Страница 174 из 258
Мое личное и всестороннее изучение этого удивительного аппарата аллааттапан – который, благодаря горнахуру Хархарху, стал известным среди истинных ученых почти всего нашего Мегалокосмоса – произошло в связи со следующими случайными обстоятельствами.
Как раз во время одного из моих пребываний на планете Сатурн у моего сущностного друга горнахура Хархарха, он, еще ранее прослышав каким-то образом об этом аппарате, попросил меня во время разговора привезти ему с планеты Земля один из экспериментальных аппаратов, если мне случится опять там быть.
И когда, в последствии, я опять посетил поверхность этой твоей планеты, я достал там один из этих аппаратов и взял его с собой на планету Марс для того, чтобы послать его при удобном случае на планету Сатурн горнахуру Хархарху.
И таким образом, вследствие того, что в течение длительного времени нашему кораблю «Случай», этот аппарат аллааттапан оставался у меня дома на планете Марс, и он часто оказывался в сфере автоматического восприятия органов моего зрения; и в период отдыха от активного мышления я внимательно рассматривал его и в конце концов познакомился со всеми подробностями его конструкции и действия.
Этот знаменитый экспериментальный аппарат аллааттапан состоял из трех самостоятельных частей. Передняя часть называлась «лусочепана», средняя часть – «дзендвох» и последняя, задняя, часть называлась «рянк-похортарз».
Каждая из этих трех частей, в свою очередь, состояла из нескольких особых отдельных приспособлений.
Первая часть, называемая «лусочепана», имела особую конусообразную трубу, широкий конец которой герметически примыкал к раме единственного окна той комнаты, где проводились эксперименты, а другой конец представлял собой небольшое щелеобразное отверстие с так называемым «собирательным диском», проходя через который так называемые «лучи дневного света», входящие через окно, преобразовались в «концентрированный белый луч», как сказали бы твои любимцы.
Это концентрированный белый луч, проходя затем через кристалл особой формы, разлагался на семь различных «цветных лучей», которые, так сказать, падали на небольшую пластинку, сделанную из слоновой кости и называемую «пиринджьел».
Эта пластинка пиринджьел была так построена и так регулировалась, что падающие на нее цветные лучи собирались вновь, однако на этот раз по-другому, и, проходя через второй кристалл, также особой формы, падали на другую, на большую пластинку, также сделанную из слоновой кости и называемую «полоришбурда».
Напротив этой полоришбурды находился небольшой аппарат особой конструкции, через который, при соответствующем его перемещении, можно было направить любой выбранный цветной луч там далее от этой полоришбурды к третьей части аллааттапана, называемой «рьянк-похортара».
Здесь, между прочим, тебе можно также сказать, что знания, касающиеся построения первого кристалла этой части аппарата аллааттапан, также достигли современных твоих любимцев, и теперь они называют этот кристалл «призмой».
С помощью этой призмы современные земные ученые существа также получают семь цветных лучей из белого луча, и они также воображают, что с помощью этого они могут узнать о некоторых других космических явлениях.
Но, конечно, из этих их фантазий и из своей призмы они получают из белого луча только так называемые «негативные лучи», а для того чтобы понять любое другое космическое явление, связанное с преходящими изменениями этого белого луча, они должны обязательно иметь его так называемые «позитивные цветные лучи».
Твои современные любимцы, однако, воображают, что цветные лучи, которые они получают с помощью этой своей детской игрушки, называемой ими призмой, – как раз те самые «позитивные лучи», которые получили эти великие ученые, и по своей наивности они думают, что, как они говорят, «спектр», который они получают из белых лучей, дает как раз тот порядок возникновения лучей, в котором они выходят из своих источников.
А пока, в данном случае в отношении этих земных горе-ученых новой формации у твоих любимцев, можно только применить выражение, которым они сами часто пользуются: «Пошли они к черту!»
Недаром некоторые наши Священные Индивидуумы вообще называют твоих современных любимцев не иначе, как «чудаками».
Итак, благодаря этим двум кристаллам, эти великие ученые существа получили из белого луча его позитивные цветные лучи, а затем с помощью пластинки полоришбурды, которая была частью лусочепаны, любой из этих цветных лучей направлялся к третьей и главной демонстрационной части этого удивительного аппарата, а именно в рьянк-похортара.
Эта главная часть состояла, однако, из обыкновенной треножной подставки, на верху которой были прикреплены определенным образом один на другом два шара, также из слоновой кости, причем верхний шар был гораздо больше нижнего.
На нижнем, меньшем, шаре как раз напротив той части лусочепаны, была сделана полость особой формы, в которую во время экспериментов помещался либо упомянутый полормедехтный продукт, называемый опиумом, целиком, либо отдельные активные элементы, требуемые для экспериментов.
Верхний шар был просверлен насквозь по диаметру горизонтально к лусочепане, и на этом большом шаре, также радиально, перпендикулярно к этому большому сквозному отверстию, имелось другое, меньшее, отверстие, доходящее только до центра и находящееся как раз против лусочепаны.
Это второе отверстие, просверленное до половины шара, было сделано таким образом, что цветные лучи можно было направить, по желанию, либо непосредственно из лусочепаны, либо от указанной полости нижнего меньшего шара.
Сквозь открытое отверстие большого шара могла свободно двигаться так называемая «бамбучина», приготовленная заранее особым образом.
Задолго до эксперимента множество этих бамбучин вымачивалось вместе в абсолютной темноте, или, как говорят там, на Земле, при оранжевом «свете», получаемом при горении «симкалаша», который добывался из определенного сорта так называемой «глины», залегающей в грунте твоей планеты, и залежи которой обычно находят вблизи скоплений «салоуниловийных кислот», которые, в свою очередь, образуются из «мамщелина», или, как говорят твои любимцы, «нефти».
Эти бамбучины вымачивались в жидкости, состоящей из:
1) белка яиц птицы, называвшейся тогда «амерсамарсканана»;
2) сока растения, называемого «чилтунах»;
3) выделения четвероногого существа, носящего название «коэмарал»;
4) особо приготовленной так называемой ртутной амальгамы.
После тщательной пропитки этих бамбучин они, по одной, вставлялись в другие, более толстые бамбучины, предварительно не обработанные упомянутым способом и с герметически закрытыми концами.
Эти последние приготовления проводились, конечно, тоже в абсолютной темноте или при оранжевом свете симкалаша.
Позднее, когда эти вымоченные бамбучины бывали нужны для эксперимента, один конец более толстой невымоченной бамбучины вставлялся особым образом в указанное сквозное отверстие большого шара рьянк-похортарза и открывался маленьким крючком, прикрепленным к тонкой палочке, с помощью которого вымоченную бамбучину можно было перемещать с любой желаемой скоростью.
Действие упомянутой жидкости, в которой вымачивался бамбук, было таково, что та часть вымоченной бамбучины, на которую падал цветной луч, выходя непосредственно из лусочепаны или просто после того, как он отразился из полости нижнего меньшего шара, мгновенно прочно окрашивалась в цвета упавшего на нее луча.
Непокрытые места этих бамбучин, вымоченных указанным способом, окрашивались в цвета, также соответствующие коснувшихся их звуковых колебаний, которые извлекались из так называемых струн, расположенных на средней части аппарата, называемой дзендвох.
Этот дзендвох состоял из очень крепкой рамы особой формы, сделанной из бивней «мамонтов», на которую было натянуто множество струн различной длины и толщины, сделанных частью из крученных так называемых «козьих кишок», а частью из волос хвостов тамошних существ различных внешних форм.