Я - шулер

Никому ничего не хочется доказывать. Просто с некоторых пор, нарываясь на популярные споры о возможности ясновидения, в душе пожимаю плечами. Это личное дело каждого. У кого-то дело было, у кого-то нет. У меня было.

Вернусь к тому, с чего вступил в главу...

Когда был начинающим, горячим, гонористым, лез в поединки со всеми без разбора. Особо не обламывали, не нарывался на тех, кто смог бы обломать как следует. Кстати, и в этом проявился покровитель. Могли так одернуть... Надолго выработался бы комплекс неполноценности. Обходилось.

Как-то ввязался в игру с одним из тех, кто... Кто мог бы обломать. Но это уже потом понял, повзрослев, остепенившись. А тогда... И знал же, что человек уважаемый, зубы на игре сточивший. Причем не только на игре с фраерами. Заслуженные "каталы" пляжа держались с ним весьма почтительно.

Конечно, и у меня уже репутация имелась. Рано познавшего секреты, не слишком вежливого со старшими, бесцеремонного скороспелки. Непонятно откуда возникшего, но держащегося так, словно самые авторитетные "каталы" Союза все мои родные отцы.

Этот, зубы (в том числе и на скороспелках) сточивший, на пляж, похоже, расслабиться забрел. И вкусить почтения хорошо воспитанных коллег.

Пляжники, из самых уважаемых, обступили его, наскоро организовали этакий "круглый стол" для избранных. Конференцию по обмену опытом. Все - как положено: отчет о достигнутых результатах, новейшие разработки, советы мэтра.

Мэтр держался достойно, не перебивал выступающих, выказывал одобрение, иногда деликатно, без оттенка высокомерия, поправлял, подсказывал.

Я со стороны наблюдал весь их церемониал.

- Чего всполошились? - поинтересовался у одного из рядом стоящих, не рискнувших приблизиться к избранным, знакомого жулика.

- Ты что? - изумился тот. - Это же Черныш!

- Да? Странный какой-то Черныш. Совсем лысый.

Нахально направился к "круглому столу".

- О! - неискренне обрадовался мне Учитель, немолодой худющий "катала", сидящий на топчане рядом с Чернышом. - Вот она - наша смена.

Представил меня мэтру, присовокупив рекомендацию:

- Техника - ничего, но уважения к старшим... - Он неодобрительно цыкнул зубом.

- Молодежь, - неожиданно приветливо улыбнулся мне мэтр. - Техника - дело не последнее. - Засокрушался: - Где они нынче, технари? Все норовят вдвоем, втроем фраера "хлопнуты". Квалификацию теряете. - Он с укоризной, но безобидно глянул на образовавших круг. И вдруг - ко мне, выверено, точно:

- Сыграешь с пожилым человеком? Порадуешь искусством?

Что мне его выверенность? Понятно, мэтр решил одернуть. Но и мне же интересно, потому и подошел.

Кстати, молодец мужик, боец. Зачем ему было играть? Выиграет - авторитету не особо прибудет. Проиграет - пошатнется на пьедестале. Игра явно не ради денег. Так что никаких приобретений не сулила. Но на поединок вызвал. Значит, не сомневался: обыграет, поставит сопляка на место.

Об этом я позже подумал. Через несколько лет.

А тогда мотнул головой на карты, которыми шелестел Черныш, и с насмешливым вызовом спросил:

- Играем вашей колодой?

- Возражать не будешь? - изучающе спросил и он.

- Ради бога! - Мне даже увлекательнее было обескуражить его - его же картами.

- Молодец, - похвалил мэтр. - Играть будем твоими.

Я пожал плечами. Понимал: демонстрирует уровень и снисходительность.

- Ну-ка, ребятки, - это он нашим, заинтригованным. Образовавшим круг. Не стойте за спиной у юноши.

Я пошел за своими вещами. Со стороны глянул - Учитель что-то усердно пояснял Чернышу. Стало ясно: этот зараза-педагог в курсе некоторых моих "коронок".

Не понимал я, сопляк, что для мэтра "коронки" - семечки. Да и несолидно ему было бы при всех шпионскими данными пользоваться. В поединке со мной, щенком. Учитель мог рекомендовать только одно: не считать меня фраером. Черныш слушал сдержанно, без насмешки в глазах. Настоящий "катала", было чему у него поучиться.

Мэтр достал карты из принесенной мной пачки, чуток поразглядывал их. Небрежно, не столько от недоверия, сколько по привычке. Бросил на топчан...

Играли достаточно долго.

Я решил не спешить, посмотреть, чем будет "кормить" авторитет. Ждал партии три, никогда прежде себе такой пассивности не позволял. Но "кормежки" так и не дождался. Понял, что скорее всего Черныш желает воспитать меня на контригре. Оптимальная тактика, если желательно сбить спесь с задаваки-технаря. Пусть сбивает, глядишь, что-нибудь да проглотит.

Не проглотил волчара. Ни кусочка.

Я и так, и этак. Не лезет. Все выплевывает. Причем без удивления, сдержанно. Время от времени даже одобрительно кивая. Без намека на насмешку.

Наши, обступившие мэтра, наверняка многого не замечали. Некоторым из них я уже "скармливал" неперевариваемые в данный момент трюки. Одним - одни, другим - другие.

С Чернышом не проходило ничего. Ни одной "коронки", ни одного трюка. Даже тот, который был изобретен, как надеялся, мной, вычислился и обезвредился сразу.

Мне бы занервничать. Ведь если Чернышу знаком весь мой арсенал, значит, наверняка его арсенал - шире. По молодости, по недалекости, не занервничал. Может быть, потому, что не проигрывал. Игра была ровной. Партия - за ним, партия - за мной.

И потому еще не нервничал, что обнаружил: обеспокоен мэтр. Не знал чем, да и беспокойство было совсем неуловимым... Так же одобрительно кивал, по-прежнему демонстрировал вежливую, доброжелательную манеру игры. Но... То вдруг обернется, попросит висящего над душой Учителя:

- Ванюша, если не трудно, чуть-чуть правее. Солнце загораживаешь.

То ни с того ни с сего одну из карт вновь примется разглядывать.

- Можем сменить колоду, - с готовностью откликался я.

- Что ты, что ты... - спохватывался он. - Случайная царапина...

Еще бы, не настолько я самонадеян, чтобы играть с ним подготовленной колодой.

Так игра ничем и закончилась. Часа четыре промаявшись со мной, мэтр пожал руку, похвалил:

- А говорят, молодежь - не та.

Я ему не поверил. Радости от того, что молодежь - та, он не получил. И пляжники, надеявшиеся на трепку, не получили удовольствия.