Страница 31 из 61
Берн вдруг оторвался от перелистывания пухлого фолианта с истрепанными, пожелтевшими страницами, поднял голову и, прислушиваясь, посмотрел в потолок.
-- Паруса убрали, -- ответил он на вопросительный взгляд Сварога. -Останавливаемся. К чему бы это?
Теперь и Сварог почувствовал, что корабль замедляет ход; чуть позже донесся приглушенный металлический лязг -- отдали якорь.
Дверь каюты без стука распахнулась, и на пороге возникла громоздкая фигура капитана. Акбар тут же проснулся, поднял голову и настороженно воззрился на вошедшего. Игнорируя пса, Зо мрачно посмотрел сначала на Сварога, потом на Борна и мотнул головой:
-- Господа, прошу на палубу.
Голос его был невыразителен, но губы побелели от гнева, и ноздри хищно раздувались.
Без лишних разговоров вес трое вышли наружу, сощурились на яркий солнечный свет.
Корабль действительно стоял на якоре. Матросы, угрюмо толпящиеся у правого борта, переговаривались вполголоса и переминались с ноги на ногу, точно нашкодившие школьники в учительской. Боцман Блай, чернее тучи, прохаживался перед ними, заложив руки за спину. Совсем как командир перед строем, ожидающий генерала из штаба. Неподвязанные бесконечные усы его трепыхались на ветерке. Он был похож на запорожца, который раздумывает над письмом турецкому султану.
Увидев вышедших на палубу, Блай остановился и вопросительно взглянул на капитана. Капитан кивнул. Боцман повернулся к матросам и подал знак.
Двое невысоких, голых по пояс крепышей вывели на открытое место мордоворота Ордина. Тот не то чтобы сильно рыпался, но шел с явной неохотцей; крепыши цепко держали его за локти. Голова Ордина была опущена, однако из-под кустистых бровей злобой попавшейся в западню рыси сверкали быстрые глазки. Когда матросы остановились возле Сварога, капитан все тем же бесстрастным голосом приказал -- именно приказал, а не попросил:
-- Милорд, посмотрите внимательно. Эта штучка принадлежит вам?
Один из крепышей резко вывернул руку Ордина, поднимая его кисть на уровень глаз, и на толстом волосатом безымянном пальце мордоворота желтым огоньком блеснул знакомый перстень.
Борн за спиной Сварога издал неопределенный звук, но когда Сварог повернулся к нему, его лицо оставалось безучастным. Тогда он снова посмотрел на печатку.
Никаких сомнений. Именно она таинственным образом исчезла сегодня утром из каюты.
-- Это принадлежит вам? -- повторил капитан.
Сварог кивнул. На душе было препаршиво.
Ордин поднял голову и попытался улыбнуться, однако губы его предательски дрожали.
-- Капитан, -- примирительно сказал он,-- да что вы, ей-богу. Да я ж только померить решил, померить и тут же на место положить, а он не снимается, зар-раза...
-- Ну, снять перстенек мы тебе поможем, -- холодно пообещал Зо и повернулся к коку: -- Господин Соус, будьте любезны, принесите, пожалуйста, нам тесачок для разделки мяса. И поострее.
Корабельный кок по кличке Мышиный Соус отделился от толпы и мелкими шажками нерешительно двинулся в сторону камбуза; на лице его застыло выражение сомнения пополам с. боязнью ослушаться капитана.
-- Э, э, капитан! -- задергался матрос, уже не скрывая испуга. -- Вы чего это удумали? Я ж не...
Зо ухватил Ордина лапищей за грудки и встряхнул так, что у того лязгнули зубы. Приблизил свое лицо вплотную к его лицу, прошипел яростно:
-- Ты, тварь, ты что ж думал, я на своем корабле всякое ворье терпеть буду?! Чтоб всякая мразь у своих же по вещам шарилась?!
Оттолкнул матроса, круто обернулся.
-- Соус, мне еще долго ждать?!
Кок подпрыгнул и припустил к камбузу.
Сварог подумал: "А ведь он не шутит", -- и положил ладонь на плечо Зо.
-- Послушайте, капитан... Тот гневно сбросил его руку,
-- Не лезьте не в свое дело, милорд! -- рявкнул он. -- Здесь я хозяин, и я устанавливаю законы на этом корабле!..
-- Вы думаете, я надену перстень с отрубленного пальца? -- мягко поинтересовался Сварог. Капитан осекся и сумрачно уставился на него. -- Пес с ним, капитан. Пусть носит.
Зо поколебался. Потом перевел взгляд на Ордина. Потом -- Сварог даже не сообразил, что случилось, -- голова матроса мотнулась назад, и он кулем повис на руках крепышей, обалдело тряся копной немытых волос; на его губах показалась кровь. А капитан уже отвернулся от вора, дуя на костяшки пальцев, приказал негромко:
-- Шлюпку на воду. Этого связать. И на берег.
И удалился с палубы.
-- Шлюпку на воду! -- продублировал приказ Блай.
Несколько матросов бросились к лебедке. Крепыши умело, в мгновенье ока связали Ордину руки за спиной невесть откуда взявшейся веревкой (наверное, приготовили загодя, зная, чем дело может кончиться) и потащили к шлюпке. Перекинули тело через борт, залезли следом. Заскрипели деревянные блоки, и небольшая, подвешенная на канатах лодка медленно, рывками исчезла за бортом корабля. Немного погодя до Сварога донесся тихий плеск -- а также послышались вопли Ордина, пришедшего в себя после капитанского хука:
-- Капитан, да он сам мне его подарил!.. Ну спроси у него, капитан!.. Он же врет все!.. Ты кому веришь -- мне или этому лордику?.. Он же лар!.. Он нарочно мне его подсунул!.. Да я верну ему этот перстень хренов!.. Капитан!!!
Весла уверенно и ритмично толкали шлюпку к берегу, и вскоре крики вора слились в далекое неразборчивое вякание.
Вся команда столпилась у борта. Молчали. Смотрели.
-- Жестоко,-- наконец негромко произнес Сварог, наблюдая, как крепыши развязывают Орлина, спихивают на мелководье и, слаженно работая веслами, разворачивают шлюпку. -- Погибнет ведь. Хелльстад как-никак.
-- Невелика потеря... -- буркнул Блай. -- А может, и не подохнет, акулья отрыжка. До границы лиг семьдесят всего.
Ордин носился взад-вперед по берегу, размахивал руками и орал что-то.
Сварог вздохнул, пытаясь отогнать чувство, будто именно он виноват в происшедшем.
-- А еше сын барона...
Блай в недоумении воззрился на него:
-- Кто -- сын барона? Этот?
-- Ну, -- кивнул Сварог, уже смекая, что круто лопухнулся.
-- Он сам вам сказал?
-- Ну...
-- Эх, милорд, вы как ребенок малый, честное слово! -- Блай смачно сплюнул за борт, не замарав роскошные усы. Шлюпку с крепышами уже поднимали на борт. -- Он такой же сын барона, как я -- жрица Великой Матери [9] . Зо его в одном снольдерском кабаке подобрал -- и то из-за того только, что он ножи метал мастерски. Беглый каторжанин он, и ничего больше. "Сын барона", полбочки тухлой трески мне в глотку... -- Он повернулся к матросам и заорал: -- Ну? Чего зенки вылупили, рыбьи потроха? По местам! Паруса ставить, с якоря сниматьсяЖиво у меня!