Страница 8 из 14
– А кто ты такой будешь, мил человек? – нацепив очки с толстыми стеклами, спросила женщина.
– Я буду мэр! – весомо отрезал Масляков.
– Странная фамилия… – пробормотала она, вынимая из пакета бутерброд.
Такое поведение работника единственной гостиницы города расстроило мэра и он взял со стола толстый журнал с выведенной маркером надписью «Регистрация», быстро развернул его и начал читать последние записи. Администратор, принявшись пить чай с бутербродом, через очки с любопытством смотрела на Маслякова. Потом сказала, потянувшись к телефону:
– Пожалуй, я наряд полиции вызову.
Мэр ничего не ответил, продолжая просмотр. Но фамилию водителя он не знал, а Миронова среди заселившихся накануне в гостиницу не просматривалось. Тогда Масляков оставил журнал в покое и, повысив голос, спросил у закончившей разговор по телефону любительнице горячего чая:
– Почему вы не хотите меня выслушать?
– Так сейчас тебя, милок, наряд и выслушает! – очень спокойно и рассудительно ответила администратор. – Полиция у нас под боком, ждать долго не придется… Мэр ты или не мэр – она быстро выяснит!
Рассеянно посмотрев на стол с журналом, женщина перевела взгляд на раскрытую местную газету с какой-то фотографией, вздрогнула и этак задумчиво спросила:
– Ваша фамилия случайно не Масляков?
Усевшийся на диван ждать наряд полиции, мэр сразу признался:
– Точно, это моя фамилия. Документ показать?
Администратор отодвинула стакан с бутербродом, встала из-за стола и направилась к двери, бросив на ходу:
– Пойдемте!
Пожав плечами в недоумении, Масляков проследовал следом. Он давно не был в городской гостинице, а то бы и без администратора сориентировался. Они поднялись на второй этаж и, показав рукой в конец коридора, женщина довольно вежливо произнесла:
– Номер пять. Может, это и заместитель губернатора, но по его поведению – не похоже. Вчера в забронированный номер поселили именно его, Виктора Калашникова, – после чего она повернулась и ушла вниз, видимо, встречать наряд.
Мэр нашел дверь с блестящей металлической пятеркой посередине и нажал кнопку звонка. Почти сразу ему открыли. В коридоре двухкомнатной, отделанной под евроремонт квартиры стоял молодой кучерявый парень. На двери раскрытой ванной комнаты сиротливо висели влажные женские трусики.
– Калашников? – уточнил Масляков.
– Ну! – кратко ответил парень.
– Я мэр города. Где можно увидеть Игоря Илларионовича?
Кучерявый не оробел, наверное, с мэрами городов он встречался не раз, поэтому сразу отошел в сторону:
– Проходите… Ларионыч мне не доложил, куда вчера направился. Его какая-то баба в неизвестном направлении увезла на черном ровере. Вчера вечером мы двумя машинами добрались сюда от Дома культуры, шеф меня пристроил на ночь, а его баба еще что-то здесь помытарилась, искала кого-то, а затем забрала моего ненаглядного и укатила в дождь. Он обещал сегодня прибыть, но пока не звонил. Мобильный его дать?
– Да у меня есть, но он не отвечает.
Маслякову Миронов сейчас был неинтересен, но как найти Файзулину в пятиэтажном доме, который приспособили когда-то под гостиницу, и не потерять при этом лицо, он не знал.
– Больше ничем не могу помочь, – виновато сказал парень и нагло перевел взгляд с Маслякова на дверь. Тому ничего не оставалось, как удалиться. Проходя мимо двери дежурного администратора, Масляков услышал несколько шумных голосов, наверное, полицейские обиделись, что их напрасно вызвали.
На следующее утро мэр прибыл на работу раньше всех. Крутиков отпер ему огромную входную дверь и вежливо поздоровался:
– Приветствую, Станислав Петрович! Что-то ты сегодня раненько, случилось что?
– Нет, Алексеич, просто не спалось и решил бумаги накопившиеся просмотреть…
– Тебе не позавидуешь, Петрович! Здесь столько бумажной работы – с ума сойти можно… Архив завален ими! Ты постоянно из-за них поздно уходишь, а теперь и приходить начал рано!
