет. То есть время подумать у вас есть, но не покидая этого здания. - То есть как? - А так. Неужели вы решили, что мы позволим вам скрыться? Вы, Марк Викторович, и так заставили нас потрудиться, пока мы отыскивали вас. Проделана большая розыскная работа. Потом, вы можете это кольцо, скажем, подарить неизвестному лицу, незаметно выбросить, наконец, а это, по уже известным для вас причинам, нас не устраивает. - Да что я, недоумок, что ли, - возмутился Марк. - Выбросить кольцо! - Все может случиться, все. А мы должны все предусмотреть. Выпьете, скажем, с Василием Рустаковым, и ладно, если с ним, и подарите. Или в состоянии аффекта швырнете в реку. Ведь вероятно, правда? - И что же вы меня теперь в камеру посадите? - Да, в Лефортово. Там хорошие условия содержания. Не к уголовникам же вас определять. А там подумаете, прислушаетесь к внутреннему голосу, и, глядишь, попозже договоримся. - Но это же произвол! - И не произвол вовсе, а государственная необходимость. Видит бог, - Игорь Петрович поднял глаза к портрету Железного Феликса, - мы все хотели сделать по-хорошему. - Да дайте же хоть полчаса! - взмолился Марк, чувствуя как все заныло внутри. - Пожалуйста, - вежливо согласился Игорь Петрович и, бесшумно ступая по ковру, покинул кабинет, исчезнув в недрах платяного шкафа.