Страница 38 из 53
– Да нет, я просто хотел понять, как это Энтане достиг столь многого за столь короткий срок. Когда я писал его портрет, он не произвел на меня впечатления неординарной личности. Интересно, что он собирается делать, будучи королем.
– Все во власти звезд.
Знакомый молодой жрец, прислуживающий Хасте, вошел и шепнул что-то хозяину.
– Астрологу не спокойнее, чем врачу, – пожаловался верховный жрец. – Сейчас я должен проверить появление Райорда на ночном небе. Фория, прикажи, пожалуйста, повару немного обождать с ужином.
После его ухода девушка внимательно посмотрела на Хассельборга бездонно-зелеными раскосыми глазами.
– А я могла бы сообщить новости о Замбе. Куча знакомых сплетниц из королевского дворца все уши мне прожужжали, болтая о них.
– Что за новости?
– Я лишь сказала, что могла бы сообщить, – улыбнулась она.
– Что вы имеете в виду? – спросил Виктор, уже догадываясь о ее намерениях. Ох, мама, снова – здорово!
– Что могла бы стать ценной помощницей герою, но не собираюсь запросто одаривать милостями того, кто лишь поблагодарит да и уедет восвояси, забыв обо мне.
– Придворные сплетни действительно настолько ценны?
– Придется поверить мне на слово: есть важные новости о короле Энтане.
– Боюсь, что не могу купить кота в мешке, – покачал головой детектив и, увидев страдание на лице Фории, добавил: – Конечно, вы понимаете, как я привязан к вам, а если слухи будут в тему, то это станет весомым вкладом...
– Хорошо! Не будем больше фехтовать деревянными мечами. Обещай мне, что если новости и правда окажутся важными, то ты женишься на мне тут же!
– Нет.
– О, ты несносен! Выходит, я должна отдать все, что мне известно, а ты еще будешь раздумывать, делать ли мне одолжение! Я что – так уродлива?
– Нет.
– Что же тогда?
– Дело принципа.
– Принципа! Будь прокляты твои принципы! – в волнении она принялась расхаживать взад-вперед, бушуя гневом. – Мне следовало бы нанять какого-нибудь головореза всадить сталь тебе в глотку, дабы увидеть: потечет ли из раны кровь или всего лишь чернила! Ничтожество! Никогда не встречала я подобного мужчины! Можно подумать, что ты...
Происходящее все больше и больше переставало нравиться Хассельборгу, так как искушало его либо принять домогательства Фории, либо окончательно порвать эти двусмысленные отношения.
– Ну? – вопросила жреческая племянница.
– Я уже объяснил! Мне очень хотелось бы услышать ваши новости, и чем больше вы мне поможете, тем больше я буду вам благодарен. Но я решительно не стану обещать жениться на вас. Во всяком случае, на данном этапе.
Она перевела дух и решилась:
– Хорошо. Я расскажу вам, что слышала, а вы потом поступайте, как хотите! Уезжайте куда глаза глядят, швыряйтесь мной, браните и бейте, как вам будет угодно! Я ничего не требую взамен, кроме как поверить, что я действительно люблю вас и желаю добра.
– Я верю этому. И, может быть, когда-нибудь смогу ответить взаимностью. Итак, что за информацию вы хотели сообщить?
– Король Энтане и его королева готовятся отплыть с Замбы в Маджбур.
Хассельборг резко выпрямился в кресле:
– Зачем?
– Этого не знаем ни я, ни тот, кто поведал мне новость. Очевидно, чтобы купить что-то или для торговых переговоров с синдиками вольного города. Но разве в этом суть! Разве вы не понимаете, в чем ценность моей информации?
– В чем же?
– У вас имеется какое-то таинственное дело к новоиспеченному королю. Не исключено, что он откажет вам в аудиенции. Пока Энтане на острове – вам к нему не подобраться, так как галеры Замбы занимают в море Садабао господствующее положение. А вот когда он окажется на материке... Теперь понимаете?
– Да, и большое спасибо. Но как мне теперь уехать из Хершида, не вызвав раздражения короля Экрара? Ведь в противном случае он бросит за мной в погоню свою армию.
Фория на миг задумалась и предложила:
– Наверное, я могла бы попробовать убедить его. Этот старый багган сильно ко мне привязан, хотя порядком недолюбливает моего дядю. Не знаю, прислушается ли он к моим словам. Если я уговорю его, вы женитесь на мне?
– Нет, милая, – улыбнулся Виктор. – А вы крайне настойчивая юная особа, не правда ли?
– Шутки тут неуместны! Разве вы не видите, что в клочья разрываете мне печень? О Кавир, я всегда мечтала о таком мужчине... – воскликнула девушка и расплакалась.
Хассельборг принялся успокаивать ее, но безуспешно, тогда он изменил тактику и приказал:
– Возьмите себя в руки. По-моему, я слышу, как возвращается ваш дядя.
Спустя мгновение Фория вновь стала степенно-вежливой хозяйкой дома. А детектив подумал, что тому мужчине, с которым она свяжет свою судьбу, скучать не придется никогда.
На следующее утро Хассельборг явился к королю со словами:
– Да порадует это Вашу Грозность: голова у меня больше не болит...
– Вот как? Хорошо! Превосходно! Тогда возобновим наши сеансы. У меня есть свободный часок сегодня вечером...
– Минутку, государь! Я не договорил. Рана не беспокоит меня, но впечатлительная натура художника потрясена поединком. Я никак не смогу хорошо работать, пока не успокою нервы.
– И когда же это произойдет?
– Сложно сказать, ведь это моя первая дуэль.
– Правда? А держались вы неплохо.
– Спасибо. Осмелюсь предположить, что к концу ближайшего десятиночья буду готов продолжить портрет.
– Хм-м-м. Придется позволить вам некоторое время поболтаться по дворцу в праздности, флиртуя с дамами, пока не приведете в порядок свою впечатлительную натуру. Непредсказуемый народ эти художники! На вас нельзя положиться: вы, как старик Хасте, обещаете и никогда не выполняете.
– Сожалею, повелитель, что испытываю ваше терпение, но талант живописца – тот же божий дар и требует бережного обращения. В любом случае, вы ведь все равно отправляетесь на похороны Джама бад-Коне?
– Это правда, меня несколько дней не будет в столице.
– Вот и отлично. Не разрешите ли вы мне тоже отлучиться из Хершида?
– Куда это? – подозрительно спросил Экрар.
– Хотелось бы провести день-другой в Маджбуре. Смена обстановки – лучший отдых, знаете ли.