Страница 9 из 21
- А как же мы отсюда выйдем?
4
Ростик стоял в верхней башенке рядом с гелиографом, направленным на Перевальскую крепость. Михайлов и оказался тем самым связистом, который был способен подменить погибшего в разведке старшего сержанта, посылавшего донесения прежде. Теперь он молотил на подвижной рамке выставленной под солнце жесткой дюралевой конструкции. Фокус был в том, что эта рамка выдвигалась из специальной ниши, когда работала, а сигнальный рычаг был так ловко изогнут, что телеграфист работал, не подставляясь под выстрелы противника.
А впрочем, никакого противника на расстоянии выстрела и не было видно. Все бегимлеси словно испарились, их не было ни вблизи, ни даже поодаль. Но Рост не сомневался: стоит кому-то из людей оказаться на равнине и попытаться удрать, пернатые бойцы обязательно появятся.
- Есть, командир, связь установлена, - доложил Михайлов.
Но Ростик уже и сам увидел дальний, но четкий блеск зеркала в районе Перевала. Он собрался с духом и отчетливо, негромко начал диктовать:
- "Докладываю. - Михайлов послушно и быстро, как на пишущей машинке, застрекотал подвижными жалюзи. Ростик мельком подумал - рассказать кому-то, что это они с Квадратным впервые опробовали этот способ связи тут, в Полдневье, так никто и не поверит. - Ввиду применения противником оружия, от которого не существует защиты, решил эвакуировать гарнизон. Точка. Прошу оказать поддержку с воздуха, так как наверняка буду атакован противником численностью более пяти тысяч бойцов. Точка. Также прошу выслать машины для эвакуации раненых, детей и беременных женщин. Точка. Прошу поддержать огнем на последнем этапе марша и принять выходящий из окружения гарнизон. Точка. Как поняли?"
- Поняли хорошо, - отозвался Михайлов, и не мог не отозваться с той фамильярностью, которая иногда появляется между командирами и связистами. Классный телеграфист у них там сидит... "Поддержку окажем, гравилеты придут только под вечер. Может быть, будет только один. Не оставляйте оружия противнику, если возможно, используйте его до истощения боеприпасов".
- Это кто же такой умный там считает, что я не знаю, что делать с боеприпасами? - спросил вполголоса Рост.
- Передавать, товарищ командир? - спросил Михайлов.
- Передавай вот что... И впредь без "товарища", понял? - Рост подумал. "Движение начну завтра утром, возможно, без предварительного подтверждения. Большая благодарность неизвестному советчику про боеприпасы - иначе как бы мы догадались?"
- У меня нет вопросительного знака в таблице, - шепотом сказал Михайлов.
- Ну так напиши без вопросительного. Все. Конец связи.
Но стоило Ростику повернуться, как он чуть не налетел на Каратаева. Тот стоял и, щурясь, смотрел на дальние ответные блески,
- А может, все-таки не торопиться? - спросил он задумчиво. - Ну положили они что-то к воротам, ну залили мы ворота наглухо - чем теперь-то они смогут нам повредить?
- Умел бы - помолился, чтобы хоть до утра досидеть, - немедленно отозвался Ростик. - Как бы нам ночью не пришлось драпать.
И решил обращаться к этому человеку тоже на "ты". Особенно при подчиненных.
- Я не понимаю... - начал было Каратаев.
- Командир, - донеслось откуда-то снизу. И к нему из темного квадрата, ведущего в крепость, поднялась фельдшер. Она дышала, словно за ней гнались. Увидев Ростика, она поморгала и тут же стала говорить в своей обычной, напористой манере: - У меня один из солдатиков умер. Неизвестно от чего.
- Как так умер? - не понял Рост.
- Тот, что стоял вчера на посту у ворот и заливал последние щели.
- Так... - Рост растерянно посмотрел на Каратаева. - А ты говоришь, "торопимся". - Он снова посмотрел на фельдшера. - Что это - инфекция? Труп выбросили или сожгли?
- Нет, - чуть растерянно отозвалась фельдшер. - Я его обследовала... Ведь нужно знать, что это. И в общем, я убеждена, что это токсины. Отравление какими-то очень мощными токсинами, воздействующими на нервную систему. Понимаете, приборов у меня нет, но симптоматика...
- Сколько у нас времени?
- Я думаю, с каждым часом ситуация будет только ухудшаться. Для некоторых из нас уже слишком поздно.
- Тогда так, Михайлов, поторопи ребят на Перевале с гравилетом. Скажи, что у нас нет выхода, уходим сегодня, еще до темноты.
- До темноты? - ахнул Каратаев, но спорить не стал.
- Кто у нас дежурный по гарнизону? Впрочем, не важно... Пусть собирает всех людей и волосатиков, разбирают тачки и из дюралевых листов делают листовые волокуши. На них потащим раненых и оружие.
- Сколько нужно волокуш? - спросил вдруг Герундий, подскочив к Ростику, словно он и был дежурным.
- Лучше, если их будет пять... Да, не меньше пяти. В каждую запряжем по десять волосатиков, другие будут отдыхать. Так. Следующее: волосатики пусть вяжут из ремней и тряпок - что найдут - постромки. Они знают, как это делать, для грузовых телег не раз себе делали. И третье... - Он задумался. Ах, как не хватало Квадратного. - Ладно, оружием займусь я сам. Каратаев, тебе придется озаботиться людьми. Чтобы все раненые, дети волосатиков и беременные девушки бакумуров тоже были отправлены на Перевал. В этом переходе мне нужны только функциональные и эффективные бойцы - никаких обозников и слабаков.
- Хорошо, - кивнул Каратаев. - Кроме того, полагаю, что я, как представитель центра, должен буду отправиться на Перевал, чтобы...
Рост подошел к плешивому мужичку, не веря своим ушам. Должно быть, в его лице появилось что-то, что заставило Каратаева попятиться.
- Ты чего, Гринев? Вместо себя я оставлю... вот. - Он указал на Герундия. - Он лучше, чем я, сможет...
- Если ты, - спокойно, как-то даже лениво проговорил Рост, - уж не знаю твоего официального звания и статуса, попытаешься залезть в летающую лодку, я самолично выстрелю тебе сюда. - И Рост довольно сильно стукнул указательным пальцем Каратаева в лоб, между бровями. - Как дезертира и труса. Понятно? Оба помолчали. - Грузить только детей, раненых и беременных женщин. И пойди найди себе хотя бы пистолет, иначе... В общем, о твоем поведении будет доложено. Поэтому сейчас тебе нужно быть или молодцом, заслуживая прощения, или не быть вообще.