Страница 42 из 67
«Господи, помоги мне! Пусть торопливое объятие у ствола, только бы облегчить мучительно-сладкую боль, завладевшую телом. Но Эндрю прав. Не здесь!»
Кэтрин уже была готова схватить его за руку и повести к павильону в саду, но он вдруг сам предложил:
– Пойдем.
И она пошла, переполненная желанием и предвкушением.
– Куда мы идем?
– К павильону. Он ближе и уединеннее.
– Откуда ты про него знаешь?
– Видел, когда выезжал Афродиту.
Кэтрин порадовалась, что тьма скрывает улыбку удовлетворения на ее губах. Значит, они не только окажутся сейчас в павильоне, но Эндрю к тому же будет считать, что это его собственная удачная мысль. Пожалуй, он будет рад, когда обнаружит, что постройка не совсем пуста. Кэтрин еще днем тихонько отнесла туда кое-какие вещи. Ей хотелось бы устроиться там получше, превратить маленький павильон в райский уголок, но она боялась, что кто-нибудь заметит. Кэтрин рискнула выйти из дома только с одной корзинкой, иначе е стали бы спрашивать, а отвечать не хотелось. В конце концов, не может же она сказать, что готовит павильон к свиданию! И пусть декорации окажутся немного простоваты, все необходимое для памятной ночи, если верить «Руководству для леди», у нее будет: уютное одеяло, бутылка вина, кусок сыра и... они с Эндрю.
Сделав поворот на тропинке, они увидели застекленный павильон. На небольшой поляне возвышалось восьмиугольное помещение с высокими окнами. Купол поблескивал в лунном свете, старая краска немного облупилась, но издалека этого было незаметно. Кэтрин давно хотела подновить павильон, но все не доходили руки.
Эндрю замедлил шаг. Кэтрин порадовалась, что высокие французские окна закрыты плотными ставнями. Уединение им гарантировано!
Луна скрылась за облаком. Кэтрин стала смотреть под ноги, чтобы не наступить на ветку или камень. Эндрю только сильнее сжал ее руку, как будто обещая, что не позволит ей упасть.
Они поднялись по ступенькам. Эндрю повернул ручку и толкнул дубовую дверь.
– Дверь ужасно скрипит... – начала было Кэтрин, но слова повисли в воздухе.
Дверь без единого скрипа распахнулась, и их взглядам открылось внутреннее убранство павильона.
Кэтрин удивленно распахнула глаза, не в состоянии сдвинуться с места. Уютный интерьер был мягко освещен полудюжиной ламп-молний, дугой установленных на полу по всему периметру комнаты. Кэтрин вздохнула и ощутила нежный аромат розовых лепестков, ковром устилавших деревянный пол.
Небольшой коврик, который Кэтрин тайком утащила из Дома, лежал в центре почти пустого помещения. Две подушки, одна бордового, другая темно-синего цвета, примостились с одной стороны ковра. Сбоку стоял серебряный поднос с бутылкой вина, двумя кубками, вазой с клубникой и куском сыра, который Кэтрин утащила с кухни.
Словно во сне Кэтрин прошла в павильон и медленно повернулась. За спиной у нее раздался мягкий щелчок – это захлопнулась дверь. Она услышала шаги Эндрю. Сильными руками он обнял ее сзади за талию и прижал к своему телу. Кэтрин положила ладони ему на руки, трепеща от мысли, что Эндрю так близко. Она была восхищена его усилиями создать это романтическое убежище.
– Когда ты успел это сделать? – чуть слышно спросила она, как бы опасаясь разрушить волшебное очарование.
– Сразу после обеда. – Губами скользнув по виску Кэтрин, он обдал ее горячим дыханием. По спине у нее пробежали мурашки. – Я был очень удивлен... и обрадован, когда обнаружил корзинку с вещами, которые только ты могла здесь оставить. А ты довольна?
Глаза Кэтрин закрылись. Она вздохнула – очень по-женски: протяжно, с улыбкой, – развернулась лицом к Эндрю и взяла в ладони его чисто выбритое лицо.
– Ты потратил столько времени, сил и денег, чтобы посадить мои любимые цветы и создать для нас этот уютный уголок. Да, Эндрю, я довольна. И тронута. И польщена. Я отправилась вечером на прогулку, надеясь соблазнить тебя, но чувствую, что соблазнил меня ты.
– А я отправился вечером на прогулку, надеясь за тобой поухаживать, но чувствую, что меня соблазнили.
Кэтрин с ног до головы обдало жаром.
