Страница 65 из 103
- Впрочем, сейчас не имеет значения, что ты думала. Мой капитан чуть не погиб по твоей милости, и ни я, ни другие члены экипажа никогда тебе этого не простим. Именно поэтому, пока капитан не поправится, оставайся-ка лучше здесь, в этой комнате, под охраной надежных людей. Он сам потом решит, что с тобой делать. Никто, кроме меня и Пилар, не будет иметь сюда доступа. Надеюсь, ты понимаешь, что я хочу сказать? Если ты попытаешься сбежать отсюда, твоя жизнь не будет стоить и гроша. Сам Морган требует убить тебя. Твой единственный шанс выжить - делать так, как я говорю.., пока Ланкастер не встанет на ноги, Мария молча кивнула. Зевс развернулся и вышел вон. В комнате повисла тяжелая тишина, и Мария в нерешительности посмотрела на Пилар.
- Ты тоже презираешь меня? Считаешь, что я не должна была этого делать?
Поставив поднос на край кровати, Пилар развела руками.
- Девочка моя, посмотри, куда тебя завело глупое высокомерие Дельгато.
Мария молча уткнулась в грудь Пилар, и слезы потоком полились по ее бледным щекам.
- Видишь, как все сложилось. Я почти ничем не могу тебе помочь, - говорила Пилар. - Все, что говорил Зевс, сущая правда, и эта комната - единственное безопасное место. Ни в коем случае не покидай ее без меня. - Она отстранила Марию и, пошарив за пазухой, протянула девушке маленький нож. - Мне не надо было бы этого делать. Если это откроется, меня посадят под замок вместе с тобой. Но в отличие от Зевса, который слепо верит своим людям, я не доверяю здесь никому и хочу, чтобы ты на всякий случай взяла это. Я помогу тебе, чем смогу, - продолжала Пилар, - но прошу тебя, девочка, никаких глупостей! Мы обе пленницы, и хотя я люблю этого грубияна Зевса, у меня нет никаких иллюзий на его счет. Твоя единственная надежда - выздоровление Ланкастера. И кто знает, какое наказание он определит тебе? - Она грустно посмотрела на Марию и с этими словами удалилась.
Мария в ужасе оглядела убогую комнату. Значит, в любую минуту сюда могут ворваться головорезы Моргана и из мести убить ее! А единственный человек, который мог бы ее защитить, серьезно ранен и в тяжелом состоянии лежит где-то в доме. Он должен выздороветь! Она так хотела снова увидеть его, но ей не оставалось ничего другого, как только ждать.., и молиться.
В эту ночь она молилась не только за Ланкастера.
Преклонив колени, Мария лихорадочно шептала молитвы, прося Господа пощадить Диего. Она неистово молилась о том, чтобы ей больше никогда не пришлось выбирать между двумя людьми, так много значащими для нее.
Постепенно усталость взяла свое, и она крепко уснула. Звук открывающейся двери неожиданно разбудил ее, и Мария резко вскочила в испуге; рука непроизвольно сжала рукоятку маленького ножа. Вздох облегчения вырвался из ее груди, когда на пороге она увидела Пилар.
- Что с ним? - с тревогой спросила Мария. На лице дуэньи появилось озабоченное выражение, казалось, она не решается сказать правду.
- У него лихорадка, девочка. Она началась около полуночи, и всю ночь мы провели около него, пытаясь облегчить его страдания.
- Пусти меня к нему! - закричала Мария. - Я хочу помочь!
Пилар только замотала головой.
- Будет лучше, если ты останешься здесь. Не надо сейчас попадаться на глаза Зевсу. Боюсь, это плохо кончится для тебя.
- Не беспокойся обо мне... - Голос Марии был полон отчаяния. - Если он умрет, я не хочу жить! Зевс просто прекратит мои страдания.
- Ты так любишь своего англичанина? - серьезно спросила Пилар.
- Да! - грустно улыбнулась Мария. - Еще вчера мне казалось, что этого не может быть... Если бы я только знала, я бы вела себя совсем по-другому.
- Я думаю, у него дело пойдет на лад, - улыбнулась Пилар. - А раз так, у тебя есть шанс попробовать завоевать его сердце еще раз. Мне кажется, он неравнодушен к тебе, я бы сказала, даже больше... Но ведь вы оба ужасно упрямы и горды, чтобы признаться в этом. И, мне кажется, вы слишком много значения придаете кровной вражде, существующей между вашими семьями. Все, что случилось, - случилось много лет назад, и тех людей, кому причинили зло, давно уже нет в живых. Неужели вы хотите, чтобы эхо минувшего разрушило ваше будущее? - Пилар подошла к двери и открыла ее. - Пойду принесу что-нибудь поесть. Я смотрю, ты ничего не ела вчера вечером. А потом нагрею теплой воды, и ты сможешь помыться.
Мария чувствовала себя гораздо увереннее после разговоров с Пилар. Приятно было сознавать, что и в этом доме есть душа, которая искренне переживает за тебя.
Тоскливые дни сменяли друг друга, не принося никаких изменений в положение Марии. Габриэль потерял много крови, и силы слишком медленно возвращались к нему. Однажды утром Пилар вошла в комнату с широкой улыбкой на лице, и сердце Марии сильно забилось в предвкушении хороших новостей.
- Англичанину гораздо лучше, - сказала дуэнья с порога. - Ему сегодня не понравился мясной бульон, и он швырнул в меня тарелкой, потом до хрипоты спорил с Зевсом. И вообще он отказался оставаться в постели.
Мария радостно закружилась по комнате.
- Когда я смогу увидеть его? - спросила она.
- Ну, это зависит не от меня.
Прошло три долгих дня, прежде чем в комнате Марии появился Зевс.
- Он хочет тебя видеть, - сухо сказал он. Мария разволновалась, дурные предчувствия одолевали ее: она не боялась, что Габриэль прикажет ее убить, он мог это сделать и раньше, - а вот сознание того, что он может оставить ее в Пуэрто-Белло, наполняло ее тревогой и страхом. Никогда больше не увидеть его было для нее равносильно смертному приговору.
Теперь, когда угроза смерти миновала, отношение Зевса к ней стало немного мягче, во всяком случае, увидев ее испуганное лицо, он угрюмо заметил:
- Иди смелее, он не собирается отдавать тебя матросам.
Измученная постоянным страхом за его жизнь и охваченная новыми ощущениями, которые в ней всколыхнула любовь, Мария совершенно не была готова к тому, как встретил ее Габриэль в то утро.
Ее привели в небольшую комнату, где она никогда раньше не бывала. Ланкастер стоял у окна, повернувшись к ней спиной, и никак не отреагировал на ее появление: то ли с увлечением наблюдал за чем-то, то ли делая это намеренно.