Страница 12 из 35
Юноша повторил прием еще с полдюжины раз, прежде чем Хосато счел нужным вмешаться.
— Значительно лучше, — крикнул он. — Закончим на этом.
Джеймс весь мелко дрожал, испарина покрыла его лоб, но он изо всех сил старался не подавать виду, что смертельно устал. Хосато притворился, что ничего не заметил.
— Вот что я хочу сказать тебе, Джеймс, — заговорил он. — Когда придешь домой, найди зеркало в полный рост и попрактикуйся в выпадах перед ним, нанося удар в свое отражение. Потом начни чередовать финты и выпады. Когда ты сам не сможешь отличить разницу между финтом и выпадом, ты будешь готов обмануть противника.
Джеймс слабо кивнул.
— На сегодня все, — Хосато стремительно повернулся, чтобы убрать оружие. — Завтра в то же время?
— М-м… Хаяма? Мы… мы можем поговорить? Хосато взглянул на мальчика. Тот все еще слабо держался на ногах, но смотрел твердо и решительно.
— Конечно, — улыбнулся Хосато и указал рукой на стоящие у стены кресла. — Что ты хочешь спросить?
Поколебавшись, Джеймс последовал за ним.
— Я занимаюсь вот уже две недели… — начал он, — … и ты говоришь, что я быстро учусь.
— Так и есть, — Хосато недоумевал, к чему тот клонит.
— Это и вправду так? Или ты сказал это ради красного словца?
— Джеймс, ты правда один из самых способных учеников, какой у меня когда-либо был… — в голову дуэлянта пришла неожиданная мысль. — Тебя часом не вызвали на дуэль?
Хосато навис над парнем.
— Что? Нет, ничего подобного.
— Хорошо, — вздохнул тот, опускаясь и кресло. — Тогда что?
— Я… я думал, гожусь ли я тебе в… помощники? Хосато неожиданно почувствовал симпатию к парню.
— Джеймс, — ответил он, медленно качая головой, — быть дуэлянтом — один из самых неудачных способов зарабатывать на хлеб насущный. Вот почему я пытаюсь положить этому конец. Ты не…
— Я говорю не о том, чтобы быть дуэлянтом или учителем фехтования.
Металл в голосе юноши заставил Хосато резко вскинуть голову. Их глаза встретились.
— Ты не для этого приехал сюда, Хаяма, — голос юноши был тверд. — Ты это знаешь, и я это знаю, так что не будем играть в прятки, ладно?
Хосато попытался было возразить, но, чувствуя на себе взгляд юноши, не смог произнести ни слова. Несколько секунд он холодно смотрел на мальчика.
— Хорошо, Джеймс, — произнес он наконец, — так за кого ты меня принимаешь?
— Я… я не знаю, — признался тот, разом теряя свою уверенность. — Воровство… или промышленный шпионаж… а может, ты просто скрываешься от властей. Тебе удалось провести моего отца и Сашу, заморочить компьютеры, но вспомни, как ты сбил меня с ног в первый же день, как появился здесь. Я понял, что ты и Сузи не те, за кого себя выдаете.
— Джеймс, но если ты так в этом уверен, то почему никому не сообщил о своих подозрениях? Джеймс поморщился.
— Во-первых, они скорее всего просто посмеялись бы надо мной: мальчишка жалуется из-за проигранного поединка. Во-вторых, и это главное, я надеюсь, что ты возьмешь меня с собой, когда покинешь эту скалистую пустыню.
Хосато покачал головой.
— Я не понимаю тебя, Джеймс. Ты хочешь отправиться неизвестно куда с незнакомым человеком, которого к тому же принимаешь за преступника. Что же это за будущее? На что ты надеешься?
— А какое будущее у меня здесь? — отозвался мальчик. — Кем бы ты ни был, ты живешь вне комплекса… вне этих косных правил. И я хочу того же, но сам я этого никогда не добьюсь. У меня нет ни знаний, ни денег попытать счастья в одиночку. Если ты на содержании, где ж тебе набраться жизненного опыта. Мне нужен учитель или защитник… и пока ты лучший кандидат, которого я нашел.
— А чем плохо жить здесь? — спросил Хосато с притворным изумлением.
