Гетика

{82 } Теперь же вернемся к тому, от чего сделали отступление, и поведаем, как то племя, о котором мы ведем речь, достигло предела своего пути. Историк Аблавий 275 сообщает, что там, на берегах Понта, где они, как мы говорили276 , остановились в Скифии, часть их, владевшую восточной стороной, возглавлял Острогота; либо от этого его имени, либо от места, т. е. «восточные», называются они остроготами; остальные же – везеготами, т. е. с западной стороны277 .

{83 } Как рассказали мы выше, они, перейдя Данубий, некоторое время жили в Мизии и Фракии; от них произошел император Максимин278 , [правивший] после Александра, [сына] Мамеи279 . По словам Симмаха 280 в книге его истории, Максимин, как говорит он, после смерти цезаря Александра провозглашен был войсками императором281 , а родом он был из Фракии от родителей низкого происхождения, от отца гота по имени Микка и от матери аланки, которую звали Абаба. Он правил три года, но когда повернул оружие на христиан, то сразу потерял власть и жизнь.

{84 } Когда правил император Север 282 и праздновали день рождения его сына, [Максимин], проведший юность в деревенской жизни, пришел прямо на военную службу с пастбища. Принцепс устраивал военные игры; узнав об этом, Максимин, хотя и был полуварваром и юнцом, после того как были предложены награды, попросил на своем родном языке, чтобы император дал ему разрешение вступить {85 } в борьбу с опытными воинами. Север, чрезвычайно удивленный величиной его тела, – а рост его, рассказывают, был свыше восьми стоп283 , – приказал ему бороться с обозниками способом сцепления тел для того, чтобы не приключилось какого-либо увечья военным мужам от этого грубого человека. Тогда Максимин уложил на спину шестнадцать обозников с такой легкостью, что, одолевая каждого в отдельности, не давал себе даже никакой передышки в виде перерывов. После того как он забрал все награды, приказано было отправить его в войско, и первая его служба была в коннице. На третий день после того события, когда император приехал в лагерь, он увидел Максимина скачущим [на коне] по-варварски; тогда он приказал трибуну, чтобы тот заставил его научиться римским военным приемам. Максимин же, поняв, что император говорит о нем, приблизился к {86 } нему и пеший пошел перед ним, едущим на лошади. Император, заставив шпорами свою лошадь идти медленной рысью, стал запутывать множество кругов, туда и сюда, различными поворотами, чтобы довести его до утомления; наконец, он сказал Максимину: «Ну, чего же теперь, после бега, хочешь, фракиец?» – «Бороться, – ответил тот, – сколько тебе будет угодно, император». Тут Север, спрыгнув с лошади, приказал самым сильным 284 из воинов сразиться с ним. Он же повалил на землю семерых самых могучих юношей, причем так же, как и в первый раз, не передохнув в промежутках; и был он один одарен цезарем и серебряными наградами и витой золотой цепью285 ; затем ему приказали пребывать среди императорских телохранителей. {87 } После того, при Антонине Каракалле286 , он предводительствовал отрядами и, многократно увеличивая славу своими подвигами, получил ряд военных чинов и звание центуриона в награду за свое мужество.

Когда впоследствии вступил на престол Макрин287 , Максимин отказался от военной службы почти на три года и, неся почетную должность трибуна, никогда не показывался Макрину на глаза, так как считал его недостойным власти, приобретенной через совершенное преступление.

{88 } Затем он покинул свой трибунат и вернулся к Элиогабалу288 , как сыну Антонина. Впоследствии он поразительно сражался против парфян при Александре, [сыне] Мамеи. Когда же последний был убит во время военного мятежа в Могонтиаке289 , сам он, Максимин, сделался императором по избранию войска без определения сената. Все добрые действия свои он исказил злонамеренным преследованием христиан. Был он убит Пуппионом в Аквилейе и оставил государство Филиппу290 .

Я же по той причине заимствовал все это из «Истории» Симмаха 291 для своего произведеньица, чтобы показать, как племя292 , о котором идет речь, достигло вершины римской власти.

Впрочем, дело требует, чтобы мы по порядку перешли к тому, от чего отклонились.

