Страница 212 из 408
Монино, санаторий-усадьба "Глинки". Октябрь 1935 г.
- И что мне теперь делать? – потерянно спросил Городецкий. – Дела сдавать? Да-а. Я предполагал, в общем-то, что ты кое-чего достиг, но такого – извини, братец. Извини. Такого…
- Ну, а что уже такого особенного? – пожал Гурьев плечами. – Структура – да, имеет место быть. Опорный пункт. Но – не более того. Теперь, Варяг, только теперь – начнётся настоящая работа. И только тогда, когда я с ним поговорю. Не раньше.
- Подожди. А эта женщина?
- Не надо сейчас об этой женщине, Варяг. Не надо.
- Извини. Тогда о другом. На что ты надеешься?
- На то, что мы с ним очень похожи. Только он не знает, как, и у него – слишком много таких друзей, с которыми никакие враги не требуются. Вот именно на то, что он это почувствует, я и рассчитываю. Если так – то мы должны быть во всеоружии. Но – и пути отхода тоже надо подготовить. Потому что класть голову я не собираюсь – мне есть, ради кого жить.
- Понятно.
- Это радует.
- И что? Ты думаешь, он сразу тебе поверит?
- Ну, таким дураком он вряд ли окажется. Я думаю, он меня долго будет щупать. Но у меня есть в запасе пара фокусов, которых он не сможет ни обойти, ни перепрыгнуть. Поэтому, Варяг – давай браться за работу. Надо подготовить несколько самых неотложных постановлений, чтобы запустить маховик – если он всё-таки начнёт со мной играть. Когда мы его раскрутим – остановить будет невозможно. Так это работает, Сан Саныч. Вот так – и никак иначе.
- Есть, товарищ Царёв.
- И я – царёв, и ты – царёв, Варяг. И даже Сталин – и тот царёв.
- Вот откуда имечко, значит.
- Правильно. Оттуда. Ещё не сегодня, даже не завтра. Но это – будет. Уж я постараюсь. Надеюсь, и ты мне поможешь. Поможешь ведь?
- А что я – нерусский?!