Псиматы

- Да, конечно, - сказал Гарри и, как зомби, удалился.

Хэнк уже приходил в чувство, и появление Бронсона привело его в состояние, близкое к каталепсии. Бритоголовый вжался в стену и, закрыв голову руками, заскулил по-собачьи.

- Скули не скули, а отвечать придется, - сказал Бронсон и вновь отключил подонка.

Аллигатор перевернул бритоголового на живот и завел руки за спину. Пошарив вокруг, Бронсон нашел длинный мохеровый шарф. "То, что нужно", заключил Аллигатор и скрутил запястья бандита. Не удовлетворившись полученным результатом, Аллигатор соорудил петлю из свободного конца шарфа и затянул ее на шее бандита таким образом, чтобы любое его движения грозило удушением.

- Можете заходить, - послышался нежный голосок из комнаты, - я готова.

Когда Аллигатор увидел Элен, он собрал все силы для того, чтобы не поцеловать ее, настолько она была хороша. Девушка надела японский халат с драконами и плетеные сандалии. Она посмотрела на Аллигатора и, лукаво поклонившись, произнесла ангельским голоском:

- Позвольте узнать, как вас зовут.

- Бронсон, Гарри Бронсон, - сглотнул слюну Аллигатор. - Можно просто Гарри.

Элен обвила лебедиными руками его шею и прошептала:

- Поцелуй меня, Гарри.

- Э... Ты уверена, - Аллигатор весь дрожал.

- Иди ко мне, дорогой...

Аллигатор обнял Элен и прижал к себе. Ее стройное тело трепетало от желания. Он осторожно снял шелковый халатик и прикоснулся губами к ее плечу. Он целовал ее шею, руки, грудь, он ласкал ее так, как не ласкал ни одну женщину, мир закружился перед глазами. "Иди ко мне, - шептала Элен, иди!"

Внезапно в коридоре что-то захрипело. Звук был настолько ужасающим, что влюбленные мгновенно оторвались друг от друга.

- Это Хэнк, - уныло произнес Аллигатор, - надо с ним что-то делать.

- Как скажешь, любимый, - прошептала Элен. - Я с тобой. - И принялась целовать Бронсона.

- О, Элен, еще, еще, - шептал Аллигатор, почти теряя сознание. - Да, да, так.

Час или два промелькнули, словно секунда. Когда они очнулись, из коридора не дойосилось ни звука.

- Знаешь, - потупился Бронсон, - у меня сейчас некоторые проблемы с полицией, тебе придется мне немного помочь.

Когда Гарри и Элен оделись, Хэнк был уже синий.

Бронсон принялся бить его по щекам, но пульс так и не появился.

- Сам толком не пойму, откуда у меня такие навыки, - соврал Бронсон. Я просто хотел его связать, а получилось сама видишь что.

Элен восторженно посмотрела на возлюбленного:

- Не расстраивайся, дорогой, он заслужил такую смерть. Это за всех девушек, которых он загубил.

- Ты, конечно, права, но куда мы денем труп?

Элен нахмурила очаровательный лобик:

- Думаю, его следует сжечь.

Гарри изумленно уставился на девушку:

- Как сжечь?!

- Ну, - прощебетала Элен, - посадить в какую-нибудь машину, облить бензином - и поминай как звали.

- Молодчина!

Дождавшись темноты, а осенью, как известно, темнеет быстро, Гарри черным ходом вытащил усопшего Хэнка на улицу. Не было ни души, только холодный ветер гонял опавшую листву.

Аллигатор посадил покойного за руль "форда", а сам сел рядом. Нажав на педаль газа, Бронсон разогнал "форд" до максимальной скорости и выпрыгнул из машины...

- О мертвых или хорошо, или ничего, - задумчиво сказал Бронсон, увидя, как машина вспыхнула, ударившись в стену жилого дома.

Элен сзади подошла к Бронсону и обняла за талию.

Аллигатор вздрогнул от неожиданности и напрягся, но, услышав родной голосок, стал мягким, как воск:

- Пойдем ко мне, дорогой, мы еще не насладились друг другом, - сказала Элен.

Они молча пошли рука об руку по пустой темной улице, и только когда вдалеке завыли сирены полицейских машин, слетающихся на "огонек", Элен нежно прижалась к Аллигатору и сказала:

- Я люблю тебя.

26

Весь следующий день Бронсон провел в постели. Секс плавил его, как свечу, лишал сил и воли к действию.

Когда, оторвавшись друг от друга, любовники обессиленно затихли, наступил вечер.

Они нашли друг друга. Ни с Бронсоном, ни с Элен такого никогда не было. Это была вспышка, наваждение, безумие. Любовь поглотила их без остатка. Пошел дождь - тяжелые капли отбивали барабанную дробь на железном подоконнике. Влюбленные нежно посмотрели друг на друга.

- Вот и кончилось лето, - грустно произнесла Элен, - скоро наступят холода.

- Я тебя согрею, - Бронсон поцеловал Элен в грудь.

Элен мягко отодвинулась от Аллигатора:

- Ну перестань, Гарри, я больше не могу.

- Признаться, я тоже.

- Давай вставать. - Элен попыталась подняться. - Ох...

- Лежи, лежи, я приготовлю кофе. - Гарри прошлепал на кухню и, размолов черные зерна, засыпал порошок в кофеварку.

Кулинарные подвиги Бронсона были оплачены нежным поцелуем и очаровательной улыбкой:

- Спасибо, милый, люблю тебя.

- Я тоже тебя люблю.

Элен поставила чашку на пол и вновь принялась за Аллигатора. На этот раз взмолился он:

- Дай перевести дух, детка.

Элен обиженно поджала губки:

- Ну и переводи.

"Вот мы уже и начинаем ссориться", - подумал Бронсон и осторожно повернул надувшуюся Элен к себе:

- Я имел в виду, собраться с силами, - сказал Аллигатор и нежно укусил мочку уха возлюбленной.

Примерно на час любовники покинули Землю. Вернувшись, они одновременно вскочили и наперегонки бросились в душ, безумно хохоча, - Эрос наконец занялся другими делами, оставив их в покое.

Вытирая махровым полотенцем трепещущее тело Элен, Бронсон ощутил резкий толчок и схватился обеими руками за джакузи.

- Что с тобой, Гарри? - испугалась Элен.

Аллигатор с трудом различал очертания предметов, все плыло перед глазами. Лицо Элен вдруг приобрело свойства размытой акварели, оно стекало, оставляя за собой белый холст стены. Голова раскалывалась на части, в виски стучала кровь, сердце заходилось в смертельном танце. Внезапно из распадающегося пространства сформировался человек. Человек подошел к Гарри и, заглянув в глаза, произнес:

- Я знаю, как это бывает, - со всеми одно и то же. Сперва тебе кажется, ты что-то можешь поделать, но потом остается только ужас, и ты пропал. Мир умирает, Гарри, вернее сказать, он всегда был мертв.