{89 } Племя это чудесным образом прославилось в той стране, где жило, т. е. на понтийском побережье скифской земли; оно без страха держало огромные пространства земель и столько морских заливов, столько течений рек! Под его десницей нередко лежал [распростертый] вандал, принуждаем был к дани маркоманн293 , обращены были в рабство вожди квадов 294 .

Когда римлянами правил вышесказанный Филипп, единственный бывший до Константина христианином, вместе с сыном своим, также Филиппом295 , то во второй год его правления Риму исполнился тысячный год296 . Готы же, после того как была у них отнята их стипендия, что случалось обычно, переносили это с неудовольствием и из друзей стали врагами. Они, хотя и жили в отдалении под управлением своих королей, были федератами297 римского государства и получали ежегодное вознаграждение. Что же дальше? Острогота {90 } со своим племенем перешел Данубий и опустошил Мезию и Фракию298 . К нему, восставшему, был направлен Филиппом сенатор Деций. Когда он прибыл и ничего не смог поделать с готами, он отпустил своих воинов с военной службы и заставил их вести частную жизнь, как бы за то, что по их небрежности готы перешли Данубий, т. е. он перенес вину на своих и вернулся к Филиппу. Воины же, видя, что после таких трудов они изгнаны с военной службы, возмущенные прибегли к помощи Остроготы, короля готов. {91 } Тот принял их и, зажегшись их речами, вскоре вывел, – чтобы начать войну, – триста тысяч своих вооруженных людей, имея при этом помощь со стороны многочисленных тайфалов 299 и астрингов300 ; было также и три тысячи карпов301 ; это чрезвычайно опытные в войне люди, которые часто бывали враждебны римлянам. Впоследствии, в правление Диоклетиана и Максимиана302 , их победил и подчинил римскому государству цезарь Галерий Максимин303 . Присоединив к ним [к карпам] готов и певкинов с острова Певки 304 , который лежит при устьях Данубия, впадающего в Понт, он [Острогота] поставил вождями во главе [всех этих племен] Аргаита и Гунтериха305 , знатнейших людей их [готов] племени.

275. Историк Аблавий, «Ablabius enim storicus». См. прим. 72.

276. о готах на берегах Понта Иордан сообщил в §§ 28 и 42, заимствуя эти сведения у Аблавия.

277. Примечательно, что уже Иордану в VI в. показалось маловозможным, чтобы племя получило свое название от имени отдельного лица, хотя бы и выдающегося. Несомненно, что Иордану бросилось в глаза имя Острогота в генеалогии готских предводителей, но, упомянув его, автор все же развивает мысль о другом происхождении названий остроготов и везеготов: они, по его предположению, назывались так «от места» («а 1осо»). О месте, которое могло побудить называть части готского племени восточной и западной, см. в примечании об «Ойум» (прим. 68). У Иордана нигде не заметно осмысления этих названий, как происходящих от слов «остр» (austr – «блестящий») и «вез» (weise – «мудрый»). Он придерживался объяснения названий обеих главнейших групп готов как восточных и западных. Однако сам он нигде не употребляет названий «остготы» и «вестготы».

278. Император Максимин (235—238).

279. Император Александр Север (222—235); у Иордана он назван Александром, сыном Мамеи («Alexander Mamaeae»).

280. Имя Симмаха носили два писателя, происходившие из одного римского рода. Древнейший из них – Квинт Аврелий Аниций Симмах (родился после 340 г., умер в 402 г.), оратор и государственный деятель Западной Римской империи, префект города (Рима) в 384—386 гг., консул в 391 г. Он был ревностным сторонником угасавшего в его времена язычества, за что и претерпел изгнание при императоре Феодосии I. До нас дошли фрагменты его речей и несколько сотен писем. Однако «История», не сохранившаяся до наших дней, на которую дважды ссылается Иордан (Get., §§ 83 и 88), принадлежала другому Симмаху, тоже Квинту Аврелию, дважды консулу (в 485 и 522 гг.), отмеченному в консульских списках наименованием «Младший» («Junior»). Симмах Младший, почти современник Иордана, был другом (и тестем) знаменитого философа и писателя Боэция (Anicius Manlius Severinus Boetius, консул в 487, 510 и 522 гг.), казненного Теодерихом в 524 г. За сочувствие Боэцию, по приказанию того же короля, в 525 г. был казнен в Риме и Симмах Младший – текст Иордана о Максимине является заимствованием через Симмаха из Scriptores Historiae Auqustae XIX iul. Cap. Maxim. 2—4.

