Страница 91 из 135
Но что случилось с его убеждениями, с его несгибаемой фанатичной преданностью интересам двора, когда советнику Амиру стала известна еще одна незначительная деталь: заговорщики признали необходимым убрать и другого нежелательного свидетеля - супругу профессора Динстлера , поскольку, как гласит восточная мудрость, там, где есть женский язык, нет места тайне. Ванду называли попросту "объект2" и лишь благодаря случайности Амиру удалось узнать, что план уничтожения "объекта" вступил в действие.
*************
Близился конец ноября и со дня на день ожидалось сообщение от исполнителя о завершении задания. Получив от Хосейна разрешение на короткий визит в Европу по частным делам, Амир срочно вылетел во Францию. Он не знал, что предпримет и как заслонит Ванду от беды, молясь лишь о том, чтобы успеть.
В "Каштанах" гостя встретил профессор Динстлер. Выслушав короткое сообщение Амира о состоянии Максима и приняв старинный Коран в качестве благодарности Хосейна за проделанную им работу, Динстлер сообщил, что пребывает пока в одиночестве. Ванда уже неделю путешествовала, планируя в заехать в Швейцарию и забрать Криса из школы на рождественские каникулы.
- Сейчас жена гостит у своей университетской подруги в Германии. Лилиан удачно вышла замуж, став вместо практикующего терапевта хозяйкой большого дома в курортной местности. Ее усадьба на берегу Кимзее стала известна благодаря зоопарку. В нем содержатся собранные Лилиан по всему свету больные, изувеченные животных. Ванда не слишком увлекается зоологией, но это чудесное, абсолютно спокойное в ноябре место, где можно пожить отшельником... В общем, ей просто было необходимо немного успокоить нервы, - сообщил Динстлер и с удивлением услышал, что гость заглянул к нему проездом и даже не останется к обеду. Амир еще раз поблагодарил профессора, напомнив о крайней секретности проведенных с Максимом манипуляций. Пигмалион многозначительно усмехнулся - ему еще не приходилось и, наверняка, не придется работать на иных условиях:
- Боюсь, успехи моей деятельности не станут достоянием общественности в ближайшее столетие. Именно поэтому я еще жив. - А Ваша супруга, господин Динстлер, как справляется она с этими проблемами?
- Ванда - мой товарищ и партнер. Но я всегда считал, что ей лучше держаться в стороне от моих дел и не перегружал жену излишней информацией. Ванда не посвящена в ситуацию с вашим мальчиком. А то что видела - уже "забыла". Вы можете быть уверены в моей супруге, так же, как и во мне самом.
Поздно вечером того же дня Амир, взяв в автосервисе Мюнхенского аэропорта новенький БМВ, катил по направлению к Траунштайну - симпатичному старинному городку в окрестностях Кимзее. Он не становился на ночлег в местном отеле, а подробно расспросив портье о вилле с зоопарком, погнал во всю мощь свой автомобиль по скоростному автобану. Курортный сезон давно кончился, кемпинги и маленькие гостиницы типа "альпийская избушка" с деревянными террасами и непременными оленьими рогами над входом пустовали. Темные окна навевали тоску и Амиру пришлось долго колесить по лесным дорогам, прежде чем он нашел то, что искал. Подъезд в усадьбу преграждали надежные ворота с обстоятельным предостережением: "Осторожно. Частные владения. В зверинце со- держатся дикие животные. Проникновение на территорию очень опасно". "Отлично! Может, хотя бы эти зверюшки защитили Ванду," - подумал Амир и закатив автомобиль в кусты, стал обходить высокую каменную ограду. Забраться на стену ловкому как кошка пришельцу не составило труда, и через несколько - минут, он уже пробирался к большому трехэтажному дому, благодаря Аллаха за то, что по саду не бегали спущенные на ночь собаки. Из глубины сада потянуло запахом зверья и по- слышалось печальное завывание - один голос, второй - и вот уже самозабвенно скулил целый собачий или волчий хор. Не- сколько окон в доме еще горели, у подъезда, освещенного старинными, забранными в чугунные клетки фонарями, стоял се- ребристый "седан" с австрийским номерным знаком. Подтянувшись на руках к освещенному окну первого этажа, Амир увидел полутемный холл, в центре которого, беседуя с коротконогой брюнеткой, стоял смуглый черноволосый мужчина. Сердце Амира сделало сильный предупредительный удар. Тут же в комнате вспыхнул яркий свет и по лестнице, ведущей на второй этаж, сбежала, радостно улыбаясь и наскоро запахивая поверх домашнего платья шерстяной жакет Ванда. Брюнетка представила ей смуглого господина и Амир заметил, как вмиг погасло, по- грустнело Вандино лицо. Теперь они что-то обсуждали, вернее, хозяйка, кивая на большие напольные часы, показывающие пол- ночь, видимо, приглашала гостя остаться. Он же категорически махал руками и обращаясь к Ванде, говорил торопливо и темпераментно. Ванда согласно кивнула, хозяйка недоуменно пожала плечами, мол: "делай, как знаешь". Гость опустился в предложенное - кресло напротив часов, показав Ванде на циферблат. Она утвердительно махнула рукой и побежала на второй этаж.
Амир, не замечая, что раздирает в кровь пальцы, бесшумно и ловко цепляясь за водосточный желоб, забрался к балкону, залитому голубоватым светом из зашторенного окна. Он не сомневался, что это окно вандиной комнаты и думал лишь о том, как проникнуть туда, не напугав женщину и не подняв переполох. Сняв с указательного пальца тяжелый перстень с печаткой, внимательно изученный Вандой в их прошлое свидание и продев в него носовой платок, Амир точно метнул послание в открытую форточку. Штора с шелестом распахнулась, балконная дверь приоткрылась, являя ошеломленное вандино лицо.
Она пропустила его в комнату и рухнула на диван, приглушив изумленный вопль: Амир зажал ладонью ее полуоткрытые губы и прошептал:
- Тише, умоляю, тише! Ты в большой опасности. Мы должны незаметно исчезнуть! В доме есть какой-нибудь другой выход? Понадобилось минуты три, чтобы убедить Ванду в необходимости побега. Вняв уговорам Амира, она не взяла с собой ничего из вещей, бросив в центре комнаты раскрытый чемодан, лишь прихватила маленькую сумочку с косметикой и документами. Амир отвернул напоследок вентили в душевой комнате и они тихонько выскользнули в коридор.