Страница 113 из 137
— Поч жив, — повторила Тиви, и в голосе её звенела уверенность. — Он там.
Ралли-Фадж узнал о бегстве двух узников в тот момент, когда в Нхэт прибыл Властелин Тьмы. Змеедемоны во Дворце Мерзостей учуяли приближение своего хозяина и начали скрипеть в песенном ритме с насестов на галереях пирамиды.
Эта месмерическая музыка вплыла в сады колдуна и обожгла его страхом. Висячая плоть застыла неподвижно, пустые глазницы уставились на змеедемона, нарушившего его транс, чтобы принести тревожные вести. Оглушённый безмолвный разум колдуна отказывался работать.
Скользкий демон медленно извивался. Он танцевал под пение других чудовищ, шепчущее в серебряном воздухе. Подумав, что колдун не услышал с первого раза, демон повторил:
— Из лагеря сбежали двое заключённых.
Хриплый голос разорвал ошеломление колдуна, и оно сменилось чистейшим страхом.
— С-сбежали? — произнёс огненный язык. — Кто? Как?
— Вор Бульдог, — ответил демон. Его набрюшные морды гудели в такт пению собратьев, улыбаясь в безумии блаженства. — И фабричная нищенка Тиви. Двое нарушителей с чармострельным оружием оглушили огров и Вороньего Хлыста.
— Наруш-шителей? — Ралли-Фадж боролся с паническим страхом. — Что за наруш-шители выс-ступили против Влас-стелина Тьмы? С-сколько их?
— Двое.
— Двое! — Крик колдуна вырвался изо рта клубом пламени. — Как могли двое победить огров?
— Дождь загнал почти всех огров в лагерь, — объяснил змеедемон и стал покачиваться под тихую песню набрюшных пастей. — Нарушители действовали быстро.
— Кто? — в страхе выкрикнул колдун. — Кто они такие?
— Огры и Вороний Хлыст до сих пор без сознания. Я прибыл сразу.
— Разбудить! — Колдун в отчаянии глянул на танцующего змеедемона. — Плевать, что огры не любят Чарма — применить к ним магию! Найти, кто пос-смел. Но не докладывать здес-сь. Я должен вс-стретить наш-шего влас-стели-на. Ждать меня в лагере. Лети немедленно!
Демон взмыл в воздух.
— Погоди! — крикнул ему вслед Ралли-Фадж. Он лихорадочно пытался сопоставить события и проклинал себя за то, что позволил себе уйти в транс после успешной поимки Дрива и Рики. — Найти с-сбежавш-ших!
— Погоди ещё! — остановил себя Ралли-Фадж, сообразив, что Властелин Тьмы сразу заметит отсутствие многих змеедемонов. — Возьми тех, что с-сейчас-с в дозоре. Найти с-сбежавш-ших!
Демон улетел, а Ралли-Фадж ещё глубже погрузился в отчаяние. Рано или поздно Властелин Тьмы об этом узнает.
Лучше поздно, чем рано. Когда сбежавшие будут пойманы — и наказаны.
Пение змеедемонов поднялось до визга, и колдун понял, что до прибытия Худр'Вра остались считанные мгновения. Он хотел принять своего повелителя на вершине пирамиды, в роскошных покоях, которые он создал для хозяина всего Ирта.
С помощью Чарма в ходулях Ралли-Фадж пролетел по садам и вознёсся по каменной спирали. Он только коротко глянул по сторонам, проверяя, что пленники плавают в кровавом дыму. Обваренные лица слепо глядели из прозрачных гробов.
Он подлетел к вершине, глядя на змеедемонов, прорезающих дождливую дымку рассвета. Из этого гадючьего клубка спустились Властелин Тьмы в зубчатой броне и его наложница Тилия, летящая на своих ведьминых вуалях.
Они приземлились на изогнутый порог, и даже Худр'Вра казался маленьким на фоне гигантского портала с нависающими каменными складками. Величие архитектуры слило анатомию живого организма с чистой прямолинейной геометрией пирамиды, а на её вершине создало просторный хрустальный зал.
Властелин Тьмы долгие мгновения стоял недвижно, оценивая то, что предстало его глазам. Святилище изнутри сияло звучным жидким светом, озаряющим тёмные контуры пустоты голых стен, загибающихся внутрь и скрывающих потайной источник ослепительного сияния. Оттуда лилась тихая гипнотизирующая музыка, перекрываемая цокотом змеедемонов.
— Внутреннее убранс-ство, мой повелитель, я оставил на ваше ус-смотрение, — обратился Ралли-Фадж к Худр'Вра. — Я надеюс-сь, что вы будете довольны.
— Я очень доволен, — благосклонно кивнул Худр'Вра, хотя на самом деле предпочитал человеческие размеры дворцов, в которых останавливался по пути. Но он не мог не признать, что этот впечатляющий и странно пугающий монумент был именно тем сооружением, откуда он хотел бы управлять разрушением Ирта.
— Что ты об этом скажешь, дорогая? — спросил он у Тилии.
Королева ведьм фыркнула:
— Мне не нравится.
Худр'Вра разразился громовым хохотом:
— Конечно, тебе не нравится! Женские органы, символ плодородия, символ жизни, насажены на безличное острие пирамиды, неодушевлённого предмета. Самый подходящий символ для того, что я творю с этим миром. Отличная работа, Ралли-Фадж.
— Благодарю вас, мой повелитель.
— А теперь покажи мне наш трофей, — злорадно произнёс Худр'Вра. — Покажи мне этого герцога, лорда Дрива.
Тук. Тук. Тук.
Колдун прошёл на ходулях мимо Властелина Тьмы и королевы ведьм, мимо губообразного порога и вниз, к круговым рельсам, клоачной эмблеме всего того, что собирался устранить Властелин Тьмы.
При приближении Худр'Вра ржавая цепь со скрипом остановилась. Тилия осталась позади в гигантской закруглённой раме дверного проёма, с интересом глядя туда, где со скрежетом открылись двери вагона.
Она ненавидела лорда Дрива и весь его род за вражду, которую его предки зажгли в её народе своим грубым требованием объединения доминионов. Но видя его вот так, как сейчас — с позеленевшим телом и бессмысленным взглядом безумных глаз, — она познала жалость.
Единственным её утешением было то, что она хранила молчание. Как королева ведьм, она имела доступ ко всем тайнам мудрецов в их святилищах и ведьм в их ковенах. Она с самого начала знала, как змеедемоны попали на Ирт. Она знала тайну Тёмного Берега. И ни тенью намёка не выдала это Врэту. Любовных забав, самого вульгарного и простого удовлетворения похоти, было достаточно, чтобы занять его мысли. Не однажды она вопрошала слепого бога Случая, который привёл его обратно на Ирт, и думала, какую же роль сыграли два его товарища, Смерть и Справедливость.