281. 19 марта 235 г.

282. Император Септимий Север (193—211); у Иордана назван только Севером.

283. 8 стоп (футов), 8 pedes, равны приблизительно 2,5 м (1 pes, πους равен 30,5 см).

284. Собственно, не «сильным», а «свежим», «полным сил после отдыха»; утомленному бегом Максимину противопоставили «свежих» после отдыха людей («recentissimos militum»).

285. Обычные награды военных: «серебряные премии» («argentea praemia») – вероятно, запястья (ср. Amm. Marc., XXX, 8,8: «armillae») и золотое украшение («aurea torquis») – витая золотая цепь на шею или же витая золотая гривна. Ср. сообщение Прокопия о том, что перед решающим сражением с Тотилой византийским войскам показывали поднятые на копьях запястья (ψέλλια), витые шейные цепи (στρεπτούς) и позолоченные удила (χαλινους χρυσοΰς) как награду за отвагу (Bell. Goth., IV, 31, 9).

286. Император Антонин Каракалла (211—217).

287. Император Макрин (217—218).

288. Гелиогабал – император (218—222), сын Каракаллы.

289. Могунтиак, Могонтиак (Mogontiacum, нын. Майнц) – центр римской провинции Верхней Германии на левом берегу Рейна, против впадения в него Майна. Могунтиак возник из основанного Агриппой (в 38 г. до н. э.) и укрепленного Друзом (в 9 г. до н. э.) римского лагеря.

290. Иордан ошибается: Филипп не правил непосредственно за Максимином; после Максимина, убитого в 238 г., были: Пупиен (238), Бальбин (238), Гордиан III (238—244) и уже затем Филипп (244—249).

291. О писателе Симмахе Младшем (казнен в 525 г.) см. прим. 280.

292. Иордан имеет в виду, конечно, не все племя (gens) готов, а его представителя (императора Максимина, сына гота и аланки).

293. Маркоманны и квады – германские племена, жившие к северу от среднего течения Дуная, вокруг верховьев рек Эльбы и Одера. Маркомаины и квады угрожали Римской империи с I в. н. э. Император Домициан отразил их нападение в 88 г. н. э. Особенно упорную войну (Маркоманнская война) с маркоманнами, квадами и другими присоединившимися к ним племенами вел император Марк Аврелий, начав ее в 165 г. и закончив в 180 г. Вскоре маркоманны и квады проникли все же в Паннонию, пересекли ее, дошли до Аквилейи, но там они были разбиты римским полководцем Патерном. Император Коммод, заключив с маркоманнами и квадами мир в 180 г., оставил их на Дунае. Он набирал из них вспомогательные отряды для римского войска. Император Аврелиан в 270 г. опять отбросил эти племена за Дунай, так как, перейдя реку, они появились даже под Анконой. Неясно, какие победы готов над маркоманнами и квадами имеет в виду Иордан, да еще тех времен, когда готы жили в припонтийских областях.

294. Квады – см. предыдущее примечание.

295. Император Филипп-отец правил с 244 по 249 г.; с 247 г. его соправителем стал Филипп-сын. Оба Филиппа были убиты в 249 г.

296. Тысячный год «от основания Рима» («ab urbe condita») исполнился в 247 г. христианской эры, так как годом основания Рима считается 753 г. до н. э. В «Getica» (§ 89) Иордан ошибочно отметил, что в тысячном году Рима шел «второй год» правления Филиппа-отца, но в «Romana» (§ 283) он точно указал «третий» год. Третий год правления Филиппа-отца приходится на 247 год. У Иеронима (под 262 г.), у которого Иордан мог заимствовать сведения, сказано только, что во время правления Филиппов исполнился тысячный год Рима. Орозий, ближайший источник Иордана, записал, что Филипп стал императором в 997 г. «ab urbe condita», т. е. в 244 г. н. э., и что «после третьего года его правления исполнился тысячный год с основания Рима» (Oros., VII, 20, 2).

