Страница 28 из 113
Джон Коу в своем кабинете прислушивался, как все вокруг постепенно стихает. На башне уже пробило двенадцать, и миссис Портер давно уже отправилась домой в Боу к своему супругу. Коу встал и отправился на тщательный осмотр конторы. Нигде никого не было.
Джон опять взглянул на часы.
Знал, что сержант Коккерил вернется между половиной первого и без четверти час. Значит ему оставалось двадцать пять минут.
С довольно злорадной ухмылкой вошел в комнату, соседнюю с его кабинетом-там обычно работал Эрик Даксфорд.
Едва закрыв за собой дверь, Джон запер защелку и стал осматриваться. Под впечатлением метода, подмеченного у Гиссела, натянул пару старых замшевых перчаток и больше их уже не снимал.
Знание системы Хорнимана, конечно, сэкономило ему уйму работы, и он лишь мельком уделил внимание картотеке, стройному ряду дел и черным ящикам для бумаг.
- Это должно быть в письменном столе, или нигде, - пробормотал Джон, не мешкая уселся в кресло Эрика и принялся открывать ящики.
Нижние боковые ящики содержали типичную смесь отходов, присущих любой адвокатской конторе-старые календари, квитанции об уплате налогов, нож для бумаг (рекламный сувенир поставщика юридических справочников), коробочка сахарина, несколько каталогов распродаж, коробочка со штемпелем, связка резинок и бесконечно длинный красный шнур, который как змея Лаокона путается в ящиках письменного стола любого адвоката.
Лишь один ящик был заперт-верхний с левой стороны. Джону это сразу показалось подозрительным, и поэтому он сосредоточил на нем свое внимание. Как и сержант Коккерил, Джон придерживался мнения, что открыть замок куском проволоки-операция из области фантазии. Поэтому вначале он попробовал открыть замок своими ключами, пока один из них не застрял.
- «Это произведет не лучшее впечатление, если половина сломанного ключа останется в замке, - сказал он себе. - У меня такое впечатление, что пришло время использовать немного насилия и вульгарного непрофессионализма».
Огляделся вокруг, нет ли где кочерги, чтобы использовать ее в преступных целях. Кочерги не было, и потому Джон отправился в подвал и вернулся с большой совковой лопатой, которой сержант набирал уголь.
Просунул стальное лезвие, на счастье сточенное настолько, что стало тонким и гладким, в щель между крышкой стола и ящиком, и навалился на черенок. Раздался треск-и весь верх стола приподнялся на три пальца. Джон всем телом навалился на черенок и просунул руку в ящик, чей замок перестал быть препятствием.
В ящике лежал единственный предмет. Когда Джон его достал, оказалось, что это ежедневник на этот год. Слишком многообещающе это не выглядело, и Джон уже хотел положить его обратно, когда вдруг пришла идея получше. Поискав на столе, нашел другой точно такой же. В том были обычные служебные записи. Торопливо пролистав его, Джон узнал имена некоторых клиентов.
- Что же, черт возьми, может быть в том, другом? - спросил себя Джон. Взяв дневник, отошел с ним к окну. На первый взгляд он был точь-в-точь таким же. На некоторых страницах сделаны пометки, указано время, только вместо имен стояли лишь инициалы. Чаще других фигурировали буквы Х. В. С. На 20 февраля было помечено:» с Х. В. С. к Ц. П. Г. «и чуть дальше «Х. В. С. поговорит с М. Л. Встреча не позднее вторника. «Джон нашел листок за вторник-за прошлый вторник. И действительно, на 15. 00 стояло:»МЛ 20 Х. Г. «Кроме этого, единственной особенностью дневника было то, что большинство встреч проходили поздно вечером; чаще всего фигурировало время 20. 00 и 21. 00.
- Это чертовски подозрительно, - протянул Джон. - Явно он сюда вернется, когда остальные уйдут.
Сунув дневник в ящик, вытащил лопату. Крышка ровно села на место. Джон, насколько мог, затер за собой следы.
- «Не знаю, - сказал он себе, - не сообщить ли инспектору. Только жалко лишиться такого удовольствия. Ведь сказать я всегда успею, если потом окажется, что это серьезно. Лучше уберу лопату, пока не вернулся Коккерил».
Покидая здание, Джон заметил, что уже без четверти час.
IV
Скотланд-Ярд, как и британская армия, лишен своих уикэндов. А когда заваривается каша, пропадают и воскресенья. Сержант Пламптри успел на поезд, который отправлялся в два часа с вокзала Чаринг Кросс, и попал в Севенокс около трех. Стоял теплый день, ибо апрель уже шел к концу, и на крикетном поле уже суетились несколько фанатиков.
Сержант Пламптри мог бы избежать множества неприятностей, обзаведись он точным адресом обоих особ, к которым направлялся. На открытках, обнаруженных Хофманом, стояло только:»Стилмэн роад, Севенокс. «Ни на той, ни на другой не было номера дома. Конечно, сержант Пламптри мог бы зайти в полицию и просмотреть там список домовладельцев, но передумал. Если на то пошло, фамилии Гроот и Холдинг не такие уж распространенные. К тому же сержант был в штатском, и заявись он в полицию, пришлось бы представляться и долго объяснять, чего он, собственно, хочет; к тому же Стилмэн роад была всего в нескольких шагах от вокзала, а здание полицейского участка-на другом конце города; пришлось бы подниматься в гору, в такую жару.
На счастье оказалось, что Стилмэн роад не слишком длинна-один большой дом в самом начале и полтора десятка небольших коттеджей по обеим сторонам. Сержант Пламптри, выбрав наугад один из них, постучал. Двери тут же распахнулись и в них появилась женщина неопределенного возраста. Светло-желтые волосы подстрижены были под пажа, на плечах-цветастый рабочий халат.
- Ах, простите, - с деланным изумлением воскликнул сержант Пламптри. - Я ошибся. Я полагал, здесь живет миссис Гроот.
- Да, живет.
- Тогда я не ошибся. - Сержанту Пламптри очень бы хотелось, чтобы такая вероятность один к тридцати хотя бы изредка выпадала на скачках.
- Вы миссис Гроот?
- Да.
- Могли бы мы с вами поговорить?
- Пожалуйста.
- А внутрь мы не войдем? Это весьма деликатное дело.
- Пожалуйста, - повторила женщина. - Пройдем в гостиную и там можете быть как угодно деликатны.
Проводив его в гостиную, присела на краешек стула, по-мужски сложив руки на коленях. Поскольку сержанту она сесть не предложила, тот остался стоять, ибо в таких вещах был весьма корректен.