Смертоносный груз 'Гильдеборг'

Я допил бренди. Оно поставило меня на ноги, вернуло хорошее настроение. С новой энергией я погрузился в переливающийся людской поток. Я знаю, что здесь стоит на якоре, и буду осторожен. Я ведь Шиппер, Бернард Шиппер, у меня есть подтверждающие это документы. Временами я поглядывал на витрины магазинов, полные иностранного товара. Японские транзисторы, индийский текстиль и китайские украшения. Фотографии голых женщин всех цветов кожи, меняльные конторы и филиалы международных банков, агентства авиакомпаний, все напихано и спрессовано, втиснуто друг в друга. Борьба за каждый метр тротуаров, ступеней и проездов. Компании, названия которых я никогда не слышал. "Вашингтон Пост" - агентство печати.

Дощечка была совсем маленькой, только случайно в этом потоке она бросилась мне в глаза. Но я сразу же остановился. "Вашингтон Пост"... В голове у меня мелькнула сумасшедшая мысль, гениальная! "Вашингтон Пост"... А что если я продам "Гильдеборг", что если я расскажу?.. Открою миру тайну того, как погибла целая команда, как прикончили Гута, куда исчезли 200 тонн U3O8 - Я уже не на юге, здесь - свободный мир! Я возьму недорого - авиабилет в Европу. Я стоял и смотрел на архаический заголовок американской газеты. Толпа тормошила меня, обтекала и увлекала за собой. Мне нужно было взвесить эту мысль, понять ее, но мною уже начало овладевать прежнее нетерпение. Не ждать, воспользоваться случаем!

Я быстро зашагал и пробился к лестнице дома. Эта идея влила в меня новую энергию.

Я вбежал на второй этаж и нажал кнопку звонка. Вот оно! Двери открылись сами.

За пишущей машинкой сидела девушка цвета "кофе с молоком".

- Привет, красавица, - сказал я весело, - нет ли здесь шефа?

- Привет, - ответила она таким же тоном. Мгновение она еще печатала, а потом повернулась. Большие полные губы растянулись в улыбке. - Шеф приходит в одиннадцать. Может быть, я могла бы рассмотреть ваше дело сама? - сказала она с американским акцентом.

Мы приглянулись друг другу с первого мгновения.

- Не могла бы, золотце, я хочу предложить ему коммерцию, большое дело, и притом это вопрос жизни и смерти. Во всем остальном готов иметь дело с тобой.

- Хотите еще чего-нибудь выпить?

Я понял, что она меня высмеивает. Веду себя как сумасшедший. Наверняка она американка, возможно, с университетским образованием. Скорее всего, с университетским - за океан других не посылают.

- Спасибо, с удовольствием.

Она встала и продефилировала передо мной, как на параде. Высокая, полная, никаких мальчишеских бедер.

- Конечно, я могла бы рассмотреть это дело сама! - и поставила передо мною стаканчик.

Я отрицательно покачал головой.

- Сожалею, но в самом деле нет, все что угодно, но только не это. - Она посерьезнела. Теперь, видимо, я не казался ей нализавшимся. - Вот если с вашим шефом заключу контракт, то приглашу вас на обед! Пойдете?

Глаза встретились. Короткое замыкание.

- Спасибо, почему бы нет? - И она села к своему столу. - Но, скорее всего, придется посылать за бутербродами, - сказала она скептически, чтобы я не представлял себе все в розовом свете. Она снова взялась за работу, а я сидел и смотрел.

- Когда вы прилетели? - спросила она, даже не подняв голову.

- Сегодня утром...

Как ей это могло прийти в голову?

- Издалека?

Я пожал плечами.

- Я знаю здесь практически всех европейцев, а вы - новый, совсем новенький, - улыбнулась она ласково и кокетливо посмотрела на меня. Но звучало это так, как будто она сказала "совсем глупенький".

- Как младенец, - добавил я. Она кивнула.

- Не выпьете со мной?

- Только за обедом - если он будет. Теперь у меня масса работы. Только не ждите, что с шефом вам все это легко удастся.

- Будь я репортером, я бы не раздумывал. У кого есть профессиональное чутье, не позволит себе упустить такую возможность.

Чуть позже одиннадцати в кабинет ввалился энергичный лысый мужчина в полотняном костюме, с ярко, разрисованным галстуком.

- Привет, Тедди, - сказала красавица.

Он пробежал через приемную в соседнюю комнату. Меня даже не заметил.

- Дневные сообщения подготовлены? - гаркнул он за дверьми.

- Как раз заканчиваю!

- Отлично! Что нового? - Он снял пиджак и заглянул в комнату, - Привет, Джоссела...

- Этот господин... - откашлялась она, - новый...

Он посмотрел на меня и ослабил галстук.

- Гиббонс, - сказал он и протянул мне руку.

- Представлюсь позднее, если позволите. У меня для вас предложение, точнее - сделка...

Он бросил взгляд на Джосселу, патом на меня и, наконец, пожал плечами.

- Ладно, пройдите!

Я вошел в его кабинет и тихо закрыл двери. Внизу под окнами грохотала улица. Мне пришло в голову, что это не имеет смысла. Лучше всего мне надо было бы поискать судно.

Гиббоне устроился за письменным столом и молчал. Ждал. Я тоже.

- Пожалуйста, - сказал он наконец. Я сел в плетеное кресло против его стола.

- Слышали вы когда-нибудь о судне "Гильдеборг"? - Он кивнул. - О грузе U3O8?

Он снова качнул головой.

- Могу вам сказать, куда исчезло это судно и что стало с грузом. Я плавал на нем!

Он неподвижно смотрел на меня. Я не мог отгадать, о чем он думает.

- Но вы должны, скорее всего, заявить об этом в Евроатом...

Это звучало так, будто он просил:

"Не ходи ко мне, парень".

Я встал.

- На открытке из Дар-эс-Салама, не так ли? - сказал я таким же тоном. Это мне не приходило в голову, спасибо вам! - И я пошел к дверям.

- Подождите!

- Зачем? Я искал репортера, который может позволить себе написать о "Гильдеборг". Но ошибся, извините.

Я открыл двери. Джоссела сидела за столом, слушала. Снисходительно улыбнулась. Видимо, и ей с шефом было тоже нелегко.

- Вернитесь, дружище! - Я медленно прикрыл двери - ни в чем не надо перебарщивать. - Начните, я послушаю!

- Мне нужен авиабилет в Европу и тысяча долларов на дорогу. Не опубликовывайте ничего из того, что узнаете, до тех пор, пока я отсюда не уберусь. Это мои условия.

- С чего вы взяли, что я пожелаю купить вашу информацию? Что она будет интересовать меня? И как я узнаю, что вы не водите меня за нос?

Я сел.

- Это вы должны решить сами, рисковать будем оба. Вы - тем, что лишитесь денег, а я - жизнью. Потом отступать будет некуда.