Страница 49 из 91
Нейдер спрятал неприличное издание в ящик стола.
— Ага, вы ведь из-за него прибыли! Место падения до сих пор контролируется нашими людьми, хотя на кой черт это нужно, хоть убей — не понимаю! Там ничего нет, кроме огромной воронки. Я не круглый идиот! Допустим, для вас оно представляет интерес. О’кэй! Но от кого его охранять? Там на несколько миль вокруг никакого жилья. Впрочем, мое дело маленькое… — закончил он с видом человека, который надеется услышать разъяснения.
Разъяснения получить ему было не суждено. Розен попросил проводить его к «камню», и Нейдер встал. Ему было скучно, и сбрасывать гостей на ординарца он не захотел.
Парень возле склада ничем не отличался внешне от русского деревенского паренька. Не хватало только семечек. Вместо семечек он жевал жвачку, которую не вытащил, даже когда Нейдер с гостями остановился перед ним.
— Открывай!
Парень смерил взглядом Нюту и провел их внутрь.
Розен отметил про себя, что охрана поставлена из рук вон плохо. Чтобы проникнуть сюда, не нужно быть Рэмбо, уровень подготовки людей Нейдера, судя по всему, оставлял желать лучшего.
— Да, — командир базы заметил его скептический взгляд. — У меня нет людей, чтобы пасти ваш космический камушек и еще охранять дыру, которую он проделал в пустыне. Знаете, о чем я больше всего жалею? Что он не упал на голову кое-кому в Вашингтоне!
По пути к ангару к ним присоединился тот ободранный пес, что лежал раньше у ворот.
— Эту псину мои ребята подобрали из жалости! — сказал Нейдер. — Только зверь все равно дикий — не рекомендую ласкать, иначе за последствия не отвечаю.
Собака заметила Нютин ласковый взгляд и подошла ближе, низко пригнув голову. Нюта протянула руку.
— Осторожнее! — сказал Нейдер. — Я предупредил: если что — отвечать будете сами!
Пес подставил голову под ласку, даже заскулил от удовольствия.
— Черт! — Нейдер в самом деле был удивлен и этого не скрывал. — Эта тварь обычно никого близко не подпускает, кроме медика и повара! Надо же!
— Просто он тоже давно не видел женщин, — тихо прокомментировал сержант за его спиной.
В ангаре было прохладно, выходить обратно, под палящее солнце, не хотелось. Камень хранился на тяжелой колесной платформе, на которой и был доставлен на базу. Розен, взобравшись на нее, осмотрел поверхность космического гостя. Ему были известны результаты предварительных исследований, сделанных африканской группой. К сожалению, никого из ее участников на базе уже не было. То ли сочли, что их миссия выполнена, то ли просто сбежали от гостеприимного Нейдера.
С первого взгляда метеорит Нюту разочаровал — обломок темного камня, накрытый обычной мешковиной Рядом в специальном контейнере лежали осколки, собранные на месте падения. В отличие от нее Павел с благоговением прикоснулся к поверхности метеорита.
— Подумать только, — сказал он, — преодолеть такие расстояния!
Вдохновленная этой речью, Нюта тоже погладила камень и замерла ненадолго. Словно воочию увидела темные глубины космоса, где ему довелось побывать, тусклый свет далеких звезд, дыхание космического ветра и ослепительное пламя, охватившее его, когда метеорит вошел в земную атмосферу…
«Сила воображения», — подумала она, отняв руку. Или искусства — все это она, наверняка, видела в каком-то фильме.
— Хорошо, — тем временем говорил Розен Нейдеру. — Давайте посмотрим на место падения!
— Сегодня?! — Нейдер покосился на часы. — Можно подумать, что вы куда-то торопитесь! Этот булыжник уже никуда не полетит, и дыра завтра не зарастет…
Он хихикнул, посчитав, что пошутил вполне удачно.
— Вы же сами жаловались на то, что приходится держать там охрану! — напомнил Розен. — Сможете заодно снять с поста ваших людей, сколько бы их там ни было…
— Один, — сказал Нейдер. — Только неужели вы думаете, что это так просто делается? Сначала мы пошлем запрос в министерство, подкрепленный вашим заключением, потом дождемся ответа и дай бог, чтобы в течение недели…
— О, — сочувственно кивнул Павел, — бюрократия почище советской!