Из кабинета Масляков позвонил Миронову по мобильнику. Заспанный голос Игоря на этот раз ответил:
– Ты что-то рано, Петрович! Я еще глаза как следует не продрал…
– Так я ж беспокоюсь о тебе, Игорь! Пропал у меня на глазах, на звонки не отвечаешь. Надеюсь, что все в порядке у тебя, выходной не зря прошел?
– Не зря… – усталым голосом ответил заместитель губернатора. – Никогда не думал, что бывают такие активные женщины. Она меня просто изнасиловала, но не обращаться же в прокуратуру? И Мишель на меня теперь обиделась…
– Оттает твоя Мишель, не волнуйся! Не последний человек в области – Миронов, куда ей деваться?
– Здесь ты, пожалуй, прав! Круглова-то меня обратно в Забурдаевск привезла только к вечеру, Виктор – водитель мой – заждался, хотел ехать на выручку. Я же ответить ему не мог, мобильник был арестован! Толи в шутку, толи всерьез, но хозяйка заладила одно: «Такой мужчина мне попался впервые!». И на обратной дороге это же повторила, а потом добавила: «Так ему и передайте!». Кому ему, ума не приложу!
– Не расстраивайся, дорогой! – Масляков-то понял, кому слова Марины предназначались, он их принял спокойно. – Прошло ведь, чего переживать?
– Если бы! Как ее вспомню, так сразу мозгую придумать командировку в Новоклюевск… Обещала принять в любой день и даже ночью.
– В командировку Трофимыч тебя, конечно, отпустит, придумаешь какую-нибудь проверку…
– Знаешь, я все-таки никак не успокоюсь после этих сумасшедших суток! Сначала приехали в вашу гостиницу, я стал водителя устраивать, а Марина кого-то из знакомых искать на верхнем этаже. Затем она схватила меня в номере за руку и потащила в машину. Зверь, а не баба!
После того, как Масляков убедился, что с Игорем все в порядке, пришло время позвонить в первую школу. В кабинете директора ответил знакомый мужской голос.
– Добрый день, Сергей Ефимович! – обрадовался мэр. – Масляков тебя беспокоит. Выздоровел, значит?
– Здравствуй, Станислав Петрович! Как не выздороветь, когда сам мэр приветы мне передавал целых два месяца? Все у меня нормально, зажило, как у собаки! Есть в городе что-то новенькое, что я еще не знаю?
– Особенных новостей нет. А про конкурс, что позавчера твоя представительница выиграла, ты наверняка знаешь.
– Ты про Ирину Файзулину? Да, молодчина девчонка! Жаль, что теперь с нами ее нет…
– А что с ней произошло? – испугался Масляков.
– Только что умчалась на вокзал, поехала на родину. Даже не знаю, что за муха ее укусила. Бросила заявление мне на стол, поблагодарила за чуткое к ней отношение, поцеловала в щеку старика на прощание. Уволилась, короче!
– Как уволилась? – закричал в отчаянии мэр. – Она же квартиру выиграла на конкурсе!
– Сказала, что ничего ей теперь не нужно, захотелось к отцу с матерью под Самару. Теперь мне опять учителя химии искать придется…
– Она на вокзал-то какой собралась? Железнодорожный?
– Да теперь какая разница? Не бежать же за ней упрашивать! Человек взрослый, самостоятельный…
– Дела-а… – протянул Масляков. – Ну, крепись Ефимыч, как-нибудь перебьемся!
Закончив разговор и не теряя времени, он вылетел пулей из кабинета, напугав Любочку, на улице забрался в свой «Форд» и рванул в сторону вокзала, внутри которого очутился ровно через пять минут. Оглядев находящихся в зале ожидания пассажиров, Масляков в дальнем углу заметил знакомый силуэт человека, которого чуть не потерял. Расписание поездов в сторону Москвы мэр знал с давних лет, оно практически не менялось за последние годы. Поэтому он, не торопясь, собираясь с мыслями, прошел между рядами вокзальных лавок и сел рядом с задумавшейся Файзулиной. Она вздрогнула от неожиданности и молча посмотрела на Маслякова, глаза у нее были почему-то покрасневшие.
– Здравствуй, беглянка! – тихо сказал мэр. Он не знал, что еще сказать, какие подобрать слова. Ему очень хотелось узнать причину поведения сидевшей рядом девушки. – Рассказывай!
Ирина Николаевна ладонями закрыла лицо и продолжала молчать. Рядом с ней находились две полные дорожные сумки. Пассажиров в этом крыле вокзала почти не было.