Страница 3 из 101
- Разумеется, - ответил Рейфорд.
Ник, конечно, сумел бы посадить машину, но у Рейфорда было чувство, что ответственность лежит на нем. Ведь он был капитаном и отвечал за всех этих людей - пассажиров, команду. Хотя, вообще-то, самолет может произвести посадку и по приборам, Рейфорд еще не забыл того нервного возбуждения, когда он сам управлял самолетом. Сейчас очень немногое напоминало ему о той жизни, которую он вел всего несколько недель назад. Посадка "семьсот сорок седьмого" вручную принадлежала к этим живым воспоминаниям о прошлом.
* * *
Бак Уильяме провел весь день в делах по обустройству. Ему нужно было приобрести машину (прежде в Манхеттене она была ему не нужна) и подыскать квартиру. Вскоре он нашел удобную недорогую квартиру с телефоном на полпути между Чикагским бюро "Глобал уикли" и "Церковью новой надежды" на Маунт-проспект. Бак старался убедить себя в том, что именно близость к церкви направляла его на поиски квартиры в западной части города, а вовсе не дочь Рейфорда Стила, Хлоя. Она была моложе на десять лет, и какой бы привлекательной ни была она для него, Бак был уверен, что Хлоя видит в нем всего лишь мудрого наставника.
Он все откладывал посещение офиса. Во всяком случае, его там ожидали не раньше понедельника. От встречи с Верной Зи Бак не ждал ничего хорошего. Когда ему было поручено подыскать замену Люсинде Вашингтон, исчезнувшей руководительнице Чикагского бюро, он сказал агрессивно настроенной Берне, что она слишком опережает события, поторопившись перебраться в кабинет своего бывшего босса. Теперь, когда Бак был понижен в должности, а Верна, напротив, получила повышение, она неожиданно стала его боссом.
Но Баку не захотелось портить выходные ожиданием неприятной встречи. К тому же он не хотел явно выказывать свое стремление тотчас повидать Хлою, так что Бак решил заехать в офис как раз перед его закрытием. Как-то поведет себя Верна? Заставит расплатиться признанного журналиста, лауреата многих премий за годы известности и славы? Или, хуже того, поразит его своей снисходительностью?
Проходя через офис, Бак ловил на себе сочувствующие взгляды и понимающие улыбки. Конечно, всем все было известно. Ему сочувствовали, были явно огорошены его промахом. Как мог Бак Уильяме пропустить собрание, которое обещало стать одним из важнейших событий в новейшей истории, даже если бы в ходе него не совершилось двойное убийство? Вместе с тем всем был известен потенциал Бака. Несомненно, многие почли бы за честь работать вместе с ним.
Ничего удивительного, что Верна снова перебралась в большой кабинет. Бак кивнул Алисе, молоденькой секретарше Верны, и осмотрелся. Кабинет выглядел так, как будто Верна проработала тут уже несколько лет. Она поменяла мебель, повесила собственные картины и декоративные тарелки. Безусловно, она уютно устроилась, чувствовалось, что ей нравилась здесь каждая мелочь.
На столе Верны были беспорядочно разбросаны груды газет, светился экран компьютера, но сама она сидела, праздно уставившись в окно. Бак вытянул голову и прокашлялся. Он уловил мимолетную улыбку на ее губах, затем она быстро приняла деловой вид.
- Камерон, - сказала она ровным голосом, - я ожидала вас не раньше понедельника.
- Учтите, - сказал он, - вы можете звать меня Баком.
- Если вы не возражаете, я буду называть вас Камерон, и...
- Не возражаю. Пожалуйста, зовите...
- Я буду называть вас Камерон, даже если бы вы возражали. Вы кого-нибудь поставили в известность о своем приходе?
- Простите?
- Вам было назначено на это время?
- Кем назначено?
- Мною лично. Как вы должны знать, у меня есть график.
- И в нем нет места для меня, так что ли?
- Так вы не обращались с просьбой о приеме?
- Если вас не затруднит, я хотел бы знать, в каком кабинете буду работать, какие поручения вы собираетесь мне давать. Такие вот вещи.
- Это все требует особого разговора, - сказала Верна. - Алиса! Посмотри, пожалуйста, найдется ли у меня в графике двадцать минут свободного времени.
- Найдется, - отозвалась Алиса. - Я была бы рада показать мистеру Уильямсу его комнатушку, пока он ждет, если вы...
- Я предпочитаю сделать это сама, Алиса. Спасибо, и закрой, пожалуйста, дверь.
Алиса с извиняющейся улыбкой прошла мимо Бака и закрыла дверь. Ему показалось, что она стрельнула в него глазками.
- Можешь звать меня Бак, - шепотом сказал он.
- Спасибо, - ответила она робко, указывая на кресло рядом.
- Мне следует ожидать здесь, чтобы увидеть патрона?
Она кивнула.
- Тут кто-то уже спрашивал вас по телефону, но свое имя она не назвала. Вообще-то, я ей сказала, что вас не следует ожидать раньше понедельника.
- А она ничего не просила мне передать?
- К сожалению.
- Так где же расположена моя комнатенка?
Алиса бросила взгляд на запертую дверь, как будто опасаясь, что Верна следит за ней. Она встала и указала на уголок без окна в самом конце ряда отсеков.
- Так это там, где стоял кофейник, когда я был здесь в последний раз?
- Он там так и стоит, - со смешком сказала Алиса.
Неожиданно включился интерком 4. "Вы там, двое, не могли бы говорить шепотом, если вам так уж приспичило разговаривать".
- Ах, извините! - сказала Алиса и закатила глаза.
- Пойду-ка я осмотрюсь, - шепотом сказал Бак, вставая.
- Пожалуйста, не делайте этого, - сказала Алиса, - а то у меня будут неприятности, сами знаете от кого.
Бак покачал головой и снова сел. Он задумался о том, где ему прежде довелось побывать, с кем повстречаться, об опасностях, с которыми ему приходилось сталкиваться в своей жизни. А теперь он был вынужден разговаривать с секретаршей шепотом, чтобы уберечь ее от взбучки надутого босса, которая, несмотря на все свои старания, так и осталась на дне мусорной корзины.
Бак вздохнул. По крайней мере, в Чикаго рядом с ним были его единственные друзья, которым он был действительно дорог и близок.
* * *
Расположение духа у Рейфорда Стила, несмотря на то, что они с Хлоей обрели веру, так и не выровнялось. Он испытывал сильные перепады настроения. Пока он шел широкими шагами по полю аэродрома "О'Хара", сопровождаемый неуважительным молчанием Ника, на сердце у него стало тяжело. Как же мог он потерять Айрин и Рейми! У Рейфорда не было ни малейших сомнений в том, что они на небесах, и там оплакивают его. После исчезновений мир изменился так решительно, что никто из его знакомых так и не смог вновь обрести душевное равновесие. Он был рад, что Брюс стал его учителем, а Хлоя, да теперь еще и Бак, объединились с ним в выполнении общей миссии. Однако иногда мысли о будущем подавляли его.