Страница 25 из 30
Вдова Пюркрафт. С превеликой охотой пойду с вами! Лучшего не желаю.
Оверду (удерживая Куорлоса). Сэр, позвольте мне поговорить с вами.
Куорлс. По чьему приказу?
Оверду. По приказу того, кого вы столь высоко уважаете и цените. По приказу судьи Оверду. Я и есть судья Оверду, друг мой Требл-Ол, хотя я скрыт под этой личиной. Но так подобает поступать разумному правителю на благо общества, ведь именно так мы искореняем беззаконие. Не бойтесь меня и скажите прямо, чего вы просите, что вам желательно? Квартира? Еда? Питье? Одежда? Чего бы вы ни просили, все будет исполнено. Ну, так что же вам желательно?
Куорлос. Ничего, кроме вашего приказа.
Оверду. Моего приказа? Какого приказа?
Куорлос. Приказа уйти, сэр.
Оверду. Нет, прошу тебя, подожди. Я не шучу и не люблю пустых слов. Не в моих привычках понапрасну тратить время. Подумай, друг мой.
Куорлос. Ваша подпись и печать могли бы доставить мне большое удовольствие. На всей ярмарке нет ничего, что могло бы с этим сравниться.
Оверду. Если бы это могло оказаться для тебя полезным, я охотно дал бы тебе и печать и подпись.
Куорлос. Для меня большая радость и польза даже взглянуть на них; если вы не хотите их дать мне, так позвольте мне уйти.
Оверду. Бедняга! Ну, хорошо, сейчас ты их получишь. Я только зайду к моему писцу - он тут поблизости - и принесу. Не уходи, подожди меня здесь. (Уходит.)
Куорлос. Однако это обличье сумасшедшего приносит счастье, как я погляжу. Забавно! Мой ободранный кафтан творит просто чудеса! Если это действительно судья и если он принесет мне обещанное, то почему не воспользоваться?
Входит Оверду.
Вот он уже возвращается.
Оверду. Смотри, вот бумага с моей печатью и подписью: Адам Оверду. Если хочешь, напиши на этой бумаге все, что тебе захочется, и помни: я сделал это для тебя. Даю тебе чистый лист с моей подписью. Умеет ли писать твоя приятельница?
Куорлос. Да. Пусть она подпишется, как свидетельница, и все в порядке!
Оверду. Отлично. (Заставляет вдову Пюркрафт подписаться на бумаге.)
Куорлос (в сторону). Почему бы мне теперь не сделать эту бумажку векселечком на тысячу франков?
Оверду. Ну, берите же вашу бумагу.
Куорлос. А теперь станем опять сумасшедшими.
Куорлос и вдова Пюркрафт уходят.
Оверду. Ну вот! Теперь мне стало легче на душе. Мысль об этом человеке уже не так угнетает мою совесть. Я исполнил свой долг, хотя едва ли то, что я сделал для него по его просьбе, принесет ему пользу. Но Адам сотворил благо. Жало угрызений удалено. Бедный малый! Как он постарел и опустился! Я ведь помню его, когда он был писцом, он даже внешностью как-то изменился. Ну, а теперь займемся другим делом. Постараюсь спасти того милого юношу, за которым с невольным влечением сердца я следую с утра, чтобы отвести его от края пропасти и наставить на путь истины. Думаю, что встречу его здесь. Уж наверно он сейчас развлекается, если не здесь, то в каком-нибудь другом, столь же сомнительном месте. Я его разыщу. (Уходит.)
Кукольный театр Входят Шаркуэл и Филчер с афишами; Коукс в фуфайке и штанах, за ним толпа ярмарочных мальчишек.
Коукс. Что здесь делается, приятель? Кто хозяин этого балагана?
Шаркуэл. Это не балаган, а театр, ваша светлость, с вашего позволения.
Входит судья Оверду.
Оверду. Вот и мой чудаковатый шурин, мистер Варфоломей Коукс.
Коукс. Представление? Это что ж такое? (Читает афишу.) "Древняя и в то же время современная история о Геро и Леандре, иначе называемая Пробный камень истинной любви, сопровождаемая показом испытания дружбы Дамона и Пифия, двух верных друзей, обитавших на берегу реки"[59]. Прелестно, ей-богу, только не совсем понятно, в чем дело. Это интермедия, что ли?
Филчер. Да, сэр. Попрошу вас подойти. Плата за вход - здесь.
Коукс. Вот пристали ко мне эти ребята, никак от них не отвяжешься! Поверите ли, по пятам ходят!
Входит Литлуит.
Литлуит. Пропусти-ка меня, приятель.
Филчер. Извольте заплатить, сэр!
Литлуит. Кто? Я? Платить? Я вижу, ты не знаешь, кто я. Позовите хозяина театра.
Шаркуэл. Что это ты, дружище Филчер? Самого автора не узнал! С него денег не берут, ему полагается посещать представления бесплатно. Ведь мистер Литлуит здесь свой человек, он, понимаешь ли, автор!
