Страница 11 из 18
– Так и знал. – Сказал вслух Малышев. – Они сразу нанесли ответный удар. – правильно меня предупредил Николай Алексеевич, орудия у них помощнее наших и стреляют дальше. В следующий раз можно и не успеть увернуться.
А Балашов уже пускал торпеды, как было ему приказано через определенный промежуток времени. А пришельцы уже сосредоточили весь огонь по торпедам. На мониторе было видно как торпеды виляя, приближаются к крейсеру, а по ним ведется заградительный огонь.
– Ну, вот пока они их уничтожают, я успел набрать скорость и оторваться от них на недосягаемости расстояние их лучеметов.
Противник какое-то время уничтожал торпеды, а расстреляв их начал обстрел охотника. Но видя что это не приносит ни каких результатов, сбросили резко скорость. МС16 тоже снизил скорость и выпустил еще пять торпед. А пришельцы, расстреляв торпеды, резко набрали скорость и одновременно начали обстрел. Это было неожиданно, и Малышев еле-еле успел сманеврировать и набрать скорость. Залп крейсера был очень мощным, и защитное поле охотника пропустило несколько выстрелов, получив три пробоины. Два лучемета вышли из строя и погибло восемь человек. А так же получила повреждение левая дюза, что ухудшило маневренность корабля. И Малышев сразу связался с лейтенантом Шиловым.
– Дима, как там у тебя дела? Мы еще летать можем?
– Ни чего пока серьезного, но лучше реже пользоваться левой секцией.
– Ты меня успокоил, а то я занервничал.– И взглянув на монитор, он увидел на краю экрана маленькие зеленые точки. – Наконец-то! Шварцкопф. – И отдал команду истребителям. – Минутная готовность, приготовится к атаке, и доложить о готовности.
– Первый готов, второй готов… двадцатый готов.
на МС16 всего двадцать истребителей, и он всех посылал атаковать крейсер, не оставляя для прикрытия своего корабля ни одного.
– Слушать мою команду. Делайте вид что атакуете, не обязательно в крейсер попадать, самое главное не попадите под их огонь, вы мне нужны живыми. Идет подкрепление, надо их задержать как можно дольше, и не летайте между нами, что бы ни попасть под наш обстрел. А теперь вперед, в атаку.
– Есть услышал он сразу много голосов.
И через пару секунд с обоих бортов носовой части корабля вылетели истребители. МС16 не снижая скорости начал описывать дугу и одновременно открыл огонь, так как при выполнении этого маневра корабли сблизились. Противник тоже дал залп, и опять пробил защитный экран охотника.
– Командир. – Услышал он голос Шилова.– Еще пару попаданий и мы сгорим как свечка. Генераторы еле удерживают экран.
– Димочка! Ты же у нас умница, придумай, что ни будь, может можно как-то усилить, или еще что-то предпринять.
– Что здесь придумаешь.? Мы слишком сблизились, у него огневая мощь почти в десять раз мощнее нашей. А наши генераторы на такую энергию не рассчитаны. Нас еще спасает то, что не все их лучеметы попадают в наше силовое поле, а так бы нас давно сожгли бы.– Корабль вздрогнул, и Шилов добавил. – Вот еще попадание, думаю, пару минут, и наши генераторы сгорят, или выключаться от перенагрузки.
Малышев прервал связь, так как увидел на мониторе, как его истребители улетают, отстреливаясь от истребителя противника. И посчитав своих, с горечью подумал. – Да! Их уже семнадцать.
Истребителей противника было на много больше, и Малышев отдал приказ. – Всем лететь на меня мы вас прикроем. – И включив общую связь, сказал. – Всем зенитным излучателям пропустить своих, и прикрывать их и как можно ближе подпустить противника. Малышев сделал небольшой разворот, что бы подлететь ближе к своим истребителям. А их крейсер продолжал стрелять по охотнику. Хоть расстояние и увеличилось между ними, но огонь пришельцев все-таки иногда достигал цели, и защитный экран уже начал мерцать, и мог в любую минуту выключиться. Благо дело, что пока прямых попаданий не было.
Когда наши истребители подлетели к МС16, их пропустили и зенитные импульсные излучатели открыли заградительный огонь, который казался сверкающей сеткой. Зенитки били перекрестно с двух сторон, и вражеские истребители, увлекшись погоней за малочисленным противником, как бы врезались в эту сеть, и потеряли сразу же пятнадцать машин. Остальные, успев среагировать, веером разошлись в разные стороны. Но по ним все еще продолжали стрелять, и несколько истребителей так же было сбито, не считая тех которые были повреждены но еще летали. И они плохо маневрируя улетали к себе на крейсер.
