Страница 22 из 61
Человек с арбалетом быстро зашептал ему на ухо. Боцман подобрался, глядел на Сварога так, словно прикидывал, что из своего богатого арсенала следует использовать в первую очередь.
-- Ничего не понимаю, -- сказал капитан. -- Это его цвета. Его герб на мече. Даже физиономия его. -- Он присмотрелся. -- Вот только шрама нет, и вообще, он другой какой-то, то ли помоложе, то ли благополучнее...
Сварогу захотелось выругаться от отчаяния. Положительно, здесь нельзя было шагу ступить, чтобы не наткнуться на людей, знавших его предшественника...
-- Ну, незнакомец! -- рявкнул капитан. -- Язык проглотили? Какого рожна вам здесь нужно?
-- Единственное, что мне нужно, -- выбраться из Хелльстада,-- сказал Сварог. -- Быть может, мы обговорим, на каких условиях вы согласились бы взять меня пассажиром?
Моряки переглянулись.
-- В мешок -- и за борт, -- сказал боцман. -- Его милость намеревается смыться из Хелльстада, и его, как по заказу, выносит на берег именно там, где проплывает "Божий любимчик". А подделка, между прочим, довольно бездарная. Граф Гэйр никогда не стал бы спускаться на землю в одежде своих цветов.
-- Между прочим, он и не пытался выдать себя за графа Гэйра, -- сказал человек с арбалетом. -- Он себя пока что никак не называл. Самозванец непременно бросился бы мне на шею и стал укорять, что я не узнаю старых друзей. А он смотрел на меня как на чужого.
-- Вообще-то я тоже мог бы поклясться, что на нас с Блаем он таращился, как на случайных соседей за трактирным столом, -- сказал капитан. -- Блай, если бы нам хотели подсунуть подделку, работали бы тоньше. Наконец, это несомненный лар -- уж я-то вижу... Ну, незнакомец, что мы решим? "Божий любимчик" пассажиров не возит, а если уж и берет, то тех; в ком ничуть не сомневается. А вы -- ходячая загадка. Вы не бойтесь, Блай шутит. В мешке мы вас за борт выкидывать не будем, не палачи же, в самом-то деле. Бережно отвезем на берег и отпустим на все восемь сторон света, шагайте, куда вам больше нравится. Скажете, это все равно будет убийство? Наверняка. Но мы в Хелльстаде, а не в веселых кварталах Дарга. Я отвечаю за свой корабль и экипаж, вплоть до корабельного кота, еще и оттого, что корабль мой собственный. И не могу взять на борт подозрительную личность, к тому же двойника человека, о котором у меня остались самые хорошие воспоминания.
-- Вы никогда не слышали такую пословицу: "Не спрашивай, и мне не придется врать"? -- спросил Сварог.
-- Не слышал, а жаль. Пословица, признаться, неплоха. Но мне больше нравится другая -- "Только от мертвых не бывает неожиданностей".-- - Он подошел поближе. -- Незнакомец, мы живем в суровое время и на суровой планете. Будь у меня сердце из чистого золота пробы балонгского Провизориума, я все равно не годился бы на роль благородного дурака из рыцарского романа. Я человек недоверчивый. Благодаря чему и дожил до своих лет, стою на мостике моего красавца, а не гнию где-нибудь в серой гостинице [1] , и не в моем черепе морские рыбки мечут икру... Короче, иногда я беру пассажиров. Но плата за проезд у меня особая -- полная откровенность. И я не собираюсь ради вас менять устоявшиеся привычки. Более того, ваше поразительное сходство с известной особой заставляет заломить двойную плату. Будете платить или прикажете подать шлюпку?
-- Боюсь, у меня нет выбора, -- сказал Сварог.
-- Это означает, что Блаю нет нужды распоряжаться насчет шлюпки?
-- Я восхищен вашей проницательностью,-- сказал Сварог.
Щенок, о котором как-то забыли, взвыл. Они обернулись туда, и Сварог увидел удивительную вещь -- щенок поднял голову и, должно быть унюхав своего спасителя, вдруг затрясся, весь подался вперед, превратился в зыбкую полупрозрачную тень, растянувшуюся от борта до того места, где стояли люди, и через миг как ни в чем не бывало лежал у ног Сварога, тычась мордой в его сапог.
Сварог шумно выдохнул воздух. Похоже, только он один был поражен увиденным.
-- Силы небесные! -- сказал боцман Блай.-- Да он, сдается мне, и в самом деле не знал, что это за зверушка!
-- Что это? -- спросил Сварог растерянно.
-- Гарм, хелльстадский пес, -- сказал человек с арбалетом.-- Мечта многих. Зверь, обладающий властью над пространством. Всю жизнь будет верен тому, кто окажется рядом, когда щенок впервые откроет глаза. Но чтобы оказаться первым, кого увидел щенок, нужно сначала разделаться с мамашей. А это задача не из легких, даже учитывая, что на время кормления щенка она многие свои качества теряет... Как вам удалось?
-- Если честно, я его просто нашел,-- сказал Сварог. -- Мать погибла.
-- Ладно, -- сказал капитан. -- Охотничьи рассказы оставим на десерт. Меня зовут капитан Зо. Это, как вы успели услышать,-- боцман Блай. Это -штурман Борн. А как зовут вас, незнакомец, и все остальное вы нам сейчас расскажете подробно и обстоятельно. Давайте спустимся в каюту. Я распоряжусь, чтобы зверю дали жрать.
Они спустились в капитанскую каюту на корме. Сварог откровенно осматривался. В каюте царил образцовый порядок, изящная прочная мебель явно изготовлена не корабельным плотником, одна стена занята книжной полкой, вторая увешана оружием, а на третьей, над постелью...
В стену накрепко заделаны пять позолоченных крюков, и на четырех -человеческие головы, каким-то чудом выглядевшие совершенно живыми. Казалось, вот-вот откроют рот, шевельнут губами, переведут взгляд... Очаровательная синеглазая женщина с копной золотистых волос, свисавших едва ли не до покрывавшего постель яркого ковра. Смуглолицый мужчина, черноволосый, чернобородый, с рубиновой серьгой в ухе. Длиннолицый старик. Тонкогубый мужчина средних лет с тщательно прилизанными волосами и желчным лицом канцелярской крысы в высоких чинах. Все лица выглядели спокойными, только в глазах у женщины словно бы навеки застыло удивление.
-- Любуетесь? -- спросил капитан Зо. -- Что поделать, есть у меня маленькая слабость, одна-единственная -- люблю перед сном выкурить трубочку-другую и распить бутылочку-другую, глядя на эти милые лица и вспоминая, сколь многое меня с ними связывало, как бурно протекали наши встречи и как мы жаждали этих встреч...
-- Но она...-- показал Сварог на золотоволосую.