Страница 70 из 103
– Это очень красивая долина, – заметила Дженроза.
Айрану явно польстили слова девушки: он прямо-таки раздулся от гордости и тут же принялся с большим воодушевлением рассказывать о своей родине. Он знал здесь все ручьи, в которых водилась самая вкусная рыба, знал, в каких местах росли отборнейшие фрукты, в каких хозяйствах была самая лучшая плодородная земля, и где можно было поймать самых жирных кроликов. Когда он покончил с географией, он немедленно перешел к истории долины. Утомленные долгой дорогой и тяжелой работой путники старались слушать со всем возможным вниманием и вежливостью бесконечные рассказы о родословных, перечисления величайших ураганов, проносившихся в свое время над долиной, однако это становилось все более затруднительно. Так продолжалось до тех пор, пока Айран не упомянул о том, что пять столетий назад королева Чандры присоединила долину к своим владениям.
– Ну а потом, не так уж давно, Чандра заключила союз с Грендой Лиар.
– Не так давно? – возразил Линан. – Ведь это случилось полторы сотни лет назад.
Айран озадаченно почесал ногтем свой непомерный нос.
– Для кого-то, может быть, это значит недавно, – степенно произнес он.
– А судя по тому, что происходит сейчас, может быть, в недалеком будущем Чандра снова станет независимой.
– Что вы хотите этим сказать? – напряженно и взволнованно спросил Линан, и Эйджер тихонько сжал его руку ладонью.
– Ну, я так слышал, будто Томар не очень-то доволен появлением новой королевы. Кое-кто в долине поговаривает о том, что наши персики и сливы могли бы быть достойны лучших правителей, чем любой из полукровок – детей Ашарны.
Айран не заметил, как напряглись Линан и Камаль, и как Эйджер сильнее сжал руку юноши.
– Может быть, те, кто так говорит, и правы, – один убит, второй утонул, третий по всем статьям просто идиот, а девице рано занимать трон.
– А почему же Томар недоволен королевой? – спросил Эйджер.
– Ходят слухи о войне. Она собирает наемников, чтобы усилить свою армию, и много отрядов проходят через земли Чандры, чтобы скорее добраться до столицы, а это заставляет Томара чувствовать себя не очень-то спокойно. Кроме того, еще и эти обвинения по адресу сына генерала Чизела. При дворе говорят, будто он убил собственного брата! Они считают, что несчастный маленький выродок утонул, пытаясь спастись. Давным-давно Чизел и Томар были большими друзьями, и эти новости его очень опечалили, так говорят люди.
– А с кем война? – спросил Линан, сглотнув слюну.
– Ну, разумеется, с Хаксусом. Доверие к этим выродкам принесло несчастье, как только не стало Ашарны. А если они там и не подумали об этом раньше, смерть Береймы могла бы подтолкнуть Салокана именно сейчас попытать счастья. По крайней мере, так все говорят.
– Но ведь королева, без сомнения, собирается защищать всю Гренду Лиар, вместе с Чандрой, – возразил Эйджер.
– Может, так оно и есть, а может быть, и нет. И потом, этот собачий сын из Амана не дает всем жителям Чандры спать спокойно.
– Собачий сын из Амана? – перепросил Линан. – Вы говорите о короле Марине?
– Боже, конечно же, нет. Он находится слишком далеко, чтобы кого-нибудь беспокоить. Я говорю о его брате, о канцлере.
– Да уж, этот человек способен и мертвых лишить спокойного сна, – согласился Камаль. – Но он уже долгие годы занимает должность канцлера.
– Но люди говорят, что никогда еще он не пользовался таким влиянием. Взять хотя бы того горного принца, которого он сводит с королевой.
Четверо друзей непонимающе переглянулись.
– Вы ничего не знаете! – воскликнул Айран. – Сын короля Марина, Сендарус!
– А что такое происходит с Сендарусом и Аривой?
Линан лишь раз почти мельком видел Сендаруса перед смертью Ашарны, и тогда он, казалось, выглядел вполне приличным и скромным молодым человеком.
– Они оба разыгрывают сладкую парочку, а Оркид изо всех сил потворствует этому и пытается поторопить события. Если верить толкам, то к концу следующего года Арива подарит миру наследника, – все будто бы к тому идет.
К этому времени зал харчевни начал заполняться гостями. Айран поднялся из-за стола. Линану хотелось узнать побольше о последних событиях в Кендре, однако Айран помахал ему рукой.
