Страница 248 из 408
- Подходит. Когда?
- Сейчас поясню. Выезжайте вдвоём, можете взять охрану, хотя она вам и не понадобится.
- Мы будем вдвоём.
- Договорились. Поезжайте по Найтсбридж, потом сворачивайте на Бромптон-роуд, двигайтесь до пересечения с Коттэдж Плейс. Время встречи шесть пятнадцать пополудни плюс-минус пять минут. Там, возле церкви, вас будут ждать. Тёмно-зелёный "Ягуар". Два раза мигните фарами, пауза, один раз. Ответ – два плюс два. Поезжайте за ним, он приведёт вас на место. Кто будет за рулём?
- Я. А нельзя ли просто сообщить адрес?!
- Постарайтесь не отстать от машины сопровождения, – проигнорировал его удивление Осоргин. – Мои ребята любят неожиданные повороты.
- Я приложу все силы.
- До встречи, мистер Глокстон. Передайте известному вам лицу, что мы чрезвычайно польщены его вниманием.
- Непременно. До встречи, мистер Осоргин.
Глокстон опустил трубку на рычаг и, посмотрев на сюзерена, покачал головой:
- Черти. Настоящие черти!
- Обожаю приключения, – король потёр ладони и усмехнулся. – Свяжитесь с Уоллис, договоритесь, чтобы она обеспечила нам с вами алиби, дружище Артур.
- Вы ей скажете?
- Разумеется, – Эдуард приподнял красивые брови. – Я ведь еду на встречу с очаровательной графиней Дэйнборо. Как же я могу не сказать об этом Уоллис?!
"Ягуар" ждал их на условленном месте. Они довольно быстро покинули Большой Лондон, несмотря на то, что пробирались буквально какими-то закоулками. Король с любопытством глядел на свою столицу из окна автомобиля. На выезде из переулка к ним в хвост пристроился ещё один автомобиль, успокоительно помигав фарами. Маленький кортеж помчался по ночному городу.
Самого особняка, обнесённого высокой, совершенно глухой каменной оградой, похожей на стену средневековой цитадели, не было видно – только крутоскатная черепичная крыша оказывалась открытой взору наблюдателя, случайного или заинтересованного. Едва первый автомобиль подъехал к воротам, как они распахнулись внутрь, приведённые в движение электрическими моторами, и пропустили прибывших. Глокстон с удивлением понял, что его так удивило: многочисленные оконные проёмы здания, сверкая в лучах подсветки откуда-то снизу, оставались совершенно непрозрачными – зеркальными, так, что не представлялось возможным разглядеть что-либо происходящее внутри дома. У крыльца машину встретили, похоже, те самые ребята, виденные Глокстоном в банке третьего дня. Их молча проводили внутрь, где уже находился Осоргин. Глокстон представил его королю, и Эдуард первым протянул моряку руку:
- Весьма польщён.
- Простите, что вынуждены были доставить вам такую массу хлопот, ваше величество. Я отвечаю головой за жизнь и безопасность её милости, поэтому вынужден принимать чрезвычайные меры предосторожности.
- Ничего, ничего, – улыбнулся Эдуард. – Я был бы рад, если бы мои гвардейцы додумались проявить хоть малую толику того рвения, с которым вы защищаете вашу хозяйку. Мне это доставило даже удовольствие, сэр. Ведите. И придумайте, чем занять старину Артура, пока мы будем секретничать с графиней, – король подмигнул своему спутнику и легко взбежал по ступенькам, держась впереди предупредительно приотставшего Осоргина.
Рэйчел уже была в гостиной. Когда Эдуард вошёл, она склонила голову, увенчанную тяжёлой короной волос:
- Благодарю вас, ваше величество, за то, что приняли моё приглашение.
- Оставьте эти нагромождения слов, леди Рэйчел. Ваш верный паладин уже принёс все мыслимые извинения, да и я, признаться, просто преклоняюсь перед его профессионализмом. Если все ваши подчинённые таковы, трижды снимаю шляпу! И для вас – просто Дэвид. Ну, в крайнем случае – милорд.
- Конечно, милорд. Сейчас подадут ужин, – Рэйчел улыбнулась.
- Какой сюрприз, – улыбнулся в ответ король. – Я много слышал о вас. Должен заметить, что молва вас явно недооценивает.
- Вы очень добры, милорд. Что касается моих людей – я просто стараюсь быть благодарной им за их труд.
- Кажется, они вас боготворят.
На это Рэйчел ничем, кроме улыбки, отвечать не стала. Эдуард, как ни в чём не бывало, продолжил:
- Вы покажете мне ваших японцев?
- Непременно, милорд. Но не сейчас. Сейчас их здесь нет.
- Вот как? Для меня сделано исключение?
- Разумеется, – Рэйчел вздохнула.
- Как вы с ними объясняетесь?
- По-английски. В основном. Мои познания в японском ограничены дюжиной формул вежливости или благодарности.
- Я слышал, что японцы не служат никому, кроме своего императора.
- Японцы, как и все прочие люди, совершенно разные. Тут, правда, несколько особый случай. Они охраняют меня, исполняя волю своего императора. Как следует из данных мне в своё время объяснений, это не просто приказ, а нечто, ставшее смыслом их существования. И если вы полагаете, что мне это нравится, вы глубоко заблуждаетесь, милорд. Находиться в клетке, даже столь удобной, как моя, – сомнительное удовольствие. Просто я знаю – и верю – что это необходимо.
- Вы поэтому так мало появляетесь в свете?
- Да. И поэтому тоже.
- И что же? Они не отпускают вас? Совсем?
- Видите ли… Это очень, очень долгая, совсем невесёлая и, я бы сказала, почти мистическая история. Считается, что, пока самураи находятся рядом со мной, ничего плохого не может случиться. Лично со мной, разумеется. Пока что это действует. И это одна из причин, по которой мистер Осоргин настаивал на вашем визите, милорд. Я же не могу явиться в Бэкингемский дворец в сопровождении телохранителей, как какая-нибудь царица Савская.
- Можете.
- Милорд, я прошу вас, – вздохнула Рэйчел.
- Я не шучу, дорогая, – кивнул король. – Я позабочусь о том, чтобы мистер О… Оро… Проклятье, эти русские фамилии – язык переломаешь. Одним словом, я даю вам устное – пока устное – разрешение появляться в любом месте в таком составе, который вы сочтёте нужным. Я ведь очень хорошо понимаю, насколько всё это не случайно.
- Ах, вот как. Глокстон доложил вам… историю?
- Конечно. Неужели вы думали, что такая история может ускользнуть от внимания Артура?! Должен признаться, что это – одна из самых захватывающих историй, которые мне доводилось слышать.