Страница 38 из 80
- Я не большой знаток обычаев пиктов. Слышал, что они многочисленны, как пчелы. Как тяжело убить всех пчел, так же тяжело перебить всех пиктов. Хотя эта земля куда больше похожа на мою родину, чем ваша. И я знаю многое из того, что понадобится здесь человеку, чтобы жить и сражаться. И побеждать! Кроме того, мы в лучшем положении, чем я рассчитывал. Это не царство демона, откуда единственный путь - через Ворота Зла. Колдун, который заправляет Воротами, может отнестись к нам недружелюбно, но нам и не нужна его дружба. Где-то там, за горизонтом, море. По морю ходят корабли. Мы можем нанять корабль или в крайнем случае захватить его. Помните, я плавал с Бэлит и был ее правой рукой? Я-то хорошо знаю корабли!
Вперед выступил Идоссо. Он мотал головой. Говинду решил было, что великан все еще не оправился от побоев, нанесенных ему Конаном. Менее всего молодой вождь мог предположить, что Идоссо борется с бурлящей в нем неистовой яростью.
Первые же слова вождя рассеяли заблуждение Говинду:
- Ты говоришь, что ты привел нас сюда! Амрадулик?
Вряд ли станут называть человека, с которым хотят сохранить хорошие отношения. Даже в шутку. А у Говинду не сложилось впечатления, будто Идоссо шутит.
- Я говорю, что знаю, как выбраться из этих земель, а вы - нет, сказал Конан. - Кто-нибудь будет отрицать это? Между прочим, мне намного проще выбраться отсюда в одиночку и найти корабль, который переправит одного меня в теплые края. Вместе с Вуоной, конечно. Да мне куда легче сделать это для себя одного, нежели для нас всех. Если вы хотите, чтобы я так и поступил, то скажите мне об этом сейчас, ясно и понятно, и больше вопросов не будет. Уладим это дело раз и навсегда, хорошо?
Мысль о том, что Амра бросит их здесь одних замерзать, умирать с голода или подыхать от руки пиктов, не понравилась никому. Даже Идоссо выглядел обескураженным.
Кроме того, старый вождь, похоже, что-то прочел на лицах некоторых своих товарищей. ЧТО-ТО - чему Говинду не мог дать имени по причине своей юности, но что не нравилось и мальчишке, ибо он был достаточно взрослым для того, чтобы ему ЭТО не понравилось.
- Нам что, предлагается воевать со всей округой из-за Вуоны, если мы найдем ее с пиктской стрелой в брюхе? - с вызовом спросил вождь.
Конан снова пожал плечами:
- Если тебе хочется, то иди и ищи один. Только я сомневаюсь, что тебе удастся найти ее. Разве что она мертва или слишком изранена, чтобы двигаться. Завидев тебя, она убежит прочь.
- Никакая женщина не может меня бояться, - проворчал Идоссо.
Говинду заметил, что пальцы Идоссо начали сжиматься. Он также приметил, что Кубванде явно чувствует себя не в своей тарелке. К несчастью, Идоссо стоял спиной к младшему вождю. Похоже, что на лицах тех, кто стоял перед ним, ничего не отразилось.
- В самом деле, - продолжал он, - Вуоне следует вернуться ко мне. Амра ей ни к чему. Амра делит свою постель лишь с такими, как Говинду.
В льдисто-голубых глазах вспыхнуло пламя. Конан сделал шаг вперед, сжимая кулаки. Идоссо стоял, широко расставив ноги, ожидая удара - руки или стали.
Удара так и не последовало. Конан просто спокойно сказал:
- Ладно. Ты утверждаешь, что я без ума от Говинду. Это верно. Парень, ты теперь второй после меня. Идоссо, будешь подчиняться его приказам так же, как подчиняешься моим.
Конан повернулся спиной к воину-великану. На мгновение Говинду показалось, что наконецто воцарился мир, хотя это был далеко не тот мир, какого бы ему хотелось.
Затем кто-то засмеялся. Кубванде с любопытством оглядел стоявших вокруг, отыскивая глупца, осмелившегося засмеяться над Идоссо, когда великан находился в таком отвратительном настроении.
Говинду это тоже заинтересовало. Если ему придется отныне возглавлять этих людей, надо бы ему самому учиться разбираться в людях. Не все же ему узнавать от Конана.
Ни младший вождь, ни юноша так и не выяснили, кто же засмеялся. Идоссо взревел, как раненый буйвол, и бросился на киммерийца.
Яростный рев Идоссо, похоже, был испущен им преднамеренно. Оно и понятно: такие звуки вполне могут лишить противника уверенности. Не раз и не два Идоссо удавалось воспользоваться этим трюком.
Однако на этот раз старый вождь не достиг желаемого. Напротив, крик Идоссо предупредил Конана, и чернокожий великан лишился тех преимуществ, какие обычно дает неожиданность. Действия Идоссо никак нельзя было назвать действиями умудренного воина: когда имеешь дело с ТАКИМ противником, нужно использовать любое преимущество. Впрочем, Идоссо никогда и не славился мудростью и осмотрительностью.
Конан тотчас же понял, что перед ним страшный противник. Если Идоссо удастся достать его каким-нибудь коварным ударом или взять в захват, то исход поединка мог бы оказаться плачевным для киммерийца. Конану редко доводилось с голыми руками выходить против бойца, равного ему по мощи, росту и стремительности движений. К тому же нужно учитывать, что ярость сделала Идоссо еще более опасным.
Несколько секунд Конану удавалось сохранять расстояние между собой и врагом. Это было достаточно долгое время, чтобы освободиться от меча. Он надеялся, что Говинду позаботится об оружии: смотреть, куда упали ножны с мечом, было некогда. Сейчас прославленное оружие не могло послужить своему хозяину. И не только потому, что это противоречило представлениям бамула о такого рода поединках.
Стоило Идоссо положить свои могучие ручищи на лезвие, жажда легкой победы наверняка превозмогла бы в нем страх публичного бесчестия. Конечно, победа и в этом случае не была бы для него легкой, а возможно, он и вовсе проиграл бы сражение. Но Конан сомневался в том, что следует давать Идоссо возможность изранить себя так, чтобы у него, Конана (пусть даже и победившего трудной ценой), недостало сил вывести бамульских воинов из пиктских земель. Этим бедолагам нужен один вождь. А Конан не только опытный воин, но и единственный, кто способен возглавить поход в этих северных землях.
Услышав лязг упавшего на землю меча, наблюдатели окружили противников и стали ударять кулаками о ладони. Так бамула аплодировали во время таких поединков чести. Конану оставалось только надеяться, что они не будут настолько поглощены зрелищем битвы, что позабудут об опасности со стороны пиктов. Киммериец сильно сомневался, что все оставшиеся в живых дикари покинули эти места. Он знал, что не в обычаях пиктов исчезать, проиграв первую схватку. Наверняка эти кусты кишат дикарями.