Страница 89 из 215
Глава 29
Ранним утром следующего дня в кабинет Блейр вошла Нина Вестфилд.
– Привет, – умоляющий взгляд. – Подожди, – попросила она, увидев, что Блейр встает, – прежде чем ты скажешь все, что думаешь, позволь мне объясниться. Я только что с поезда и пришла прямо сюда. Я еще не видела ни отца, ни Ли, но, если ты скажешь, что даже мой вид тебе неприятен, я уеду следующим поездом, и ты никогда больше меня не увидишь.
– И не смогу всю оставшуюся жизнь благодарить тебя? – глаза Блейр сияли.
– Благодарить?.. – переспросила Нина и, поняв, что имеет в виду ее невестка, бросилась к ней, обняла и заплакала. – Ах, Блейр, я так переживала, что не могла даже полностью отдаваться своему счастью. Алан говорил мне, что, ты любишь Ли, только не подозреваешь об этом. Он сказал, что Ли подходит тебе больше, чем он. Но я не была уверена. Ли – мой брат. Я не могу представить, что кто-то может захотеть жить с ним. Я хочу сказать… – Она отвернулась и высморкалась, чихнув при этом.
Блейр улыбнулась:
– Я бы предложила тебе чаю, но здесь у меня его нет. Как насчет чашечки рыбьего жира?
Нина тоже улыбнулась и села на дубовый стул.
– Мне кажется, это счастливейший день в моей жизни. Я так боялась, что ты зла на меня, что весь город зол на меня.
– Но никто не знал, что мы с Аланом были помолвлены. Они просто узнали о нашей с Ли свадьбе – вот и все.
– Но ведь тебе был нужен Алан, – настаивала Нина. – Не отрицай. Я знаю, ты ждала его на станции.
Блейр не могла больше сдерживать свое любопытство.
– Я хочу, чтобы ты рассказала мне все – от начала до конца.
Нина посмотрела на свои руки.
– Мне очень не хочется рассказывать тебе все, – она подняла глаза, полные слез. – Я была такой неискренней. Я делала все, чтобы заполучить Алана. Ты бы все равно не смогла удержать его.
– Если я и подстрелю тебя, то обещаю, что собственноручно залечу твою рану.
– Ты шутишь, но, когда услышишь, что я предприняла, у тебя пропадет всякая охота смеяться, – она снова высморкалась и, глядя на свои руки, начала рассказ:
– Я познакомилась с Аланом в тот вечер, когда он собирался убить Ли.
– Что? Лиандера? Он собирался убить Лиандера?
Нина пожала плечами:
– Он был просто зол, и я прекрасно понимаю, что он чувствовал. Ли держался с ним весьма высокомерно. Когда я была маленькой, он сам решал, что для меня хорошо, а что плохо. Меня это так бесило, что я готова была удушить его.
– Мне знакомо это чувство, – сказала Блейр. – Он почти не изменился.
– Увидев Алана, я поняла, что он никого не убьет, ему просто нужна была эта мысль как отдушина. Я пригласила его в гостиную, легко вовлекла в разговор и выпытала, что происходит. Он сказал, что любит тебя, но я-то знала, что Ли уже решил жениться на тебе, так что шансов у Алана, по существу, не было. Я знала, что Ли одержит верх.
– Как ты могла знать?
Нина посмотрела на нее с удивлением:
– Я прожила рядом с Ли всю жизнь. Он победитель. Он всегда побеждает. Если он решает играть в бейсбол, его команда выигрывает. Если он принимает участие в соревнованиях по фехтованию, то одерживает верх. Папа говорит, что Ли заставляет выжить умирающих пациентов. Поэтому, естественно, я знала, что он победит в их состязании, хочет того приз или не хочет. Но тем не менее, – продолжала она, не обращая внимания на изумление Блейр, – я понимала, что чувствует Алан, и мы принялись сочувствовать друг другу, приводя примеры выходок Ли. Потом пришел папа, я представила ему Алана, и мы засиделись допоздна, разговаривая о медицине, о жизни в Чандлере, сравнивали ее с жизнью в северо-западных штатах. Вечер оказался очень приятным. Нина сделала паузу.
– После этого Алан стал приходить ко мне после каждой стычки с Ли, особенно когда тот выставил его некомпетентным врачом. Алан будет очень хорошим врачом, ему просто не хватает опыта и практики.
– Я тоже так думаю, – мягко согласилась Блейр. – Итак, вы с Аланом влюбились друг в друга.
– Я влюбилась. Думаю, что и он тоже, сам того не зная. Я не хочу сказать ничего плохого, но после встречи с тобой здесь, в Чандлере, Алан стал тебя побаиваться. Он сказал, что в Пенсильвании все было совсем иначе: вы вместе занимались, гуляли в парке, держась за руки, но когда он приехал сюда… – Глаза Нины просветлели. – В самом деле, Блейр, скачки на лошадях, как в цирке, самозабвенное копание во внутренностях больных, победы в теннисе – не удивительно, что он обратил свои взоры в другую сторону.
– Ли не обратил, – защищаясь, вставила Блейр.
– Вот именно! Вы с Ли очень похожи – вас хватает на многое. Вы изматываете нас, простых смертных. Однако не думаю, что Алан осознал, что вам не следует жениться. После того как он поставил тебя перед выбором – уехать с ним или остаться, – он пришел ко мне и рассказал об этом. К этому моменту я уже не только любила его, но и полагала, что ты его не любишь. Но ведь ты была слишком упряма, чтобы признать это. Или, скорее всего, все вы были настолько поглощены вашим соревнованием, что уже не помнили, ради чего его затеяли. Нина глубоко вздохнула.
– Поэтому я решила взять инициативу в свои руки. Я подумала, что если мой брат не стесняется в выборе средств, чтобы получить желаемое, то чем я хуже. В три тридцать, за полчаса до вашей встречи на вокзале, я попросила Алана пойти со мной на кухню. Я разогрела патоку до жидкого состояния, но так, чтобы не обжечься, а он в это время сидел, вертя в руках эти проклятые билеты на поезд. Я «поскользнулась» и опрокинула патоку на него. Должна заметить, я отлично справилась со своей задачей. Он был залит с головы до ног.
На мгновение Блейр онемела.
– А я все это время сидела на станции, – выдавила она.
– Я.., э… – Нина поднялась. – Если бы мама была жива, я больше никогда не смогла бы посмотреть ей в глаза. – Она взглянула на Блейр, залившись краской смущения, и выпалила на одном дыхании:
– Он пошел в ванную комнату и протянул мне из-за двери одежду, но я уронила его часы, они покатились в ванную комнату, я бросилась за ними, дверь захлопнулась, а ключ выпал. Блейр представила эту картину и начала смяться:
– Ты заперлась в ванной комнате с обнаженным мужчиной?