Страница 30 из 103
Наконец стражник подошел к узкой деревянной двери, которая выглядела такой же древней, как и обрамлявшие ее круглые камни. Он один раз стукнул в дверь древком копья, отворил ее и втолкнул Дженрозу внутрь. Дверь за ее спиной закрылась. Она стояла у подножия старинной каменной лестницы.
Откуда-то сверху раздался голос принца:
– Поднимайтесь наверх, Дженроза Алукар.
Девушка неуверенно поднялась по каменным ступеням и оказалась в круглой комнате, в которой пахло пылью и старинными книгами. В центре комнаты стоял принц. Он успел переодеться в более простую одежду, теперь у него на поясе не было ни меча, ни ножа. Его Ключ тускло поблескивал в маленьком пятне света между деревянными ставнями небольшого окна.
– Вы все еще смеетесь надо мной, Ваше Высочество, – произнесла она. – Я надеюсь, что это добрый знак.
– Я рад, что вы пришли, – искренне ответил Линан.
– Но ведь у меня не оставалось выбора, – заметила Дженроза и огляделась.
На всех стенах комнаты висели старинные полки, врезанные в камень, и каждая полка была заполнена книгами, которые казались такими же древними, как сама башня.
– Что это за комната?
– Первый великий король Кендры Коланус был отчасти магом. Он создал Ключи Власти. Поговаривают, будто бы с их помощью он оказался на троне. Это его кабинет. Никто больше не пользуется им.
Дженроза осторожно сняла книгу с одной из полок, бережно открыла кожаный переплет и с изумлением стала вглядываться в письмена на первой странице.
– Какой это язык?
Линан пожал плечами.
– Никто этого не знает. По этой причине больше никто и не пользуется этим кабинетом.
– Злодеи могли бы совершить не одно убийство для того только, чтобы эти книги попали к ним в руки.
– Злодеи уже пытались завладеть ими, – отозвался принц. – Вы разбираетесь в истории?
– Очень немного, только если она имеет какое-нибудь отношение к изучению звезд. – Девушкой постепенно стало овладевать беспокойство. Ей хотелось поскорее получить свое наказание, чтобы она могла вернуться к себе в спальню, уйти прочь из дворца и от этого странного принца.
– Три сотни лет назад группа могущественных магов вступили в заговор с целью заполучить содержимое этой комнаты. Заговор раскрыли, и король разрушил все их планы. Главных заговорщиков он казнил. Знаете, что он сделал с остальными заговорщиками?
Дженроза покачала головой.
– Позволил им войти в эту комнату и изучать книги при условии, что они будут полностью подчиняться его воле.
– Но если он не возражал против того, чтобы маги увидели эти книги, то почему он убил их вождей?
– Разумеется, потому, что заговор был направлен против него. После нескольких лет безуспешных попыток расшифровать эти рукописи уцелевшие маги отказались от дальнейшей работы.
– А в чем состояла королевская воля? – спросила Дженроза, которую заинтересовала эта история.
– Им надлежало создать пять теургии и выбрать главного прелата, который должен был подчиняться самому монарху.
– Он прижал их всех к ногтю.
– Другими словами, именно так и было.
– Вы хотите сделать то же самое со мной? – спросила она.
– Не понимаю…
– Прижать меня к ногтю?
»Не к моему ногтю», подумал Линан, но изобразил удивление.
– Нет, конечно.
– Тогда как же вы собираетесь наказать меня?
– Я хочу предложить вам стакан вина, а еще хочу показать вам такой закат, какого вы не видели никогда в жизни.
Дженроза покачала головой.
– Я не уверена, что я правильно расслышала ваши слова.
Принц жестом указал на окно. На подоконнике стояли два стакана и бутылка. Глаза девушки стали огромными от изумления. Никогда еще ей не приходилось пить из стаканов. На самом деле она даже не могла припомнить случая, когда пила бы из бутылки. Линан взмахом руки пригласил ее пройти вперед, после чего с некоторым усилием открыл ставни.
– Полюбуйтесь в свое удовольствие, – предложил он и отодвинулся, чтобы она смогла посмотреть в окно.
