«АПОЛЛОН-13»

Лоувелл: – Хьюстон, это «Водолей».

КЭПКОМ: – Слушаем вас, «Водолей».

Лоувелл: – Эй, Ванс, мы поняли, что надо начать очередной цикл отдыха. Чтобы не торчать здесь бестолку, пока вы передаете процедуры на эту «птичку», один их получит, просмотрит, а остальные пусть поспят. Так что обсудим, когда вы будете готовы… (искажено)… и закроем люк.

КЭПКОМ: – Да, я понял, Джим. Мы очень извиняемся, что… мы… мы будем готовы минут через пять… (пауза)… Это все, что я хотел сказать. Ждите.

Лоувелл: – Хорошо.

Хэйз: – Только из любопытства, какую температуру кабины показывают ваши мониторы?

КЭПКОМ: – Так, мы видим 2–3 градуса.

Хэйз: – Теперь ты видишь, почему мы называем его холодильником.

КЭПКОМ: – Да, у вас там, как холодный зимний день, так ведь?

Пресс-центр: – Текущая скорость 1628 м/сек. Генри Уильсон, президент чикагской торговой биржи, направил следующее сообщение в Центр управления: «Чикагская торговая биржа сегодня в 11 утра приостановит торги в знак уважения к мужеству и храбрости американских астронавтов и будет молиться за их благополучное возвращение на Землю»

Приложение 15

Добавлено при переводе

КЭПКОМ: – «Одиссей», это Хьюстон. Все.

Хэйз: – Слушаю.

КЭПКОМ: – Так. 10 минут до 400К. Идете хорошо. Мы довольны траекторией. Минуту назад мы потеряли контакт с вашей подругой «Водолеем».

Хэйз: – Так. А где она сейчас?

КЭПКОМ: – О, я не знаю. Где-то там, наверху.

Хэйз: – Она была хорошим кораблем.

[астронавты называли ЛЭМ женским местоимением «она» – это, видимо, связано с устройством стыковочного механизма]

КЭПКОМ: – Эй, я хочу сказать, что мы только что получили еще порцию данных с ЛЭМа. Я полагаю, он все еще живет.

[После сброса ЛЭМа там оставалось: электроэнергии – на 4.5 часа, воды – на 5.5 часов, кислорода – на 124 часа. В командном модуле оставался включенным главный гликолевый испаритель и монитор спуска. За 20 минут до спуска экипаж выбрал программу «П-61» в бортовом компьютере]