Литлуит. Ну, тише, тише! Что ты так громко кричишь? Я, может быть, вовсе не хочу, чтобы автора узнали, прежде чем увижу, как пойдет пьеса.
Коукс. Мистер Литлуит! Как поживаете?
Литлуит. Ах, мистер Коукс! Вот кстати! Но что это вы в одной фуфайке и штанах? Где же ваши камзол и шляпа?
Коукс. Не сойти мне с этого места! Клянусь преисподней, я все растерял на этой ярмарке. Поверите ли, даже знакомых растерял! Кстати, мистер Литлуит, вы не встречали кого-нибудь из них? Ну, скажем, слугу моего, Нампса, или сестрицу, миссис Оверду, или мисс Грейс? И вот еще что, мистер Литлуит, одолжите мне хоть немного денег, мне хочется посмотреть эту пьеску, я вам верну, ей-богу верну, клянусь честью джентльмена. А то, если хотите, проводите меня домой, у меня дома денег достаточно.
Литлуит. К вашим услугам, сэр. Крона вас, вероятно, устроит?
Коукс. Да, я думаю. Сколько здесь платят, голубчик?
Филчер. По два пенса, сэр.
Коукс. Вот тебе двенадцать, дружище. Как бы я сейчас ни выглядел, а я благородный человек. У меня и слуги есть. Ты еще увидишь меня во всем блеске!
Литлуит. Слугу вашего я только что видел в колодках.
Коукс. Как! Нампса?
Литлуит. Да, ей-богу!
Коукс. Да за что же, господи? Впрочем, в данную минуту я даже рад этому. Он бы мне только мешал. У меня без этого немало хлопот. Но вообще-то потом, пожалуйста, напомните мне о нем, надо его все-таки вызволить. Что это за пьеса, мистер Литлуит? И хорошие ли у вас актеры?
Литлуит. Все наши актеры малыши, сэр; и старые и молодые-все малыши. А вот и их хозяин.
Входит Лезерхед.
Лезерхед (тихо Литлуиту). Не называйте меня при нем Лезерхедом, а называйте по прозвищу - Фонарем.
Литлуит. Вот господин Фонарь, освещающий все наше дело.
Коукс. Очень приятно, сэр. В добрый час! Я бы рад познакомиться с вашей труппой, да и выпить с актерами не прочь. Как здесь у вас пройти за кулисы?
Лезерхед. По правде говоря, сэр, у нас за кулисами тесновато. Мы ведь, знаете, только начинающие, новички, так сказать, уж простите нас. Ну и кулисы пока маленькие. Вам, пожалуй, не согнувшись в три погибели, туда и не пролезть.
Коукс. Да неужели? Даже сейчас, когда я без шляпы, я кажусь таким высоким? Эх, что бы вы сказали, если бы поглядели, каким я был сегодня утром, в шляпе с перьями! Кстати, что это я не вижу тут мальчишек, подающих скамейки, табак и пиво? Они такие забавные и нахальные и так ловко выпрашивают деньги; во всех домах они есть. И потом познакомьте меня с кем-нибудь из ваших актеров.
Литлуит. Покажите их ему, дружище. Этот благородный юноша настоящий покровитель искусства!
Лезерхед уходит.
Оверду (в сторону). Склонность к этому непристойному увеселению губит всех юношей, это зловредное и безобразное занятие.
Входит Лезерхед с корзинкой.
Коукс. Как! Разве они живут в корзинке?
Лезерхед. Они лежат в корзинке, сэр! Ведь они маленькие!
Коукс. Так это и есть ваши актеры? Вот эта мелюзга?
Лезерхед. Актеры, сэр, и еще какие! Не хуже других! Правда, они годятся только для пантомимы, но я говорю за них всех.
Коукс. Интересно, и управляетесь за всех? Не удивительно. Я думаю, что любой портной мог бы управиться со всей труппой одной рукой.
Лезерхед. Ну да, а потом скушать их всех, будь они пряничные!
Коукс. Спасибо вам, мистер Литлуит. Славная штука! Ну, а кто у тебя здесь Бербедж[60]?
59
"Древняя и в то же время современная история... двух верных друзей, обитавших на берегу реки". - Существовало много обработок древнегреческой повести о трагически закончившейся любви Геро и Леандра. Геро была жрицей Афродиты в Сесте. Любивший ее Леандр, который жил в Абидосе, на другом берегу Геллеспонта (древнее название Дарданелл), каждую ночь, стремясь на любовное свидание, переплывал пролив. Однажды в бурную ночь он утонул. Древнегреческая история о верных друзьях Дамоне и Пифии не имеет к этой истории никакого отношения.
60
Бербедж - знаменитый трагический актер Ричард Бербедж, глава труппы, в которой работал Шекспир, и исполнитель главных ролей его великих трагедий.