297. Федератами (foederati) назывались солдаты вспомогательных войск («auxilia») в поздней империи, предоставленные ей тем или иным племенем – готами, гепидами, вандалами, герулами, гуннами – и его вождем по договору («foedus»). По этому договору император обязывался выплачивать федератам ежегодное жалованье («munera», «stipendia») или выдавать соответственное количество продовольствия («a

Сочинение Иордана наряду с сочинением Прокопия содержит немало сведений о федератах: федераты управлялись своими «королями», но за службу империи получали от нее ежегодное вознаграждение («a

298. Здесь отражено предание об одном из первых вторжений готов на земли империи в середине III в.

299. Тайфалы (Taifali) упомянуты Иорданом один раз (§ 91) в связи с нападением готов на придунайские области в середине III в. В 248 г., при императоре Филиппе (244—249), король готов Острогота организовал крупный поход за Дунай, в Нижнюю Мезию. К своему основному войску он присоединил тайфалов, вандалов-астрингов (асдингов), карпов и певкинов. Все они двинулись под предводительством Аргаита и Гунтериха к Маркианополю. Готы и их союзники не овладели еще техникой осады городов и потому не смогли взять Маркианополь. О тайфалах обильнее всего свидетельствуют источники IV в. Это племя неоднократно ставилось в ряд с наиболее крупными и могущественными племенами, угрожавшими тогда империи. У Аврелия Виктора говорится, что Фракией и Дакией, как «принадлежащими их роду землями» («tamquam genitales terras»), завладели готы, тайфалы, гунны и аланы (Aur. Vict. Epit., 47, 3). Епископ миланский Амвросий (ум. в 397 г.), сопоставляя племена, сталкивавшиеся в сражениях в его время, перечисляет: «гунны поднялись на аланов, аланы на готов, готы на тайфалов и сарматов» («Exposito evangelii sec. Lucam», 10). Автор, живший в Риме и в Милане, на основе слухов о варварах, нападавших на империю, вместе с общеизвестными племенами – готов, гуннов, аланов – называет и тайфалов. Для Аммиана Марцеллина тайфалы также являются вполне определенной силой среди варварских племен. Они помогали императору Констанцию в 358 г. в войне против сарматов-язигов, действуя со своей территории (близ Тиссы) совместно с римским войском (Amm. Marc., XVII, 13, 19—20); они не остались в стороне, когда волна готов, уходя от гуннов, надвинулась на берега Дуная. «Земли тайфалов» («Taifalorum terrae») находились поблизости от Серета (Ierasus), где пытался укрепиться Атанарих, обороняясь от гуннов (Ibid., XXXI, 3, 7); наконец, часть тайфалов, примкнувших к готским отрядам Фарнобия для грабительских набегов на правобережье Дуная, была захвачена римским военачальником Фригеридом и выселена, как указал Аммиан, в окрестности Модены, Реджо и Пармы. Позднее (вероятно, в течение V в.) часть племени тайфалов продвинулась на запад вплоть до Галлии. Григорий Турский (540—594) включил в «Историю франков» несколько упоминаний об этом племени: он сообщил о восстании тайфалов («seditio Theifalorum»), происшедшем около 564 г. при короле Хариберте в церковном диоцезе Пуату («in Pectava diocesis»), к югу от Луары; назвал тайфалом по происхождению аббата Сеноха, который родился в области «Theifalia» и жил близ Тура (Greg. Turon. Hist. Franc., IV, XII, [18]; V, 7; Vitae patrum, XV, 1). Принадлежали ли тайфалы к группе готских племен (Gothorum gentes), к которым относит их Аммиан Марцеллин? (Amm. Marc., XXXI, 3, 8). Судя по указанным источникам, это племя хотя и упоминалось рядом с готами, тем не менее представлялось каким-то отличным от них. Но в начале V в. Зосим определяет и готов, и тайфалов, и другие племена на левом берегу Дуная собирательно как «скифов», считая их, быть может, родственными друг Другу (Zos., II, 31, 3; IV, 25, 1). Не решаясь окончательно причислить тайфалов к готам, Л. Шмидт напоминает, что обычно лишь остроготы, везеготы и гепиды объединялись общим готским происхождением (L. Schmidt, S. 546).