Малышев только захотел похвалить своих зенитчиков, как корабль вздрогнул. Он посмотрел на обзорный экран, потом на монитор, и его прошиб холодный пот. Три дюзы из четырех не работало, и корабль терял скорость, а о маневренности и речи не было.
– Все! – Подумал он. – Это конец! – И отдал команду Балашову. – Выпустить последние восемь торпед. Восемь торпед с промежутком в три секунды пошли в сторону противника.
Первые три торпеды были сбиты, не пролетев и половины пути. Остальные летели дальше, и по ним велся какой-то вялый огонь. Малышев в недоумении смотрел на монитор за торпедами, которые приближались все ближе к крейсеру, а тот резко начал разворот, что снижало кучность и меткость обстрела торпед. Но присмотревшись, увидел, что зеленые точки дивизиона Шварцкопфа уже рядом и готовы вот открыть огонь по противнику, но не хватало чуть, чуть расстояния. А через несколько секунд пять крейсеров и БДК, (БОЛЬШОЙ ДЕСАНТНЫЙ КОРАБЛЬ) Начали обстрел пришельцев. Может крейсер «козлов» и успел бы улететь но делая маневры он не смог подбить торпеды, и все пять торпед попали в правый рог их крейсера.
От пяти попаданий, «рог» разломился пополам, и оставшись с одним двигателем на уцелевшем «роге» крейсер начал крутится вокруг своей оси. Это была хорошая крутящаяся мишень, и весь дивизион начал обстрел пришельцев. Высаживать на крейсер десант было бы не разумно, при таком вращении. Могли пострадать стыковочные модули, поэтому обстрел противника продолжался до тех пор пока стало ясно что в живых там уже ни кого не осталось. Их крейсер уже представлял из себя груду оплавленного вращающегося по инерции металлолома. И только около полусотни истребителей пришельцев летало около этих обломков, не зная, что им теперь предпринять.
– Как мухи у дерьма! – Сказал Шварцкопф, наблюдая за происходящем на обзорном экране. И отдал приказ.– Прекратить обстрел истребителей. Вылететь всем истребителям дивизиона и уничтожить противника.
– Командир!? Зачем рисковать жизнями наших пилотов, мы их за десять минут всех уничтожим. – Высказал свое мнение его помощник Отто Шульц.
– Если у нас будут потери, накажу командиров звеньев пятерок, нас тогда на флоте засмеют, если при двадцати кратном превосходстве мы потеряем, хоть одного истребителя. Свяжись с истребителями и так им и передай, они знают, я шутить не люблю.
Потом Шварцкопф связался с Малышевым и сообщил ему. – Следом идут буксиры, и его охотник заберут.
А Малышев объяснил ему обстановку на ЛОИ-2, и посоветовал лететь на ЛОИ-1.
Через полчаса Шварцкопф улетел на ЛОИ-1, не потеряв ни одного истребителя. Конечно было не все так гладко, получили повреждение тридцать два истребителя, а два прилетели не машинами а металлоломом, и еще удивительно что они долетели. Но Шварцкопф был доволен, потерь в личном составе не было. Вскоре прилетели буксиры, они же и ремонтные доки. Один полетел дальше, а второй открыв шлюз, «заглотил» МС16.
Двое десантников принесли Хану «одуванчик». Он представлял собой шар, который мог летать по заданной траектории, и программа полета вводилась прямо на нем. Можно управлять и с пульта, но при нынешних обстоятельствах, это было опасно. Поэтому Хан, открыв крышку на «одуванчике» запрограммировал высоту и траекторию полета. Потом перекрестившись, нажал на пуск, и сказал. – С богом.
Шар взлетел примерно на метр, и полетел зигзагами, постепенно набирая скорость, что уменьшало вероятность уничтожение его. Примерно чуть не долетая середины расстояния до пришельцев, по нему начали стрелять. Но попасть в него было очень трудно, он каждую секунду менял траекторию полета. Чуть не долетая до запрограммированного места, из «одуванчика вылезли штыри, на концах которых находились «светлячки» и он стал похож на одуванчик, поэтому его так и прозвали. Долетев примерно до середины того места где находились еще отстреливающиеся истребители, «одуванчик» как бы отбросил от себя гранаты с разной силой, что бы они рассыпались по всей заданной площади, и полетел быстро обратно. Десантники закрыли глаза и отвернулись, зная какой сейчас будет ослепительный свет, от двадцати светлячков. После чего последовала яркая вспышка, и вздрогнул весь крейсер. Двадцать «одуванчиков одновременно это не шутка!