— Твой отец…
— Мой отец! — едва не закричал Джеймс. — Мой отец не может себе представить, что существуют люди, не желающие работать на корпорацию, ту самую корпорацию, которая отстранила его от дел. Совет директоров, видимо, решил, что он чересчур мягок и честен для дальнейшего продвижения по служебной лестнице, но слишком талантлив, чтобы дать ему возможность уйти. Создали для него синекуру — набрали штат сотрудников, управление производственной линией. Линией настолько стабильно работающей, что с ней смог бы справиться даже идиот. Потом забыли о нем.
— А может, твоему отцу все это представляется в ином свете?
— Уверен, что нет. У него масса недостатков, но он не дурак. Он знает, что отстранен от дел. Но вместо того чтобы смириться с реальностью и заняться личными проблемами, он ударился в прожекты. Охранные роботы! Революционный продукт! А ты знаешь, что ему велели закрыть проект? Но он по-прежнему тратит на него по четырнадцать часов в день! И ради чего? Ради того, чтобы получить очередной отказ!
— Но почему все так негативно настроены?
— Это считается невозможным. Роботы не могут нести охрану, и бесполезно тратить на это силы и средства компании.
— Наверняка у него есть основания считать иначе.
— Все, что я знаю, так это то, что он продолжает повторять…
Джеймс оборвал себя на полуслове и пристально посмотрел на Хосато.
— Неужели дело в этом? — спросил он.
— В чем?
— В охранниках-роботах. Так ты здесь для этого? И используешь меня как источник информации? С глубоким вздохом Хосато поднялся на ноги.
— Джеймс, мне кажется, ты зашел слишком далеко. Я не знаю, какие проблемы существуют между тобой и твоим отцом, и не хочу их знать. Но что я действительно знаю, так то, что вряд ли возьму тебя с собой, если захочешь бежать отсюда.
— Но…
Взмахом руки Хосато остановил юношу.
— Я выслушал тебя, дай мне сказать. Да, ты прав, я владею карате. Обычно я не признаюсь в этом, потому что устал от того, что все считает любого, у кого желтый цвет кожи, специалистом по единоборствам. Я применил против тебя прием в первый же день по той причине, по которой Сузи изменила кадр пленки. Мне была нужна работа. Я был на грани нищеты, а зарабатывать прежним способом — значит убивать людей. Видит Бог, я устал от этого.
Хосато пристально посмотрел на Джеймса. — Теперь, если ты хочешь доложить Саше и лишить меня работы, сделай это. Мне она не настолько нужна, чтобы прослыть вором и лжецом.
Он направился к двери, следом за ним поплыла Сузи. В последний момент ему в голову пришла еще одна мысль.
— Запомни этот разговор, Джеймс. Запомни, что мне пришлось сделать и с чем я был вынужден примириться ради куска хлеба. Подумай как следует, прежде чем решишь сделать серьезный шаг на пути к свободной жизни.
ГЛАВА 9
— А что, если один из агрегатов выйдет из строя? Хосато задал вопрос, заказывая через установленный на столе пульт очередную порцию напитков. В эти часы бар обычно пустовал, так что они могли беседовать без помех.
— Маловероятно, — поморщился его собеседник. — Но даже если и так, ничего особенного не произойдет.
Послышался негромкий сигнал гонга, центр стола с пустыми стаканами медленно опустился и через несколько секунд поднялся вновь с наполненными.
— Маловероятно? — переспросил Хосато. — Но ведь за производственными цехами никто не следит, и мне кажется, вывод из строя одного агрегата может привести к серьезной проблеме, если не к полной остановке работы.
Маленький бородатый человечек покачал головой и опять принялся прихлебывать из стакана.
— Нет, Хаяма, все обстоит иначе. — Рик наконец-то поставил на стол стакан. — Новая линия оборудована системой запасных блоков и дефектоскопов. Если какой-нибудь узел выйдет из строя, проклятые машины тут же обнаружат это и мгновенно установят на его место новый. Время задержки составит всего пятнадцать минут… максимум полчаса.
Хосато покачал головой, отставив в сторону нетронутый стакан.
— Не знаю, Рик, мне все же кажется, что у тебя могут быть большие неприятности. Ваши ремонтники и охрана занимаются перетягиванием каната, пытаясь решить, кому наблюдать за производственными цехами. Если случится авария, кому-то придется отвечать, и, с моей точки зрения, виноваты будут ремонтники.