Страница 2 из 38
- Джорджия! - позвал он ласково. - Ну, ты идешь?
Она прижала учебники к груди, стиснув их так, что побелели костяшки пальцев, быстро оглянулась на отца.., и тихонько переступила к Джеку. Потом еще раз, еще...
- Джорджия... - предостерегающе произнес отец.
- Я ненадолго, папа, - нетвердым голосом отозвалась она. - Обещаю - к ужину вернусь.
- Джорджия, мы еще не...
- Эй, старина, она же сказала - к ужину будет дома, - вмешался Джек. - Так в чем же дело?
К его удивлению, Грегори Лавендер молча проглотил эту издевку, не попытался подавить бунт в зародыше. Остается надеяться, что ей не очень достанется, когда она вернется домой. А покамест он помог ей выиграть это маленькое сражение. Отныне Грегори Лавендер пусть знает: у его дочери есть заступник. Быть может, это хоть как-то скажется на ее жизни. И, черт возьми, как знать - быть может, и на его жизни тоже?
Он открыл дверцу, помог Джорджии устроиться и, обойдя машину, сел за руль. Двигатель взревел, и Джек, повернувшись к девушке, улыбнулся.
- Привет, - сказал он.
- Приветик, - ответила она. Улыбка его стала еще шире.
- Меня зовут Джек Маккормик.
- Знаю. Я всегда... - С тихим, нервным смешком она умолкла, пожала плечами и поправила указательным пальцем очки. Потом застенчиво провела большим пальцем по его подбородку и щеке - там, где ссадина. И повторила уже спокойно:
- Да, знаю. Рада с тобой познакомиться.
Глава 1
Джек Маккормик сидел за огромным столом красного дерева, тупо уставившись на обшитые таким же деревом стены своего кабинета. Перед ним лежал вскрытый конверт с пометкой "конфиденциально" и хрустящий лист бумаги со штампом "Сыскное агентство Роксана Матени". Джек уже четырежды прочел письмо, но никак не мог поверить в то, что было в нем написано.
Не отдавая себе отчета в своих действиях, он выдвинул верхний ящик стола и достал старый бейсбольный мяч. Ладонь его прикоснулась к потертой коже так, словно ласкала грудь возлюбленной. С незапамятных времен у него этот мяч. Все остальные вещи растерялись по пути.
Взгляд Джека снова сосредоточился на письме: они нашли его. А у него все не было времени их искать. Тихий стук в дверь вывел его из задумчивости; он поднял голову.
- Войдите.
Распахнув дверь, в кабинет уверенно вошел Адриан Шавец, ближайший помощник, но, увидев выражение лица шефа, в замешательстве остановился.
- Что-то стряслось?
Джек медленно покачал головой, крепче сжимая мяч.
- Что у тебя?
.Адриан протянул ему объемистую папку:
- Иск. Лавендера. Очередной, никто уже не удивляется.
Стиснув зубы, Джек отложил мяч и взял папку, сразу отбросив все пос-юронние мысли.
- И чем нас порадует Грегори Лавендер сегодня?
- Мало нового по сравнению с тем, что он сказал за последние несколько месяцев. - Адриан постарался как можно небрежнее сложить руки на груди.
- А все же, - удовлетворенно ухмыльнулся Джек, - он добавил на этот раз что-нибудь новенькое?
- Да. И выразился весьма определенно насчет тебя.
- Теряюсь в догадках.
Адриан взглянул на шефа почти восхищенно.
- Что он скорее увидит тебя в гробу, чем уступит тебе свою компанию. Особенно после того, что ты сделал с его дочерью.
Джек издал некий звук, который больше всего походил на презрительное фырканье.
- Готов поспорить - не увидит. Адриан качнулся на каблуках.
- А.., что ты все-таки с ней сделал?
- Освободил ее, - насмешливо прищурился Джек.
- Забавно, - кивнул Адриан.
- Вообще-то это было больше похоже на... - И глубоко вздохнул, не договорив.
Прошло уже больше двадцати лет с тех пор, как Джек в последний раз виделся с дочерью Грегори Лавендера. Но за это время не было и дня, чтобы он не думал о ней. Освободил ли он ее? Проклятье, скорее, это Джорджия освободила его.
Адриан терпеливо ждал, что решит босс, и наконец спросил:
- Итак, что будем делать?
На этот раз Джек фыркнул от всего сердца. Он так долго ждал чего-то в этом роде. Как там говорится в старой пословице? Месть - это блюдо, которое лучше подавать холодным. Точнее, пожалуй, не передать чувств, переполнявших его душу. Он вернет Джорджии Лавендер давнишний долг. Он долго ждал. Взял письмо Роксана Матени, еще раз пробежал: вот, и этого тоже. Все произошло одновременно. Получится ли у него решить оба дела сразу? Стоит ли браться? Кто знает... И все же надо пользоваться открывшимися возможностями, извлечь из них максимум пользы. Только так можно выжить. Только так удалось ему когда-то спасти свою жизнь. И еще ему помогла Джорджия Лавендер.
Пора, решил Джек, пора ехать в Карлайл. Настало время вернуть долг Джорджии. Заставить Грегори Лавендера заплатить за то, что он сделал со своим единственным ребенком.
***
Огромные свинцово-серые волны быстро набегали и разбивались, образуя потоки белой пены. Джорджия Лавендер стояла на балконе, и холодный зимний ветер яростно трепал ее длинные огненные волосы. Узкая полоска горизонта терялась между серой пеленой океана и серой громадой неба.
Уже несколько дней солнце не появляется. Но ей так даже лучше соответствует настроению. Не нарисуй она этот пейзаж раз десять за последние несколько месяцев - поспешила бы в дом за красками и взяла бы только тюбики черной и белой; может быть, еще немного зеленой и синей. Зимой побережье у Карлайла выкрашено лишь в разные оттенки серого, и она уже много раз запечатлела все это на холсте. В ее мастерской полно таких картин, но туристам никогда не надоедает их раскупать.
Температура низкая, а от пронизывающего ветра еще холоднее. Пожалуй, надо прогуляться. Ивен вернется не раньше чем часа через два, но ее почему-то не покидает чувство беспокойства. Молли спит крепким сном на диване...
Услышав свист хозяйки, огромная собака проснулась и соскочила на пол, отчаянно махая хвостом.
- Пойдем погуляем, моя девочка? - задала праздный вопрос Джорджия.
Молли громко, с готовностью залаяла.
Джорджия натянула теплый светлый свитер и джинсы, заплела непокорные волосы в толстую коричнево-ржавую косу, опустившуюся до лопаток, накинула поверх свитера джинсовую куртку на подкладке. Не стоит надевать на Молли поводок: на пляже пусто, никого. Джорджия привыкла, что в это время года на многие мили вокруг, кроме них с Ивеном, на всем побережье ни души. Впрочем, оба они ничего не имеют против одиночества - им нравится здесь, вдали от людской суеты. В конце концов, а Молли чем не общество - от нее хоть не услышишь ни одного дурного слова.