300. В данном случае у Иордана (и так во всех рукописях) Astringi, тогда как в § 113 Asdingi, причем здесь с объяснением, что Асдинги – королевский род у вандалов. Контекст подсказывает, что в § 91 вместе с тайфалами и карпами названо племя, а не знатная фамилия. Предполагается, что астринги у Иордана соответствуют племени, носившему имя силингов и входившему в объединение вандальских племен. Силинги отмечены авторами, которые знали и наблюдали вандалов. Например, Идаций, современник вандалов в Испании, отметил, что при расселении вновь пришедших племен вандалы заняли Галлецию; те же, которые были прозваны силингами («Vandali cognomine Silingi»), заняли Бэтику (Idat. Chron., 49). Сообщив, что вандалы и аланы воевали с везеготами, Идаций записал, что король везеготов Валия уничтожил силингов (Ibid., 67). В одной из южногалльских хроник, отразившей события до 511 г., сказано, что силинги были лишь частью всех вандалов, «pars Vandalorum qui Silingi dicebatur» («Chronica gallica», 557, – MGH Auct. antiquiss., IX, 1892, р. 15, № 10). Поэтому можно не оспаривать известия, переданного Идацием, что силинги (а не все вандалы) были уничтожены Валией. Если астринги Иордана были, действительно, частью вандалов, известной по другим источникам под названием силингов, то именно они прошли огромный путь от низовьев Дуная (где они отмечены Иорданом в § 91) до Бэтики в Испании.

Однако, если астринги Иордана не равнозначны силингам, то остается рассматривать это название, как обозначающее род Асдингов, о котором Иордан упомянул в § 113. В таком случае надо думать, что с тайфалами и карпами, ставшими на сторону готов, пошли именно те вандалы, которых вели представители их знатнейшего рода Асдингов. Это имя (в значении племени) встречается в «Римской истории» Диона Кассия: ’Αστιγγοι (Dio Cass. Hist, Rom., LXX, 12, 1). Ср. Petri Patricii fr. 7.

301. Карпы (Carpi) – одно из сильнейших племен на нижнем Дунае, на Пруте и Серете, впервые упомянутое Птолемеем (Ptol, III, 5, 10: Καρπιανοί). Титул Carpicus украшал ряд императоров III—начала IV вв. в период частых войн с карпами. «Карпийскими» были Филипп-отец и Филипп-сын в 245 и 247 гг., Аврелиан в 271 г., Диоклетиан и Максимиан в 301 г. В 319 г. на одной из африканских надписей Константин назван «Gothicus maximus et Carpicus». Разрушительные набеги карпов отметил в IV в. Евтропий (Eutrop., IX, 25, 2) и в начале V в. Зосим (Zos., I, 20, 1; 27, 1; 31, 1), записавший о сильных опустошениях городов провинции Европы (южная часть диоцеза Фракии, примыкавшая к Константинополю) разными племенами: готами, боранами, уругундами, карпами. По Иордану, карпы объединялись с обитателями дельты Дуная, певкинами, и с готами. Иордан выделил одну из крупных побед над карпами, когда цезарь Галерий в 295 г. разбил их в Малой Скифии (нынешней Добрудже) близ тех мест, где был сооружен знаменитый военный монумент, известный под названием «Tropaeum Traiani». Галерий, по свидетельству Евсевия, был шестикратно провозглашен «Карпийским» (Καρπων μέγιστος έξάκις, – Euseb. Hist. eccl., VIII, 17, 3). Отзвук пребывания карпов на нижнем Дунае во время походов императора Валента в 367—368 гг. сохранился в свидетельстве Аммиана Марцеллина о «селении карпов», «Carporum vicus» (Amm. Marc., XXVII, 5, 5). По-видимому, карпы – дакийское племя (ср.: Ф. А. Браун, Разыскания в области гото-славянских отношений, стр. 175—176). Такое их происхождение подкрепляется, между прочим, названием, которое – кроме Καρποι – употребил один раз Зосим: Καρποδάκαι (Zos., IV, 34, 6). О том же свидетельствует и ряд названий городов в области карпов, по левобережью нижнего Дуная и по Серету: Заргидава, Тамасидава, Пироборидава (Ptol., III, 10, 8). Окончания «dava» сближают их с названиями городов в Дакии: Карсидава, Патридава, Утадава (Ibid., III, 8, 4). Иордан приводит (Rom., §§ 221, 283) одно как будто родственное этим словам название: Пульпудева (Pulpudeva, римский Филиппополь, нын. Пловдив в Болгарии).

