Страница 69 из 137
Воцарилось молчание, прерванное, к ужасу Флидиса, новым смехом Дариена, одиноким, горьким, растерянным.
– Но это так и есть, – сказал мальчик. – Это все и есть насмешка. Свет погас, когда я надел его. Разве ты не знаешь? И, кстати, почему, почему я должен идти пешком?
На секунду повисло молчание.
– Нет! – воскликнул Флидис, протягивая руку к мальчику.
Слишком поздно. Возможно, с самого начала уже было слишком поздно, с рождения, с зачатия среди Тьмы Стракадха, с тех времен, когда впервые были сотканы миры, с тоской в сердце подумал Флидис.
Глаза Дариена сверкнули яростным красным огнем. Силы Пендарана взревели, в роще замелькали размытые тени, и внезапно Дариен исчез.
Вместо него сверкающий белым оперением в темноте филин быстро метнулся вниз, в траву, схватил клювом упавший кинжал, взмыл в воздух, повернул на север и пропал из виду.
На север. Флидис смотрел на круг ночного неба в обрамлении высоких деревьев и всеми силами души пытался приказать филину вернуться обратно. Пытался увидеть возвращающегося белого филина, летящего назад и приземляющегося рядом с ними, который снова превращается в ребенка, прекрасного ребенка с мягкими голубыми глазами, выбравшего Свет и выбранного Светом, чтобы стать сверкающим клинком в надвигающейся тьме.
Он проглотил слюну. Отвел взгляд от пустого неба. Снова повернулся к Ланселоту. Тот уже поднялся на ноги, обожженный, истекающий кровью, и стоял, покачиваясь от усталости.
– Что ты делаешь? – воскликнул Флидис.
Ланселот взглянул на него сверху.
– Я иду следом, – спокойно ответил он, словно это была самая очевидная вещь. – Ты поможешь мне с мечом? – Он протянул вперед свою обожженную ладонь; левая рука бессильно висела вдоль туловища.
– Ты сошел с ума? – выпалил андаин. Ланселот издал звук, которому удалось сойти за смех.
– Я был сумасшедшим, – признал он. – Очень давно. Но не теперь, малыш. А что, по-твоему, я должен делать? Лежать здесь и зализывать раны?
Флидис приплясывал на месте в совершенном отчаянии.
– Какую роль ты можешь сыграть, если погубишь себя?
– Я понимаю, пока что от меня толку мало, – мрачно сказал Ланселот, – но не думаю, что эти раны…
– Ты собираешься идти следом? – перебил его андаин, до которого внезапно дошел смысл слов Ланселота. – Ланеслот, он превратился в филина, он летит! К тому времени, как ты только выберешься из Пендарана, он будет уже…
Он смолк на середине фразы.
– Что такое? Что ты придумал, мудрое дитя?
Он уже давно не был ребенком. Но он действительно кое-что придумал. Посмотрел на человека, увидел кровь на его обнаженной груди.
– Он собирается лететь на север. Этот путь ведет через западную часть Данилота.
– И что?
– И он может и не пролететь через нее. В Стране Теней время течет очень странно.
– Мой меч, – резко произнес Ланселот. – Пожалуйста.
Флидис подобрал отброшенный меч, а потом и ножны. Он вернулся к Ланселоту и как можно осторожнее застегнул пряжку пояса у него на талии.
– Пропустят ли меня духи леса? – тихо спросил Ланселот.
Флидис остановился и прислушался к сообщениям, передаваемым вокруг них и у них под ногами.
– Пропустят, – наконец ответил он, очень удивленный. – Ради Джиневры и ради пролитой тобой сегодня крови. Они оказывают тебе честь, Ланселот.
– Большую, чем я заслуживаю, – заметил человек. Он сделал глубокий вдох, словно собирая остатки сил, каким образом – Флидис не знал.
Он нахмурился, глядя на Ланселота снизу вверх.
– Тебе легче будет пройти с провожатым. Я провожу тебя до границы с Данилотом, но при одном условии.
– Каком? – Спокойная учтивость, как всегда.
– Одно из моих жилищ лежит на нашем пути. Тебе придется позволить мне перевязать твои раны, когда мы туда придем.
– Я буду благодарен тебе за это, – сказал Ланселот.
Андаин открыл рот, готовясь резко ответить. Но так ничего и не сказал. Вместо ответа он повернулся и зашагал из рощи на север. Отойдя на небольшое расстояние, он остановился, оглянулся и увидел нечто поразительное.
Ланселот медленно шел за ним по темной и узкой тропе. Вокруг него и сверху могучие деревья Пендаранского леса роняли тихо зеленые листья в ночи, среди лета, отдавая почести идущему человеку.