Страница 31 из 47
-Я смотрю, ты не один.
- Да, знакомься - это Таня.
Америка смотрит на нас радостным взглядом. В её улыбке есть что-то завораживающее и прекрасное. Это "что-то" заставляет меня забыть о болезни. Но болезнь даёт о себе знать головной болью, которая приследует меня и не даёт спокойно жить.
- Я не могу поверить... Это ты... - говорит она.
Из соседней комнаты выбегает Засранец. Как всегда в своём репертуаре. На его руках появилось пару новых тату, а быть может я их просто не замечал. На лице его что-то белое, вроде муки. Я прекрасно понимаю, что это не мука... По счастливым глазам Заца видно, что он "под чем-то". В этом и заключается Засранец. Он всегда ловит кайф в жизни опасным для здоровья способом.
- Ребята, быстрее!!! Там такие тараканы интересные!!! - кричит он. Америка улыбается и смотрит на меня. Я подвожу Татьяну к дивану и мы садимся. Засранец бегает и радуется, не обращая внимания на нас. Мы молча смотрим друг на друга и не можем поверить, что скоро всё будет как раньше.
- У меня столько вопросов...Как? Когда? И главное-что у тебя, черт возьми, с лицом?!! - почти во всю глотку кричит Америка.
- Всё позже, Ам. Главное, что мы опять все вместе, - отвечаю я.- А где Сухарь?
- Он пошёл за бухлом. Как будто знал, - улыбнулась она. Таня сидит и молчит. Она немного растеряна. В её тёмно-карих глазах играет печаль. Её выдернули из безопасного (да, именно безопасного!) места и заставили проделать нелёгкий путь. Чувствую, что ей неуютно. Америка это тоже заметила. По её взгляду я понял, что она готова взять Татьяну "на себя".
- Ладно, я пойду поймаю Засранца, а вы тут пообщайтесь, - говорю я. Нужно, чтобы они познакомились, тогда будет легче. Мы ведь теперь как одно целое. В одном я уверен точно:когда меня не станет, я буду жив в их памяти, а значит бессмертен. Может быть именно это имел ввиду Падре? Так много вопросов и так мало ответов.
- Хорошо, - кивает Америка.
Я встаю и иду в комнату, куда забежал Зац. Тут жуткий бардак и сильно пахнет алкоголем. Кто бы сомневался. Сам же бородач сидит и выравнивает дорожки героина на стеклянном столике. Боюсь, что он сильно подсядет. Хотя, зная его, если не героин, то кокаин, если не кокаин, то марихуанна или крокодил. В общем, добром это точно не кончится. Наркотики никогда ни к чему хорошему не приводили, может поэтому растоманы называют их "добром"? Как бы в противоречие.
- Не узнаёшь? - улыбаюсь я. Он поворачивает голову ко мне, смотрит несколько секунд отрешенными глазами и...абракадабра! Его наконец осиняет.
- Тихоня,ты приехал!!! Точняяяк, у меня ж для тебя это, подарки были! Только я их это... всё... - пытается что-то сказать Зац, но пока что ничего путного у него не выходит.
Мы пожимаем друг другу руки, затем он протягивает мне бутылку рома, стоявшую возле его дивана. Отлично,именно этим я и запью таблетку.Интересно, что будет? Что ж, сейчас проверим.
- Братан, спасибо тебе. Откуда у тебя эти... Как их? Татухи эти... И как ты смог нас это... Ватащить... Нас прямо хоп и сразу же сюда, - рассказывает Зац. Речь его немного заплетается. Верно, ведь я сейчас похож на приведение, а точнее говоря на призрак Падре. Я бы очень хотел, чтобы он вернулся к нам. Америка очень скучает по нему, как и он по ней. Нет повести печальнее на свете, чем повесть о красотке и бандите. В помещении довольно прохладно, и я начинаю замерзать. Засранец вынюхивает остатки белого порошка. Наркоман, нюхащий кокс-зрелище не особо приятное. У меня всегда было к ним отрицательное отношение.
- Мы завтра летим в США, - говорю я.
- Что, в натуре? Стой, стой, но зачем? Нам тут плохо? И вообще как мы туда полетим?
- За нами идёт серьёзная охота, Зац. Документы и всё остальное у меня уже есть. Люди хорошие помогли.
- Ну тогда всё путём, дружбан! - улыбается Зац. Я вновь наслаждаюсь общением с этим бараном. Хоть он и полный кретин, но человек хороший, а это главное.
Слышу стук входной двери. Скорее всего,это Сухарь пришёл, и он не с пустыми руками, что радует! Мы с Засранцем спешим в гостиную, где Америка и Татьяна уже во всю болтают и смеются. Очень хорошо, что Ам смогла разговорить стеснительную и молчаливую девушку. Возле стены стоит телевизор, из которого доносятся голоса и апплодисменты. По телеканалу Россия 1 выступает мужчина в официальном костюме. Что это за передача? Я успеваю уловить отрывок из его фразы:" то, что сейчас происходит с молодёжью-это больно. Кина американского насмотрелись или книжек начитались. У них в головах просходит черти что - не знают, чего хотят в жизни, чего им вообще нужно. В тюрьмы попадают, погибают в драках ни за что...". "Мы сами не знаем, за что дерёмся" - мысленно отвечаю я.
Сухарь заходит в комнату и смотрит на меня так, будто в первый раз видит. Я улыбаюсь. Неужели он меня не узнал? А ведь именно из-за него я сейчас тут. Это он позвал меня в тот вечер, и я ему за это обязан. Я не жалею ни о чём, что произошло тогда. Тот день подарил мне настоящую жизнь. Такую, какую я давно искал. Мне нужна была хотя бы искра, но я получил целое пламя.
- Тихоня? - улыбаясь, говорит Сухарь. Он не может пошевелиться, и я его понимаю. Если бы я, например, увидел своего друга всего оббитого татуировками, когда совсем недавно был "чист", то тоже удивился бы.
- Да я конечно, кто ж ещё? - спрашиваю я. Сухарь наконец сдвигается с места и подходит ко мне, предварительно протянув руку. Теперь вся наша стая в сборе!
Прошло тридцать минут и мы уже сидим за столиком в гостиной. Засранец разливает ром, а я рассказываю, как провёл время и познакомился с Татьяной. Говорю обо всем, за исключением встречи с Падре, но, признаюсь, молчать об этом трудно. Ещё меня порадовало, что Засранец очень обрадовался появлению девушки в нашей комнаде. Да он даже мне так не радовался, как ей! А быть может, что он сейчас просто под кайфом и завтра, когда его отпустит, начнёт возмущаться. Сама же Татьяна уже нашла общий язык с ребятами, как только начала говорить об инциденте с ударом ножницами в пах. Время просто обязано остановиться, но ,увы, оно не подвластно моим желаниям. У него своя цель - идти вперёд и ни шагу назад.