Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 15



– Ну хорошо, – молвил Артур. – Сила и рост – куда ни шло, на неведомых тропах всякое бывает. Но объемы, вес… А как же закон сохранения, выведенный вашими учеными?

– Ты слишком эрудированный для короля, – усмехнулся Светлан. – Даже в твоем мире нарушается столько наших законов!.. А в здешнем, не исключено, нарушаются и ваши. И потом, что мешает усваивать молекулы прямо из воздуха? На высших уровнях энергетики, говорят, такое возможно. Ведь местная природа такая живая – почему не питаться от нее напрямую?

Словно бы для убедительности он прыгнул повыше и приземлился с таким бухом, точно это ступил великан. Не лучший способ измерения массы, но – за неимением. И как звучит, а!..

– И чего же нам ждать? – спросил Артур.

– У художников есть термин: героические пропорции. Это когда голова маленькая-маленькая, а все остальное – мышцы. Говоря конкретно, высота черепа должна составлять одну девятую от роста. Вот к таким уродцам, боюсь, мы и едем. То есть головы у нас меньше не делаются – наоборот. Но растут все-таки медленней прочего.

– Вопрос, где мы остановимся. Как бы не сделаться ближе к ограм, чем к людям.

– Тебе-то что волноваться? – хохотнул Светлан. – Разве королям не к лицу величие? Кстати, древние египтяне рисовали своих правителей исполинами – может, неспроста?.. Хотя не такие они древние, если судить отсюда. Их еще и в проекте нет. А представляешь, какими были Великие? – спросил он. – Здешние джунгли им вместо травы – эдакий, понимаешь, ковер!..

– Меня больше заботит, что будет, когда не сможем втиснуться в доспехи, – сказал Артур. – Не пришлось бы сражаться голыми.

– Тебя это смущает? Уверяю, враги смутятся не меньше!.. Конечно, если они истинные христиане, коих не покидает целомудрие, даже когда насилуют иноверок.

– Дело-то не в приличии – в уязвимости.

– Будем ворочаться шустрей – вот и все. Кстати, я не уверен, что наши латы защитят, если подставимся под удар. Похоже, здешнее оружие не чета вашему.

– И однако ж наши клинки пробивают их латы!

– Боюсь, старина, это были ритуальные латы – не боевые. К тому ж, мы все-таки богатыри.

– По крайней мере у нас не вырастут рога? – спросил Артур с беспокойством. – И не покроемся ли мы чешуей и шипами – на манер драконов?

– Да разве это худо для истинного рыцаря? – рассмеялся Светлан. – Тот же Бройль не вылезает из лат, словно надеется, что они прирастут к коже… Или ты намекаешь на Анджеллу? Рога, дескать…

– Боже упаси!

– Во всяком случае, она может не оценить, если заявлюсь к ней в таком виде, – даром что ведьма. Вот твоя Джинна – другое дело. Демоны лишены наших предрассудков.

– С чего это она моя? – пробормотал король.

– Ну хорошо – наша, – усмехнулся Светлан. – Предлагаешь организовать очередность по уходу за ее телом?

– Этого я не говорил.

Наконец решившись, Артур тоже отправился купаться. Войдя во вкус, плескался довольно долго, затем выбрался на берег и растянулся рядом с приятелем, подставив тело жаркому солнцу.

– Слушай, тебя не дергает, что мы так круто обошлись с орками? – спросил Светлан, покосившись на него. – Вот мне что-то не по себе. В конце концов, бедняги лишь защищали свой храм.

Король пожал могучими плечами:

– Ну, если это не тревожит Крона, который к ним намного ближе…

– А как же тезис «не убий»? Или он подразумевает лишь единоверцев? Хотя верующие и своих лупцуют за милую душу – было б желание.

– Или выгода, – прибавил Артур. – Или ради славы. Или если этого требует честь… Причин много, мой друг. Иногда просто не остается иного пути. А большинству людей вполне хватает приказа, чтобы себя оправдать.

– Легко им жить на свете, просто. Вылезает какой-нибудь монстрик, волею судеб оказавшийся наверху, и берет на себя ответственность за пролитую кровь – ради великих целей, понятно. А убийцы и рады, теперь-то у них руки развязаны. И всех, кто не примкнул к душегубству, они почитают уродами, если не предателями, и тоже выводят за скобки.

