Страница 256 из 305
Вессоринцы славятся своей выносливостью. Поговаривают, будто они могут обходиться без воды и пищи в течение многих дней, если того требует поставленная боевая задача. Впрочем, если он собирался просто выделываться, меня это тоже вполне устраивало.
Я тщательно обшарил внутренности спидера. Позаимствованный из кабинета Креции переносной сканер был настроен на отслеживание коротко- и длинноволновых сигналов… передатчики, маяки, декодеры. Ничего. Я удостоверился, что все в порядке, и заодно проверил самого вессоринца. Чисто. Шансы налетчиков найти нас с помощью маяков были равны нулю.
На осмотр судна у меня ушло полчаса. Затем я вновь присел рядом с пилотом. Солнце поднялось уже достаточно высоко. Горячие лучи пробрались сквозь боковой люк и раскалили металлический пол. Спасаясь от жары, вессоринец подобрал ноги, стараясь укрыться в остатках тени.
Я снова предложил ему воду. Ответа не последовало.
- Как тебя зовут? - спросил я.
Он сжал челюсти.
- Как тебя зовут? - На этот раз я применил Волю.
Он задрожал.
- Эйно Горан. - Его голос был сухим и хриплым.
- А до того, как ты стал Эйно Гораном, как тебя звали?
- Ргх-х…
Его решимости можно было позавидовать. Вессоринцы относились к «затупленной» расе, среди них часто рождались неприкасаемые. В программу их военной подготовки входило изучение методов сопротивления допросам, и поначалу мне казалось, что он знает какой-то трюк, позволяющий блокировать ментальные удары.
Но, продолжая допрос, я начал подозревать, что в большей степени его сопротивление было связано с имплантированной личностью. Я попытался удалить ее, но, как и прежде, она не сдвинулась с места. Маска казалась грубой и примитивной, но установлена была надежно, и часть ее действовала как щит. Он не просто не хотел отвечать. Он не мог этого сделать.
- Грегор?
Я выглянул из люка и увидел, что во двор вышла Креция.
- Грегор, что, черт возьми, ты делаешь?
Я вылез из спидера и отвел ее к стене сада. Вессоринец наверняка слышал, как она назвала меня по имени.
- Этот человек связан, словно проклятый цигнид! - возмутилась Креция.
- Этот человек убил бы меня, представься ему такая возможность. Он связан ради нашей общей безопасности. Я должен допросить его.
Креция впилась в меня сердитым взглядом. Она переоделась в длинное платье из синего атласа с эпиншировой вышивкой. Ее соломенного цвета волосы были собраны на затылке в тугой узел и закреплены двумя золотыми булавками. Она была красивой и надменной, точно такой же, какой я запомнил ее. Мне всегда нравились ее высокие скулы, красивый рот и бледно-карие глаза, в которых отражался интеллект и горела страсть. Правда, с момента нашего появления в них пылала только ярость.
- Словно цигнид, - повторила она. - Я не позволю ничего подобного в моем доме…
- Тогда что ты предлагаешь? У тебя найдется надежное и безопасное помещение, в котором его можно содержать?
- Предоставить тебе камеру для него? Ха!
- Либо так, либо он останется в спидере.
Она задумалась, а затем произнесла:
- Я прикажу Фейбсу разобрать одну из кладовок наверху.
- И чтобы никаких окон.
- Во всех есть чертовы окна! Но в той кладовке только небольшое вентиляционное оконце, недостаточно широкое, чтобы в него мог кто-нибудь пролезть.
- Спасибо.
- Я хочу осмотреть его.
Возражать было бесполезно. Она тщательно осмотрела пилота.
- Не беспокойтесь. Я доктор Кр…
- Не думаю, что ему стоит знать твое имя. Как и мое. Осторожнее с ним.
Она сделала глубокий вдох и постаралась говорить как можно спокойнее:
- Я врач. И просто собираюсь осмотреть вас. У вас есть имя?
Пилот покачал головой.
- Он использует имя Эйно Горан.
- Понятно. Эйно, ситуация неприятная, но если вы будете сотрудничать со мной и с Гр… и моим другом, это сможет изменить ваше положение в лучшую сторону. И в самое ближайшее время.
Друг. Я почувствовал злобную издевку, которую она вложила в это слово.
Креция неодобрительно посмотрела на меня.
- Ему необходимо пить и есть. Особенно пить, учитывая эту жару.
- Скажи это ему.
- Вы должны пить, Эйно. Если вы не станете пить, я буду вынуждена положить вас под капельницу.
Только после ее увещеваний пилот выпил немного воды.
- Очень хорошо, - сказала она и обернулась ко мне: - Его путы слишком тугие.
- И ослаблять их я не стану.
- Тогда подними его и дай немного пройтись по двору. Свяжи руки чуть иначе.
- Возможно, позднее. Если бы ты знала, кто он такой и что сделал, то не была бы настолько гуманна.
- Я офицер Официо Медикалис. Не имеет значения, что он натворил.
Мы возвратились в гостиную.
- Его личность имплантирована. Я должен проникнуть сквозь нее.
- Чтобы узнать, кто он на самом деле?
- Чтобы узнать, на кого он работает.
- Ясно.
Она села и принялась грызть ногти. Креция всегда так поступала, когда нервничала.
- У тебя есть медицинские препараты. Может быть, зендокаин? Вульгата оксибарбитал?
- Шутишь?
Я покачал головой и сел напротив нее.
- Я говорю серьезно. Мне необходим психотропный препарат, или, по крайней мере, опиат, или барбитурат, чтобы ослабить его силу воли.
- Нет. Это абсолютно недопустимо.
- Креция…
- Я не стану участвовать в пытках!
- Это не пытки. Я не собираюсь причинять ему боль. Мне просто необходимо открыть его сознание.
- Нет.
- Креция, я в любом случае сделаю это. У меня есть мандат Священной Инквизиции на проведение допроса, а обстоятельства позволяют мне применить куда более жесткие меры. Разве тебе не кажется, что будет лучше, если это произойдет под твоим профессиональным присмотром?
Вечером мы перетащили вессоринца в дом и поместили его в освобожденном Фейбсом чулане. В комнате не осталось ничего, кроме кровати с матрацем. Я снял с пилота повязку, а затем, держа его на прицеле, попросил Эмоса развязать пленника.
Креция молча наблюдала за происходящим, подчеркнуто не замечая оружия.
- Расстегни комбинезон! - приказал я. Креция хотела было что-то сказать, но я прервал ее:
- Ты ведь должна осмотреть его руку, доктор?
Я заставил его раздеться еще и для того, чтобы Эмос тщательно изучил татуировки на теле наемника. Пока ученый осматривал его и заносил свои примечания на информационный планшет, вессоринец стоял перед нами с угрюмым видом, опустив взгляд в пол.