302. Диоклетиан на Востоке и Максимиан Геркулий на Западе правили с 286 г.; оба отреклись от императорской власти 1 мая 305 г.

303. Галерий Максимиан был цезарем (с 293 г.) при августе Диоклетиане и управлял провинциями на Дунае. После отречения Диоклетиана в 305 г. Галерий стал августом и правил Восточной империей совместно с Констанцием Хлором (правившим Западной империей до 306 г.), затем совместо с Константином. Галерий умер в 311 г. Иордан в «Getica» называет Галерия не Максимианом, что правильно, а Максимином. Однако, в «Romana» (§§ 298 и 301) написано Максимиан.

304. Певкинов с острова Певки («Peucini ab insula Peucis») Тацит ставил в ряд с венедами и финнами, причем колебался, причислить ли их к германским или к сарматским племенам (Germ., 46); он также отметил, что певкинов некоторые называют бастарнами. Действительно, Страбон, писавший раньше Тацита («География» Страбона была написана после 18 г. н. э.), сообщал, что бастарны, будучи из рода германцев, разделяются на несколько колен; те из них, которые завладели Певкой, την Πευκην, островом на Истре, называются певкинами (Geogr., VII, 3, 17). Птолемей, говоря о населении Нижней Мезии, подтверждает, что по устьям Дуная живут певкины (Ptol., III, 10, 4). Остров Певки засвидетельствован рядом авторов с довольно определенной локализацией: Страбон указывает, что близ впадения Истра есть большой остров Певка (Geogr., VII, 3, 15); Плиний отмечает (Plin., (V, 79), что первое устье, или гирло, Дуная называется Певкайским («primurn ostium Peuces»), и сразу за ним лежит остров Певки; Птолемей (Ptol., III, 10, 2) при описании «порядка устьев» Истра сообщает, что река впервые разделяется на рукава около Новиодуна и южное устье охватывает остров, называемый Певкой; южное гирло впадает в Понт под названием «Священного» или «Певки»; ныне это – Георгиевское устье. По объяснению анонима (Скимн Хиосский?), составившего «Землеописание» (Περιήγησις) во II—I вв. до н. э., название Певки происходит от множества растущих на острове сосен (Πεύκη δε λέγεται δια τοΰ πληθους ων έχει πευκων, – стихи 789—790), потому что «сосна» по-гречески πεύκη. Такова ли этимология названия острова, неясно; но было высказано предположение, исходящее из этой этимологии, что Певкой являлась северо-восточная оконечность Добруджи; она подходит к дельте Дуная с юга в виде гористого выступа, ныне называемого Бабадагом. Острова в самой дельте очень низменны и едва ли могли быть покрыты соснами, а на Бабадаге до сих пор заметны следы сосновых лесов (ср. статью Ф. Бруна «Остров Певки», стр. 48—59). Ср. прим. 248.

305. Аргаит и Гунтерих (Argaithus et Gunthericus). Из контекста, хотя и не с полной ясностью, вытекает, что эти вожди были поставлены во главе карпов. Несколько странно, что Иордан изображает готов племенем, «присоединенным» Остроготой к карпам («his ... addens» может относиться только к карпам), а не наоборот, поскольку карпы были союзниками готов. Экскурс о карпах, подчиненных цезарем Галерием, путает последовательность изложения Иордана. Надо скорее всего думать, что автор имел в виду такую цепь событий: Острогота включил в число своих союзников племя карпов, искусных в войне с римлянами. Карпы предоставили ему три тысячи воинов; затем король готов, чтобы лишить карпов самостоятельности в военных действиях, присоединил к ним некоторое количество воинов своего племени и племя певкинов и поставил во главе этого крупного отряда (из карпов, готов и певкинов) двух испытанных вождей – своих соплеменников («suae gentis doctores» – ductores, duces). От слов «вскоре они перешли вброд Данубий» («qui mox Danubium vadati», – § 92) Иордан возвращается к прерванному рассказу о короле Остроготе, его походе на Нижнюю Мезию, которую он опустошал силами готов, тайфалов, вандалов-асдингов, карпов, а также перешедших на его сторону римских солдат.