В этот момент Крон зашевелился, выныривая из сна, больше похожего на летаргию, и нехотя открыл глаза, сразу наставив зрачки на людей.

– Что, выдрыхся уже? – полюбопытствовал Светлан. – Или одному тебе плохо спится?

– Болтаете много, – пророкотал великан. – Бу-бу-бу, бу-бу-бу… Когда успеваете думать?

– Это потому, что сообща нам легче мыслится, – пояснил Светлан. – Конечно, когда есть, что складывать. А то с иными, знаешь, больше теряешь. Хотя и в этом есть смак. Эдакий словесный мордобой. Один за, другой против – ни хрена не понять, зато весело. А изредка даже рождается нечто, отдаленно похожее на истину.

– Да как же можно соображать, когда всё стекает через язык?



– У каждого своя метода, маленький, – усмехнулся богатырь. – Важен результат. И вот тут мы с тобой посоревнуемся, хочешь того или нет. Кстати, раз уж проснулся – тут у нас дискуссия завязалась…

– Да слышал я.

– Ну и как относишься к тому, что мы посекли твоих дальних родичей?

– Какие они нам родичи, ты чего?

– Нет? Самородки, значит. И гоблинов тебе не жаль?

– Так они ж сами нарвались…

– … сказал мародер, приканчивая хозяев. Кажется, нас не звали, а?

– Это как поглядеть. Думаешь, я по своей охоте вперся сюда?

– Неужто и тут напросились? Какие нехорошие!

– Разберемся, – проворчал великан.

– Похоже, и дальше не обойтись без поножовщины. Это напрягает.

– Как сказал твой дружок: иного пути нет.

– И почему я всегда оказываюсь в меньшинстве? – вздохнул Светлан. – Такая планида, видать.

Помолчав, он спросил:

– Между прочим, а как у гоблинов с обонянием?

– Нормально, – ответил Крон.

– Весьма острое, – сейчас же добавил Артур. – Не хуже, чем у собак.

– Тогда и тебе, мальчик, не мешает ополоснуться – уж извини. Иначе к нам слетятся не только… пчелы.

Глава 3. Солнце, прощай!

Путь их снова лежал в гору, мимо приземистых пушистых деревьев, мимо исполинских изваяний и колоссальных колонн, вблизи вовсе не походивших на искусственные творения. Солнце опускалось все ниже, тени от дальних скал уже накрыли озеро и теперь на глазах поднимались по склону, словно пустились вдогонку за троицей. После купания Крон, видимо, изрядно потерял в весе, поскольку шагал намного легче, чем накануне, – а может, как и богатыри, успел набраться сил в здешней атмосфере. Впрочем, сколько огр ни драил шкуру песком, сколько не отлеживался в воде, полностью от запаха не избавился – слишком долго его копил. Снова упаковавшись в латы и обвешавшись оружием, рыцари скакали за ним джейранами, взмывая на каждом прыжке.

– По-моему, у меня еще прибавилось мощи, – словно бы пожаловался Светлан. – Ходишь, как на пружинах, а вот при беге чувствуешь себя куда комфортней. Теперь это станет нашим режимом по умолчанию.

– Вот-вот, – бросил Крон через плечо. – Пора бы тебе замолчать.

– Перед смертью не надышишься – слыхал такое? А как погрузимся в тьму, жуткую да зловещую…

– Что тогда?

– Тогда посмотрим.

Хохотнув, огр еще прибавил шаг, словно и сам не знал, куда девать энергию. Но уже через несколько минут остановился, уткнувшись в громадную глыбу, за которой, видимо, и таился вход в пещеру. Дорожка сюда и впрямь оказалась недолгой. Как раз и солнце коснулось горизонта, превратившись в громадный оранжевый круг. Вот и славно – не так жалко будет расставаться с ним.

– Как выражаются короли, – сказал Светлан, покосившись на Артура, – эта работа для великанов. Ну давай, громила, навались!

– А самому слабо? – усмехнулся тот.

– Слабо или нет, а великану – великанье. Должна же и от тебя быть польза?

– Ну, нахал!

Качая головой, исполин придвинулся к скале, подцепил толстыми пальцами глыбу, напрягся так, что мускулы вздулись валунами, и медленным движением отвалил ее в сторону. Да уж, здоровья ему не занимать – даже для своего веса Крон могуч. И если был бы чуток проворней, а вдобавок злобен… Не приведи бог заполучить такого врага!