Тем не менее, поездка все же состоялась. Погрузившись в уже знакомый джип, один из солдат занял место за рулем. Вскоре они уже оставили базу далеко за спиной. Местность казалась безжизненной, тент над машиной защищал людей внутри от солнца, но не от пыли. Вокруг дороги расстилалась серая земля с редкими деревьями, где-то высоко в безоблачном небе парили птицы. Какой же русский не любит быстрой езды! Павел однако предпочел бы сейчас сбавить скорость, но не хотел показаться слабаком перед Нейдером. Тем временем впереди показалось что-то вроде небольшой рощи. Вскоре они уже передвигались под сенью деревьев.
— Терпеть не могу этот район! — заметил Нейдер. Он сидел напротив Розена. — Местные верят, что здесь живет какой-то злобный дух.
— Зао-Нео! — сообщил водитель.
— Ага… Думаю, что врут. Не один дух не станет торчать в таком поганом месте! Но люди здесь в самом деле иногда пропадают!
— Каннибалы?!
Нейдер покосился на него с улыбкой.
— Сэр, простите, но в наших краях никогда не ели людей, по крайней мере, на моей памяти. Хотя на этом континенте до сих пор кое-где человеческое мясо в почете. Только белых они все же предпочитают не трогать, как я знаю, хлопот потом с нами не оберешься. Видимо, черные желудки плохо переваривают белое мясо!
Водитель усмехнулся.
— Откровенно говоря, — продолжил его начальник, — я совершенно не понимаю, как можно сотрудничать с людьми, чьи папаши и мамаши еще не забыли вкус человечины. Давать этим ребятам здесь распоряжаться — большая ошибка, на мой взгляд.
— Вы рассуждаете, как расист, — заметила Нюта.
В машине воцарилось молчание, потом Нейдер хихикнул вполне дружелюбно.
— А я и есть расист, черт меня дери! Поживите здесь с мое, и посмотрим, как вы станете рассуждать. Нет, я не дикий человек и вполне допускаю, что из этих ребят лет через пятьсот может выйти что-нибудь толковое. Но поскольку я этого уже не увижу, то думаю, будет разумно относиться к ним сейчас адекватно их нынешнему состоянию! Хотите исторический пример? Бокасса, президент Центрально-Африканской Республики, лопал своих подданных. Коммунисты с ним дружбу водили в то время, такие же людоеды, черт возьми!
Павел нахмурился, но промолчал.
«А кто виноват? — подумал он. — Принимали каннибала, как близкого друга советского народа. Помнится, он еще обеды давал, когда гостил, а потом оказалось, как признался его личный повар, ветчинка да колбаска, которую они с собой возили, была тоже из человечины. Так что Нейдер, в общем-то, прав насчет каннибалов. Во имя солидарности мы и не на то способны».
Нюта, однако, была настроена продолжить дискуссию.
— Почему же вы не уедете? — спросила она, едва сдерживая негодование.
— Почему? Потому что Африка — это мой дом, милочка! В конце концов, от добра добра не ищут! Вам, полагаю, в Америке тоже не все по душе, но вы ведь не собираетесь из-за этого уезжать на край света. И совершенно правы — везде одно и то же дерьмо, извините за выражение. Правда, развлечений тут у мае маловато. Лет пятнадцать тому назад, когда я перебрался сюда, вернее, когда меня сюда перебросили из-за штабных интриг, здесь еще было на что поохотиться. Все эти организации по охране окружающей среды понятия не имеют, что здесь происходит, ну а я… Я, как все! — добавил он, оправдываясь. — Если несчастную тварь все равно прикончат, то почему бы это не сделать мне — профессионалу? Вам когда-нибудь случалось встретиться с леопардом один на один? Первое желание — бежать! Бежать, пока ноги несут! Но это и есть ошибка, господа! — вещал Нейдер, которому явно нравилось изображать из себя Большого Белого Охотника.
Сейчас, возможно, он представлял себя кем-то из персонажей Хемингуэя. Его пальцы задвигались, заряжая воображаемое ружье.
— Пока вы держите зверя на мушке, он ваш! Неважно, что у вас в руках — дробовик или пистолет, даже такой дрянной, как я заметил в вашей сумочке, мэм, — заметил он, обращаясь к Нюте. — Должен сказать, что если это не зажигалка, — я ведь мог и ошибиться, — то там ему не место, совсем не место… А вот дадите деру и можете считать, что ваша песенка спета!