– Да, мы вышли с различными целями. И вот мы здесь. Результат-то оказался один и тот же. Хотя я сама не понимаю, как это случилось, ведь я еще не начинала тебя соблазнять.
Эндрю повернул голову и поцеловал ладонь Кэтрин.
– Если так, то помоги мне Господь, чтобы ты действительно начала прилагать усилия. Впрочем, ты и так уже преуспела, даже пальцем не пошевелив.
– Правда? Каким образом? Что я такое сделала? – Кэтрин по-настоящему хотелось это узнать, чтобы повторить, если понадобится.
Эндрю смотрел на нее, не сводя глаз, потом стиснул легонько ее руку, еще раз поцеловал ладонь, затем дотронулся языком до этого места. Кэтрин даже перестала дышать, расширив глаза.
– Вот это самое, – прошептал он. – То, как ты отвечаешь на мое прикосновение, как замирает твое дыхание, как струится огонь из твоих глаз. И еще это... – Он притянул Кэтрин в свои объятия, склонился над ней, провел языком по краешку маленького уха. – Кэтрин вся задрожала. – ...То, как ты дрожишь от удовольствия. И это... – Эндрю быстро пробежался губами по линии подбородка и коснулся губ Кэтрин легким дразнящим поцелуем. – ...Ощущение твоих губ... То, как ты требуешь больше, больше... Так же как и я.
А она уже и так была вся в ожидании продолжения. Эндрю поднял руку и не спеша стал вынимать шпильки из ее волос.
– Твои волосы так нежно скользят у меня между пальцев... – Кэтрин почувствовала, как рассыпается ее прическа, как волосы струятся по плечам, по спине. Эндрю собрал в ладонь пригоршню длинных тяжелых локонов и спрятал свое лицо в ее каштановых прядях. – Твои кожа и волосы источают ароматы цветов.
Он откинул волосы Кэтрин ей за спину и медленно провел кончиками пальцев по стройной шее.
– Светлое совершенство. Нежнейший бархат. Волнующее благоухание, этот дразнящий аромат... Он заставляет меня всегда стремиться быть к тебе как можно ближе, чтобы не сделать ни единого вдоха без твоего запаха. – Эндрю опустил голову и поцеловал чувствительное местечко на шее. – Соблазн в чистом виде.
Пальцы Кэтрин вцепились в сюртук Эндрю, в горле дрожал глухой рокот наслаждения.
– Звуки, которые ты издаешь при возбуждении, – продолжал Эндрю, – одно из самых чувственных впечатлений в моей жизни.
И Кэтрин показалось, что она воспринимает его слова не только ушами, но всей кожей.
– Одно из? – спросила Кэтрин таким хриплым голосом, что сама его не узнала. – А что же ты познал в жизни самое чувственное?
Эндрю поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.
– Твой голос. Когда ты просила меня стать твоим любовником.
Горячая волна залила щеки Кэтрин.
– Я никогда раньше не говорила таких слов.
– А вот и еще один из бесчисленных способов меня соблазнить. Кэтрин, ты же знаешь, как я люблю быть первым.
– Тогда тебе нужно приготовиться. Сегодня я хочу многое испытать впервые.
– Как и я.
Глаза Кэтрин слегка расширились.
– Ты имеешь в виду, что никогда...
– Нет, я не имею в виду, что никогда не был с женщиной, хотя с тех пор уже прошло... какое-то время. Но я никогда не был с женщиной, которую желал бы с такой силой. Или которой так хотел бы доставить удовольствие. Или которая доставляла бы такое удовольствие мне.
Кэтрин все еще стояла, вцепившись в плечи Эндрю, пытаясь удержаться на ногах и не сползти на пол.
– Эндрю, я надеюсь, что сумею доставить тебе удовольствие. Я очень этого хочу, но...
Эндрю приложил к ее губам палец и заставил умолкнуть.
– Кэтрин, так и будет. Ни секунды не сомневайся и не бойся.
По его лицу было ясно, что он действительно в это верит, но на Кэтрин вдруг накатила волна сомнений и неуверенности. И не успела она прикусить язык, как уже выпалила болезненную правду:
– Боюсь, от меня это не зависит. Мой муж считал меня не очень... соблазнительной. После рождения Спенсера он ни разу до меня не дотронулся. Так что, боюсь, я совсем неопытна, несмотря на то что десять лет была замужем и родила ребенка. – Она попробовала поймать взгляд Эндрю. – Откуда ты знаешь, что я сумею доставить тебе удовольствие?