Она подошла к подоконнику, взглянула вперед и ахнула, не в силах сдержать восторг, охвативший ее. Перед ней простирался весь город, словно величественная карта. Далеко на западе золотом сверкали воды залива Кестрель в лучах закатного солнца, за горной грядой, которая темнела вдали. Над гаванью играли чайки, а еще дальше она смогла даже различить длинные, скошенные крылья пустельги, парившей низко над волнами.
– Это… Ох, это так красиво!
Принц подошел к ней и показал на юг, на зеленую землю, поднимавшуюся из воды подобно миражу.
– Это Лурисия, – сказал он. Затем он показал на горы на западе: – А это Длинный Хребет, дальняя граница Амана.
В конце концов он показал на восток.
– Та земля – это Чандра, а за ней вы можете себе представить безбрежное Разделяющее море.
Он опять отошел в сторону и осторожно наполнил оба стакана вином.
– Это вино из собственных запасов королевы. – Его глаза на миг затуманились, и он произнес: – Простите. Из запасов короля. – Он протянул девушке стакан, и она нерешительно взяла его.
– Странное наказание, – негромко заметила она при этом.
Прежде чем начать личную проверку ночной стражи, Камаль убедился в том, что последние задержавшиеся гости покинули пределы дворца. Он начал свой обход возле главных ворот и оттуда направился на запад, проверяя, все ли стражники, назначенные в ночной дозор, находились на указанных им местах, все ли светильники, расположенные вдоль стен дворца и возле каждого входа, исправно горели. Час спустя проверка была окончена, и он немного постоял во дворе, наблюдая за работой дворцовых слуг, которые подметали, протирали и чистили большой зал для привычных занятий делами на следующий день.
»Привычные дела, – мрачно подумал он. – Начальник стражи у короля, который не любит меня и дружит с Двадцатью Домами, ни один из обитателей которых тоже не любит меня».
На мгновение у него возникло желание позволить себе освободить ночь для того, чтобы навестить в городе одну из своих многочисленных подружек, однако он тут же запретил себе даже думать об этом, понимая, что именно в эту ночь, как ни в одну другую, у него была причина для усердного исполнения своих обязанностей, для того, чтобы оставаться на своем посту. Это была последняя ночь его службы Ашарне, его умершей королеве, которая когда-то вышла замуж за его любимого генерала.
К нему подошел Эйджер, у которого был усталый вид.
– Где ты пропадаешь? – спросил у него Камаль.
– Некоторые из наших гостей проникли на арену для учебных занятий. Там повсюду были разбросаны пустые фляжки и бутылки, а кое-кто, судя по всему, пользовался нашим снаряжением для упражнений.
Камаль ухмыльнулся.
– Никто ни на что не напоролся?
Эйджер помотал головой.
– Очень жаль, но никто. Сейчас арену уже привели в порядок, и я велел двум нашим новым стражникам как следует припрятать все снаряжение.
– Хорошо, проверь все вместе с ними и отправляйся поспать хотя бы немного. Завтра предстоит такой же тяжелый день, как сегодняшний. Берейма захочет поговорить с нами о своих планах относительно коронации. Я сейчас как раз направляюсь в покои: я должен увидеться с ним, прежде чем сам смогу отдохнуть.
– Как скажешь. – Эйджер ушел, а Камаль еще раз обошел двор и осмотрел ворота. Казалось, все было, как всегда. Его это даже возмутило. Он чувствовал, что должна была произойти какая-то перемена после смерти женщины, правившей здесь почти тридцать лет.
Однако теперь она стала духом, а духи не нуждаются во Дворцах. Он что-то проворчал себе под нос и через большой зал и направился по Длинному Коридору в покои Береймы. Однако прежде чем он успел добраться до них, он услышал, как кто-то бежал следом за ним. Тотчас же его окликнул Деджанус. Личный Страж выглядел очень встревоженным.
– Камаль, я кое-что нашел.
– Что?
– Будет лучше, если ты сам увидишь. Пошли со мной.
Не дожидаясь ответа, Деджанус быстро пошел обратно через большой зал, а затем прошел в дверь, которая вела к комнатам прислуги. Не задавая вопросов, Камаль следовал за ним. Что бы ни обнаружил Деджанус, он хотел увидеть находку своими глазами. Личный Страж шел широкими шагами и лишь один раз остановился, чтобы взять светильник, но в конце концов он замедлил ход, когда они дошли до коридора, который вел к погребам, сохранившимся еще от первого дворца, построенного много веков назад, темным и сырым от плесени.