Страница 193 из 305
Как и в случае с остальными посланиями, все зависело исключительно от его доверия. Я писал только тем мужчинам и женщинам, которых ни в чём не мог заподозрить и которые, вне зависимости от отношения ко мне, могли бы оказать любезность и согласиться на встречу, чтобы обсудить вопрос Квиксоса. Если бы они отказались от меня или от участия в моем деле, проблем бы не возникло. Я не думал, что кто-нибудь из них предаст или попытается арестовать меня.
Мы ждали. Моё нетерпение возрастало с каждой минутой, я начинал нервничать. Меня раздражали тёмные мистерии, посеянные Понтиусом Гло в моей голове. Мне не удавалось выспаться уже четыре месяца. Я становился вспыльчив.
Я полагал, что Гладас прибудет сам или, по крайней мере, отправит какое-нибудь послание. Он мог задержаться, опоздать или быть слишком занят собственными благородными делами. Но я не думал, что он станет игнорировать меня, и поэтому искал в вечерних толпах его длинноволосую голову, его бороду, серые одеяния или посох с шипастым навершием.
- Он не придёт, - сказала Унгиш.
- Да прекрати ты каркать.
- Пожалуйста, инквизитор, я хочу уйти. Мой сон…
- Почему ты не доверяешь мне, Унгиш? Я защищу тебя, - сказал я и отодвинул полу чёрного льняного плаща, чтобы она смогла увидеть лазерный пистолет, лежащий в кобуре.
- Почему? - раздражённо ответила она. - Потому что ты играешь с огнём. Ты пересёк черту.
- Зачем ты так говоришь? - дёрнулся я, услышав, как слова Понтиуса разносятся эхом в моей голове.
- Потому что так и есть, будь ты проклят! Еретик! Проклятый еретик!
- Прекрати!
Она неловко вскочила со скамейки. Паломники стали оглядываться, услышав её гневные выкрики.
- Еретик!
- Прекрати, Тереза! Сядь! Никто не причинит тебе вреда!
- Кто бы говорил, еретик! Ты проклял нас всех своими делами! И платить за это придётся мне! Я видела это в своих снах… это место, этот час… твоя ложь перед алтарём, кружащие в небе птицы…
- Я не лгал, - сказал я, усаживая её обратно на скамью.
- Он идёт, - прошептала Тереза.
- Кто? Гладас?
- Не Гладас. - Она потрясла головой. - Он никогда не придёт. Никто из них не придёт. Все они прочитали твои прелестные, жалостливые письма и тотчас стёрли их. Ты еретик, и они не станут связываться с тобой.
- Я знаю людей, которым писал, Унгиш. Ни один из них не отречётся от меня.
Когда она обернулась и заглянула мне в лицо, каркас, удерживающий её голову, натужно зашипел. Глаза Терезы были полны слез.
- Я так боюсь, Эйзенхорн. Он идёт.
- Кто?
- Охотник. Больше ничего мой сон не показал. Охотник, бесформенный и незримый.
- Ты слишком сильно волнуешься. Пойдём со мной.
Мы возвратились в собор Святого Эзры Смотрящего и заняли места перед молельными кабинками. Свет вечернего солнца бил косыми лучами сквозь окна. Статуя святого, возвышавшаяся за алтарной перегородкой, выглядела величественно.
- Теперь лучше? - спросил я.
- Да, - прохныкала она.
Я продолжал оглядываться, надеясь, что появится Гладас. Многочисленные паломники прибывали на вечернее богослужение.
Вероятно, он решил не приходить. Возможно, Унгиш была права. Я мог оказаться куда большей парией, чем представлял, даже для старых друзей и коллег.
Возможно, Гладас прочитал моё скромное коммюнике и с проклятием отверг его. Он мог переправить его арбитрам… или Экклезиархии… или Службе Внутренних Расследований Инквизиции.
- Ещё две минуты, и мы уйдём.
Время, в которое я предлагал Гладасу встретиться, давно прошло.
Я снова осмотрелся по сторонам. Паломники наводняли собор через главный вход. В плотном потоке я заметил пустое место, достаточное для одного человека, но, несмотря на толкотню, молящиеся почему-то не занимали его. Я удивлённо распахнул глаза. В толпе проскочила энергетическая вспышка, напоминающая статический разряд на зеркальном щите.
- Унгиш, - прошипел я, протягивая руку к оружию.
Из пустоты вырвались и с визгом понеслись вдоль нефа болтерные заряды. Паломники заорали и бросились врассыпную.
- Охотник! - завопила Унгиш. - Бесформенный и незримый!
Так оно и было. С активизированным зеркальным щитом, он казался просто дрожью горячего воздуха, выделяющейся только благодаря ярким вспышкам оружия.
Паника охватила собор. Верующие толкали друг друга, стремясь к дверям. В стенках молельных кабин образовались неровные дыры, пробитые болтерными зарядами.
Я открыл ответный огонь очередями из лазерного пистолета.
- Шип вызывает Эгиду, малодушные псы в исподнем!
Это всё, что я успел сказать, прежде чем болтерный заряд вскользь задел мою шею, отбросив меня назад и уничтожив вокс.
Истекая кровью, я покатился по мраморному полу.
- Эйзенхорн! Эйзенхорн! - Вопль Унгиш оборвался криком агонии.
Я увидел, как она отлетает назад и падает, ломая деревянные скамьи. Болтерный заряд поразил её в живот. Тереза скорчилась на полу, среди деревянных обломков, стеная и крича от боли.
Я попытался подползти к ней, но безумная болтерная пальба разнесла остатки первого ряда скамей. Я поднял взгляд. Охотник на ведьм Арнаут Танталид отключил зеркальный щит и пристально смотрел на меня сверху вниз.
- Эйзенхорн, ты обвиняешься в ереси, и теперь этот факт не вызывает никаких сомнений, учитывая карту экстремис, заполненную на тебя. От имени Министорума Человечества я лишаю тебя жизни.
Глава двадцать первая
СМЕРТЬ В СОБОРЕ СВЯТОГО ЭЗРЫ
ДОЛГАЯ ОХОТА
ОТРЯД ПЯТЕРЫХ
Для меня остаётся загадкой, как Танталид нашёл меня. Но, как я полагаю, он уже давно сидел у меня на хвосте, причём ещё до Синшары. Тот факт, что он прибыл к собору Святого Эзры Смотрящего именно в этот день и час, убеждает меня в том, что ему удалось перехватить моё послание к Гладасу. И он вполне мог одержать победу надо мной прямо не сходя с места, если бы воспользовался преимуществом и закончил дело с помощью болтера.
Вместо этого Танталид убрал болт-пистолет и обнажил древний цепной меч Теофант, намереваясь привести приговор в действие с помощью священного оружия.