– Мне нужно работать, парень. Может быть, позже мы сможем еще потолковать.
Вскоре после этого на их столе появились плошки с жидким говяжьим супом, а едва друзья успели покончить с ним, как перед ними возникли тарелки с круглыми бифштексами и печеным пастернаком. Друзья набросились на еду с волчьим аппетитом, оказалось, что все они были еще более голодны, чем могли себе представить.
Опустошив свою тарелку, Линан блаженно погладил себя по животу.
– Много же времени прошло с тех пор, как мы в последний раз так сытно ели, – сказал он.
– По крайней мере, я очень долго не испытывала такого наслаждения от еды, – добавила Дженроза. Впервые со времени их побега из Кендры она выглядела вполне довольной.
Линан оглядел зал, рассматривая посетителей. Здесь были странники, одетые в кожаные штаны для верховой езды и пыльные плащи и куртки, однако большинство гостей Айрана представляли собой горожане, зашедшие не столько закусить, сколько выпить хорошего вина, крестьяне, одетые так же, как был одет он сам той летней ночью, когда познакомился с Эйджером.»Ведь это было меньше четырех месяцев назад, – подумал он, – а кажется, будто с тех пор прошло много лет».
Внезапно на него навалилась безумная усталость, и Линан попытался стряхнуть ее. Ему очень хотелось еще поговорить с Айраном. Ему просто необходимо было знать, что происходило в Кендре.
Он взглянул на своих спутников – все они выглядели одинаково усталыми. Всем пошел бы на пользу добрый ночной сон, тем более, что никто не мог сказать, когда им представится следующая возможность как следует выспаться.
– Почему бы вам всем не отправиться спать? – предложил он. – Я хочу ненадолго остаться здесь.
Дженроза согласно кивнула, однако Камаль и Эйджер отнюдь не выглядели уверенными в правильности такого решения.
– Кто-то из нас должен остаться с тобой, мальчик, – произнес Камаль. – Кто-нибудь может узнать тебя и попытаться что-нибудь предпринять.
– Вы же помните – я утонул. Меня больше никто не разыскивает. А если бы кто-нибудь узнал меня, то к этому времени уже давно подняли бы тревогу.
Камаль не нашелся, что возразить принцу, а все его тело ныло, умоляя об отдыхе.
– Но, по крайней мере, не выходи на улицу, – предупредил он Линана и с этими словами он сам, Эйджер и Дженроза отправились искать предназначенные для них комнаты.
Линан допил оставшееся в его кружке вино и вновь наполнил ее тем, что еще оставалось в кувшине. Возле камина он заметил несколько свободных и удобных стульев, стоявших перед огнем полукругом и еще никем не занятых, и встал из-за стола, чтобы занять один из них. Удобно усевшись, он принялся зачарованно глядеть на плясавшие в камине языки пламени, подобно мышке, загипнотизированной движениями змеи. Снова вернулась усталость, и он попытался стряхнуть ее, однако тепло, аромат смолы, исходивший от камина, и персиковое вино уже не позволяли глазам оставаться открытыми. Он поймал себя на том, что клюет носом, и попытался выпрямиться, но спустя мгновение его веки опять сомкнулись, а плечи подались вперед. За спиной он еще слышал голоса гостей Айрана, эти голоса вскоре слились в отдаленный гул, и Линана охватил сон, победивший его, как ночь побеждает день.
Вздрогнув, Линан проснулся и потряс головой, чтобы в ней наступила ясность. Его бедра затекли, их покалывало, точно сотнями иголок, и ему пришлось изменить положение. Пламя в камине было уже не таким высоким и ярким, и юноша ощутил легкий озноб. В его правой руке все еще была зажата большая кружка. Взглянув через плечо, он увидел, что зал харчевни почти опустел. Несколько странников все еще сидели вместе за какой-то серьезной беседой, склонившись над своими кружками, да за соседним столом группа крестьян забавляла друг друга разными историями. Линан с облегчением увидел Айрана, который все еще работал, помогая протирать столы и мыть пол. Принц встретился взглядами с хозяином, и тот кивнул ему. Линан понял этот кивок, как ободряющий знак, и решил еще немного подождать. Послышался скрип ступенек, и, подняв глаза, он увидел Дженрозу. Она подошла к камину и устроилась на соседнем стуле.